Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

— Да, да. Так меня зовут.

— А меня — Пуаро, Эркюль Пуаро. Вчера мне довелось побывать в «Литлгрин-хаусе».

— Вот как?

Мисс Лоусон чуть приоткрыла рот и предприняла несколько неудачных попыток пригладить волосы.

— Прошу присесть, — предложила она и продолжала: — Сюда, пожалуйте. О боже, боюсь, вам будет мешать этот столик. Здесь чуть больше, чем следует, мебели. Так трудно! Эти квартиры! Но зато в центре. Я люблю жить в центре, а вы?

Задохнувшись и так и не поправив пенсне, она уселась в неудобное на вид викторианское кресло[852] и, подавшись вперед, с интересом уставилась на Пуаро.

— Я побывал в «Литлгрин-хаусе» под видом покупателя, — начал Пуаро. — Но мне бы хотелось сразу признаться — строго конфиденциально…

— О да, — выдохнула мисс Лоусон, радостно встрепенувшись.

— Сугубо конфиденциально, — продолжал Пуаро, — что побывал я там совсем с другим намерением… Не знаю, известно ли вам, что незадолго до своей смерти мисс Аранделл написала мне… — Помолчав, он добавил: — Я известный частный детектив.

Целая гамма выражений, сменяя одно другое, пробежала по чуть порозовевшему лицу мисс Лоусон. Интересно, какое больше других привлечет Пуаро? Тревога, волнение, удивление, озадаченность…

— О! — произнесла она, а потом, помолчав, опять: — О! — И вдруг совершенно неожиданно спросила: — В связи с деньгами?

Даже Пуаро был застигнут врасплох. Но на всякий случай понимающе изрек:

— Вы имеете в виду те деньги, что…

— Да-да. Деньги, которые вытащили из ящичка бюро.

— Мисс Аранделл не сказала вам, что написала мне по поводу этих денег? — невозмутимо спросил Пуаро.

— Нет. Я и понятия не имела… Должна признаться, я крайне удивлена…

— По-вашему, ей не следовало об этом никому говорить?

— Нет, я так не думаю. Видите ли, она догадывалась о том…

Она снова умолкла.

— О том, — подхватил Пуаро, — кто их взял. Именно это вы имели в виду, не так ли?

Мисс Лоусон кивнула и с придыханием проговорила:

— Вот уж никогда бы не подумала, что она решилась… То есть она сказала… Она, казалось, чувствовала…

Пуаро снова перебил ее бессвязную речь:

— Она считала, что деньги взял кто-то из членов семьи?

— Да.

— А я, — сказал Пуаро, — как раз специалист по семейным проблемам. Я умею держать язык за зубами.

— Тогда другое дело, — энергично закивала мисс Лоусон. — Значит, вы не имеете отношения к полиции?

— Нет-нет, никакого. Полицейским тут не место.

— Совершенно верно. Милая мисс Аранделл была очень гордой женщиной. Конечно, с Чарлзом и раньше случались неприятности, но их всегда улаживали без лишнего шума. Один раз, по-моему, ему даже пришлось уехать в Австралию.

— Надо же! — сочувственно отозвался Пуаро. — А теперь перейдем к фактам, обсудим их по порядку. У мисс Аранделл в ящике хранилась некая сумма денег…

Он умолк. Мисс Лоусон поспешила подтвердить его высказывание.

— Да, взятая из банка. Для жалованья прислуге и на хозяйственные расходы.

— А сколько пропало?

— Четыре фунта. Нет, неверно. Три фунта и две купюры по десять шиллингов в каждой. В таких делах, я знаю, следует быть точной, очень точной.

В глазах мисс Лоусон, которые, казалось, вот-вот вылезут из орбит, горело искреннее желание прийти на помощь. А ее пенсне еще больше покосилось.

— Спасибо, мисс Лоусон. Я вижу, вы наделены умением рассуждать здраво.

Мисс Лоусон чуть вскинула голову и протестующе фыркнула.

— Значит, мисс Аранделл подозревала, и не без оснований, что эту кражу совершил ее племянник Чарлз? — продолжал Пуаро.

— Да.

— Хотя на сей счет не имелось никаких верных улик?

— Но кто же еще мог это сделать, если не Чарлз? Миссис Таниос ни за что бы так не поступила! Ее муж человек в доме новый, он не мог знать, где хранятся деньги. И Тереза Аранделл, по-моему, ни в коем случае этого бы не сделала. У нее куча денег, она всегда так красиво одета.

— А не мог их взять кто-нибудь из слуг? — предположил Пуаро.

Мисс Лоусон посмотрела на него с ужасом.

— Что вы! Ни Элен, ни Энни такое и в голову бы не пришло. Обе они очень хорошие, очень честные женщины.

Минуту-другую Пуаро молчал.

— А не могли бы вы подсказать нам, — сказал он, — ибо я уверен, что если кто-либо пользовался доверием мисс Аранделл, то уж вам, разумеется, это было изве…

— Ну не знаю, не знаю… — смущенно перебила его явно польщенная мисс Лоусон.

— Я чувствую, вы сумеете помочь мне.

— К вашим услугам, все, чем могу, что в моих силах…

— Строго конфиденциально… — продолжал Пуаро.

Глаза мисс Лоусон округлились, и она сразу стала похожей на сову. Волшебные слова «строго конфиденциально» звучали для нее как «Сезам, откройся».

— Известна ли вам причина, заставившая мисс Аранделл изменить свое завещание?

— Завещание?

Мисс Лоусон была явно захвачена врасплох.

— Правда ли, — продолжал Пуаро, внимательно глядя на нее, — что незадолго до своей кончины она составила новое завещание, согласно которому все ее состояние перешло к вам?

— Да, только я об этом не имела понятия. Ни малейшего. — Голос мисс Лоусон резко зазвенел. — Это было для меня невероятным сюрпризом! Чудным, чудным сюрпризом! Как это благородно со стороны милой мисс Аранделл! И ведь ни разу даже не намекнула мне. Ни разу! Я так растерялась, когда мистер Первис прочел завещание, что не знала, смеяться мне или плакать. Я была просто потрясена, мистер Пуаро, уверяю вас. Потрясена добротой, удивительной добротой милой мисс Аранделл. Не скрою, я надеялась, что она мне что-нибудь оставит, ну, самую крошечку, хотя и на это, признаться, у меня не было никаких оснований. Я не так давно жила у нее. А случившееся похоже… на сказку! Я и по сей день не в силах в это поверить, вы понимаете… Порой… порой я чувствую себя довольно неловко. Я хочу сказать… хочу сказать…

Она сбила с носа пенсне, подняла его и, вертя в руках, продолжала еще более бессвязно:

— Порой я чувствую, что… плоть и кровь есть плоть и кровь, и мне неловко, что мисс Аранделл оставила все свои деньги не родственникам, а мне, человеку постороннему. Это не совсем справедливо. Все деньги! Целое состояние! Никто и понятия об этом не имел. Поэтому я и испытываю неловкость, да к тому же ходят разные слухи, вы, наверное, знаете… но я никогда не желала зла! Никому! Да мне и в голову не приходило каким-либо образом повлиять на мисс Аранделл. Она меня все равно не послушалась бы. Если честно, я ее даже слегка побаивалась. Она была такой строгой, не терпела никаких провинностей и порой доходила до грубости. «Не будьте такой дурой!» —