'Фантастика 2025-124'. Компиляция. Книги 1-22' - Павел Кожевников

И белоснежная рубашка, и костюм сидели на нем как влитые. Наверное, заказал у портного, в этом квартале их немало, а переоделся, пока выдался перерыв между работой и его обследованием.

Еще у Бринса было абсолютно мужское плечо. Крепкое и объемное, девице такое в жизни не накачать. Ирвин едва прикасался к нему и не мог скрыть свою радость. Напридумывал себе глупостей и ненадолго соединил Бринса и Габриэллу в одного человека. Сейчас все сомнения развеялись: можно изменить внешность, но не раздвоиться.

Шустрая девчонка нашлась там же, в приемном, на ходу поправила плащ и уже бежала к выходу. Ее тонкая фигурка сгорбилась, но шаги все равно получались легкими и уверенными. Сейчас она точно походила на наемницу, значит, в теории, все же могла оказаться в диких землях и пересечься с Дунком. Но кто в здравом уме вмешивает неодаренную девчонку в разборки с магическими тварями?

– Габриэлла, постой! – окликнул ее Ирвин, сам не зная зачем.

Бринс был рядом, вполне осязаемый и точно принадлежащий к мужскому полу. Обманщица уходила из лечебницы, не стоило ее задерживать. Так будет спокойнее. И все равно внутри что-то рвалось и ныло при мысли, что эта их встреча последняя.

Но Габриэлла остановилась, подождала, пока Ирвин на пару с Бринсом подойдут ближе, и со злостью спросила:

– Передумал?

– Да нет, решил проверить кое-что, прежде чем позову стражу.

– О, не использую ли я тебя каким-то особенно хитрым и незаметным способом? – прищурилась она и склонила голову набок. – Или вдруг хочу чашечки твои украсть? Что с тебя взять-то можно?

Вопрос про чашки царапнул. Вроде бы ничего особенного, но о проблемах с чашками в его доме знали только самые близкие. «И половина покупателей, стараниями Бринса», – тут же шепнул внутренний голос.

– Сам постоянно задаюсь тем же вопросом, – ответил ей Ирвин и вышел вперед. – Я обычный аптекарь, без связей и сбережений, что вы все ко мне лезете?

Габриэлла сморщила нос, вытерла его тыльной стороной ладони, затем с размаху залепила Ирву пощечину. Удар у нее был поставлен на совесть, щека тут же вспыхнула огнем, а глаз заслезился. Может, и синяк останется, весело ему будет работать с отпечатком пятерни на щеке. Только-только полученный в банях рассосался.

– Руки почесать не об кого, – со злостью проговорила она.

Дальше развернулась и унеслась к выходу, а добрый Бринс тут же протянул Ирвину стоявшую на стойке вазу. Стекло приятно охладило щеку и уняло боль, но на душе все равно было неспокойно.

Габриэлла, если это вообще ее имя, не могла говорить правду. Дунк бы спасал не барса, а своего грифа или другого, более полезного зверя. Тем более в Ирвине, как возможном королевском маге, давно разочаровался. Наверняка уже присмотрел замену, пошустрее и похитрее. Кого-то здорового, умного, готового вариться в котле придворных интриг, покушений и прочего.

Эдмона бы дед не бросил, в отличие от собственного внука. Они и разговаривали последний раз в Птичьей башне, когда Дунк забрал барса и пообещал сделать все возможное. Ирвин вышел оттуда спустя еще месяц, с приговором от лекарей, что нормально ходить больше не будет, и обязательством регулярно отмечаться у стражников. Туда же вошло распоряжение половину дня работать в городской лечебнице. Поначалу оно бесило Ирвина, но со временем стало спасением. Был повод куда-то выйти и проветрить голову, а не сутками сидеть в стенах аптеки и думать о своей непростой судьбе.

– Огонь девка! – вывел его из раздумий Бринс. – Может, догнать ее?

– Очередная аферистка, – махнул рукой Ирвин. – Подождем недельку – еще парочка таких прибудет.

– Ой, вряд ли, не уверен, что такие в принципе еще существуют. Знаешь, если так боишься обмана, давай ее поймаем, свяжем и пусть излагает свою историю.

План был заманчивый, тем более Ирв до сих пор ощущал запах Габриэллы и тепло ее тела. Красивого, надо сказать, пусть ему и непривычно было видеть девушек с крепкими мышцами и подтянутой долгими тренировками фигурой. Это отчасти смущало и завораживало, а еще – отзывалось болью в щеке. Удар у нее был под стать красивым плечам.

– Ее бы догнать – и в лечебницу, – все же ответил Ирвин. – Какая-то магическая хворь, из-за которой чуть сознание не потеряла. Мне наплела, что это от невыполненного магического обета.

Он вкратце пересказал Бринсу историю и медленно поплелся к раздевалке. Торчать посреди приемного покоя в обнимку с вазой – слишком странное занятие для штатного лекаря. Здесь, конечно, были не самые высокие требования к персоналу, но есть же и собственное достоинство.

– А знаешь, я что-то такое мельком слышал, – внезапно ответил предатель-Бринс. – И вообще, историю легко проверить. У тебя наверняка остались знакомые при дворе или в королевской гвардии. Расспроси их, как погиб Дунк. Такому никто не удивится, все же дед, родная кровь. И если рядом с ним действительно была девушка, об этом вспомнят.

Логика в его словах была. Можно даже не искать знакомых, а обратиться к принцессе. Эолин всегда была добра к нему, точно не откажет в такой малости. Хотя, говорят, после поездки в дикие земли принцесса здорово изменилась: сменила фрейлин, одного за другим спроваживает женихов, все чаще носит брюки и постоянно в разъездах по королевству. Инспектирует стройки, состояние дорог и больниц, много общается с простыми людьми и регулярно наведывается в Дагру. По слухам, обещала построить академию для женщин-магов, чтобы тех не выселяли в закрытые города. Еще за ней всюду таскается верный рыцарь, молчаливый и никогда не снимающий доспехи. Личность таинственная, но, говорят, телохранитель из него вышел отменный.

Ирвин кивнул своим мыслям и решил попытать счастья с принцессой, заодно для подстраховки написать паре-тройке других знакомых, из числа гвардейцев и королевских лекарей. Смерть Дунка – событие для всей страны, должны хотя бы сплетни бродить.

– Эх, почему на меня не виснут всякие симпатичные аферистки, – продолжал зудеть рядом Бринс. – Я бы их перевоспитывал и разворачивал к добру. А ты упускаешь такую горячую южную возможность!

– С каких пор тебя девушки интересуют?

Ирвин все же отнял от щеки вазу и поглядел на себя в зеркало. След на щеке до сих пор алел, но хотя бы пятерня не отпечаталась. Разок помажет мазью от ушибов – и следа не останется. А вот с Бринсом творилось неладное. Вроде бы он со всеми общался ровно и приветливо, но и особенного интереса к противоположному полу не проявлял. Оно и понятно, после неудачной женитьбы. Но сейчас-то с ним что такое?

– Тебе в датах рассказать или сам молодость вспомнишь? – хмыкнул помощник и хлопнул