'Фантастика 2025-124'. Компиляция. Книги 1-22' - Павел Кожевников
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Скучно как. И у тебя же самого образование и опыт. Подписал бы снадобья: «от головы», «от насморка», «от живота»…
– «От странных идей», – закончил он. – Я еще не отошел от гениальной придумки писать на бумажных пакетах название и адрес нашей аптеки.
Я в возмущении всплеснула руками:
– Ты не видишь ее потенциал! Вот идет человек, и все видят, что он несет лекарства из нашей аптеки. Надо и на этикетках еще ее название писать, и саму вывеску бы обновить. Лучше – заказать другую. Больше, ярче, заметнее…
– Еще зазывалу у порога поставим: «Закупил еды к обеду? Эликсир возьми себе, жене и соседу!»
– Ну я бы получше речовку придумал, но ты в правильную сторону мыслишь! И надо человека нанять, чтобы не закрывать аптеку во второй половине дня. Если провернем все это и начнем нормально торговать, а не ждать каких-то там назначений, то…
Ирвин не стал меня дальше слушать, покачал головой и вышел из торгового зала, работать в дальней лаборатории. Появился ближе к закрытию с привычным саквояжем в руке.
– Сегодня пойдешь со мной в лечебницу, надеюсь, поймешь, почему у нас нет лекарства «от больной головы». Хотя над возможным рецептом уже начинаю думать! Заодно покажу тебя одному специалисту по магическим болезням.
Я тащилась за ним, как на казнь, а тяжеленная сумка вполне заменяла колодки. Обычно Ирвин носил ее сам, но заметил, что раз идет с помощником, то стоит его слегка нагрузить.
И не думала, что саквояж со снадобьями такой увесистый. Ирвин носил его без особых усилий, я же за малым не пыхтела от натуги, хотя изо всех сил старалась не подавать виду. Для Бринса с его комплекцией – сущий пустяк, а вот мои тонкие руки не выдерживали.
– Говорил же, что тебе нужно больше заниматься, – усмехнулся аптекарь, видя мои мучения, но чемоданчик забрал. – Слабоват ты для гимзорского разбойника.
– Слабаки не доживают до совершеннолетия.
Девушки – тем более. Если и доживают, то теряют свою свободу. Хотела бы я думать, что такая хитрая и находчивая, поэтому живая, но на самом деле – везучая. До сих пор выкручивалась из разных неприятностей, а вот с артефактом никак не складывалось. Как будто знак от богов, что не стоит брать на себя чужие обязательства. И мечтать о чужом – тоже. Столько раз представляла себя на месте Гвен, что также смогу собрать себе целый зверинец, и вот поплатилась за это.
– Кто бы спорил, – легко согласился Ирвин. – Я и в Дагру не решился съездить, про Гимзор и не думал. Но и как ты там продержался – не понимаю.
– Ай, – отмахнулась я. Рассказала бы ему, но там на пару часов историй, и не все они подходят Бринсу. – Насчет Дагры ты зря, там красиво. А какие девушки, у-у-у! Спорим, через неделю-другую и забыл бы о своей ненависти. Ну или разжился парой-тройкой новых поводов. Там женщины не ходят, опустив голову, а наравне с мужчинами делают свою работу. Есть умелицы из гильдии наемников, убийц, про воров я уже рассказывал, потаскухи, стражники и целая башня ведьм. Определенно тебе стоит заглянуть в Дагру.
– Ведьм с меня хватило, даже с лихвой. До сих пор не могу отойти. – Он легко стукнул тростью себя по ноге. – И это мелочь по сравнению со всем остальным.
Он отвернулся и ускорил шаг, а я оглянулась на собаку, бредущую за нами, и шикнула на нее. Псина пригнулась и зарычала, затем догнала меня и притворилась, что хочет цапнуть, но замерла под строгим взглядом Ирвина.
Я же переместилась еще ближе к нему. Жаль, не выйдет взять под руку и прижаться, не в том я сейчас облике. Да и аптекарь выглядел сосредоточенным и недовольным, не обрадовался бы Габриэлле.
– А ты говорил, что Мелисса – ведьма, – осторожно начала я. – Она твоего ребенка…
Язык не повернулся сказать «убила», но и других способов обрести ведьмовскую силу у обычной женщины нет. Ирвин бросил на меня быстрый взгляд и снова отвернулся.
– Других мужчин рядом с Мелиссой я не видел. Но было бы самонадеянно говорить, что я знал о ее жизни или интересах. Если проморгал участие в тайном сообществе, то мог и толпу любовников не заметить.
– Да, наверняка она была гулящей. Приличные девушки не нашивают столько блесток на свадебное платье.
Я тут же осеклась, вспомнив, что Ирвин не показывал мне спальню Мелиссы и не рассказывал о ее нарядах.
– Мы еще обсудим, где ты его видел, – тут же ответил он. – И когда.
– Ай, давай заодно и то, какой интерес вас с Лестером в мою спальню привел, – не смутилась я. – Думал, не замечу?
– Это был дрянной поступок. Но и твой не лучше. Спросил бы – я бы честно ответил и показал все комнаты.
– Я вообще дверь не запираю и не против визитов. Так что давай забудем эти досадные происшествия и переключимся на более насущные проблемы. Ну вот мы дошли до лечебницы…
– Угу. Пойдешь со мной, поработаешь в приемном. Потом займемся твоим недугом.
Придумать достойное оправдание, почему не смогу посетить больницу, у меня не вышло. Наплести о боязни докторов? Так себе недуг для помощника аптекаря. Рассказать о чудесном исцелении? Или лучше сразу правду обо всем?
Ай, влипла!
Глава 20
Возле входа в лечебницу я огляделась по сторонам, но заметила только нахохлившегося ворона на ближайшем дереве. Без всякой надежды показала ему знак «помощь», пока Ирвин не видел, и медленно поднялась по ступенькам.
Внутри мне было все знакомо еще с того раза, как приводила сюда студента, тот же огромный зал, в котором ждали своей очереди больные, тот же тяжелый запах, те же хмурые врачи и сестры. Задерживаться здесь Ирвин не стал, сразу повел меня в комнату для персонала. Там представил всем как своего помощника и ассистента на сегодня, затем подвел к стойке, на которой висели ровные ряды белоснежных халатов.
К счастью, контролировать не стал, предложил самой выбрать себе нужный. Я убедилась, что остальные лекари и сестры заняты своими делами и цапнула самый маленький из халатов. Артефакт тут же растянул его под размеры Бринса, и по итогу в зеркале отразился вполне приличный молодой целитель.
– Заканчивай прихорашиваться и идем, – бросил мне Ирвин.
Ему халат тоже шел. Хотя и не так сильно, как строгие темные костюмы, зато куда больше
