Цикл романов 'Обратный отсчет'. Компиляция. Книги 1-5 - Токацин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Я думаю — можно рискнуть, — громко сказал Айзек, выключая передатчик Вепуата. — Гедимин, ты ещё не пробовал запускать свой излучатель из малых шахт? Если он поднимется на нужную высоту и вернётся точно в створ… я думаю — задачу можно будет считать решённой. Кенен, что скажешь?
Гварза болезненно поморщился.
— Запуск покажет.
…Гедимин спускался первым, проверяя своим весом подъёмник, — конструкцию давно не собирали в «ободранной» долине. Внизу было пусто и на удивление просторно. Текк’ты поддерживали порядок, оставляя необработанные валуны в одной части пещеры, а готовые тектоновые плиты — в другой, ровными штабелями. Штабеля медленно, но верно росли — как и уходящая в темноту полость вспомогательного корпуса. Гедимин посветил на стены — сперва фонарём, затем — сканером — и одобрительно хмыкнул. Эхо подхватило звук и ещё десяток секунд гоняло его под сводами. Потом у него появилась новая «игрушка» — на дно шахты, держась за трос подъёмника, неуклюже шагнул Айзек.
Гедимин, стараясь не издавать лишних звуков, подошёл к малой шахте и запрокинул голову, высматривая выход. Отверстие в десятках метров над головой казалось микроскопическим; дневной свет не доставал и до середины глубины, озаряя только края. Гедимин поднял «дрон» на руках, примеряя к проёму. Он проходил, но почти впритык, не оставляя места для несбалансированного раскачивания или промаха при посадке.
За спиной Гедимина приглушённо выругался Гварза. Сармат и рад был бы этого не слышать, но звуки тут же подхватило эхо. Гварза выругался ещё раз.
— Неудобно замерять высоту, — сказал он Айзеку, уже не понижая голос. — Угол слишком мал.
— Вепуат снаружи померит, — успокоил его Айзек, с любопытством оглядываясь по сторонам. — Смотри вокруг! Какой-то год — и это место станет совсем другим.
Гедимин досадливо сощурился — думать о строительстве в целом ему совсем не хотелось. «Отдельные детали. Проработай хотя бы детали. Может, пока Текк’ты копают, ты соберёшь все детали в единое целое…»
Он вымерил расстояние и трижды царапнул когтем камень, прежде чем поставить на него «дрон». Ракеты встали точно на метки. «Пол закоптим, а вымыть нечем,» — запоздало сообразил сармат. «Ладно, забутовка скроет…»
— Готово, — вслух сказал он, глядя только на «пусковые механизмы» ракет. Двое сарматов были где-то неподалёку — Гедимин слышал их дыхание.
— Запускай, — разрешил Айзек. Следом хлопнуло защитное поле — кто-то из сарматов выставил купол. Гедимин покосился на свой «арктус», помянул про себя уран и торий и щёлкнул когтем по переключателям.
«Дрон» не промахнулся. Гедимин, запрокинув голову, видел сквозь дым, как аппарат поднимается всё выше по узкой «трубе» — и наконец сливается со световым пятном высоко над головой. Теперь его видел только сканер — и радостно вопящий снаружи Вепуат, и, возможно, верещащие где-то наверху Бронны. «Двадцать один, двадцать два…» — считая про себя секунды, Гедимин готовил для «дрона» демпфер из защитного поля. «Вот это надо будет продумать. На станции не будет генераторов поля. Какие-то эластичные маты, возможно…»
Наверху завопил Вепуат — и сарматы за спиной вполголоса помянули спаривание «макак». «Дрон» провалился в шахту и плавно пошёл вниз. Последние секунды показались Гедимину вечностью. Он видел, что аппарату уже некуда деться, и что снижается он с безопасной скоростью, — но вздохнул с облегчением, лишь когда «дрон» лёг на подготовленный демпфер. От пузыря и ракет шёл пар, оседая на камнях и пластинах скафандра мелкими каплями. Айзек прошёл мимо Гедимина и склонился над аппаратом — без сканера в руке, просто разглядывал его с разных сторон.
— Хм-м… А ведь работает, — его голос задрожал от радости, и он резко развернулся к Гварзе. — Работает! Кенен, ты это видел?
— Угу, — Гварза его радости не разделял. — Фокус удался… на этот раз. До завтра мне чертёж и полную роспись материалозатрат. И ещё… какой срок службы у этого… агрегата?
Гедимин пожал плечами.
— Проверять надо. У местных нет традиции воздухоплавания? Хотя бы запуска надутых баллонов… эластомер-то они добывают?
Айзек тяжело вздохнул.
— Проверь, атомщик. На местных надежды мало. Я заберу эту штуку?
Он, прицепив «дрон» за спину, поднялся первым, за ним шёл Гварза. Гедимин, выбравшись на поверхность, смотал трос и начал разбирать подъёмник. Ему было неспокойно.
— Ну? — тут же налетел на него Вепуат. — Что они сказали?
— Как обычно, — Гедимин поморщился. — Айзек одобрил, Гварза скорчил рожу. Такое ощущение, что его для этого и брали. Он сам-то хоть что-нибудь соорудил⁈
Вепуат сочувственно похлопал его по плечу.
— Ага, точно… Гедимин! Ну ведь нас, одобряющих, трое — против него одного!
Гедимин еле слышно хмыкнул.
— Предлагаешь его побить? Айзек не одобрит.
Вепуат отмахнулся.
— Зачем «побить»? Устроим голосование. Кто за то, что дрон пригодный…
Гедимин развернулся к полуразобранному подъёмнику.
— Тебя что, макаки покусали⁈ Где ты их только нашёл, на Равнине-то…
17 день Лучей, месяц Мысли. Равнина, Сфен Земли, долина Элид, Элидген
«Голосование, sa has-sulu. По производственным вопросам…» — Гедимин, болезненно морщась, перекатился с боку на бок. «По вопросу пригодности агрегата… Надо же было додуматься! Видимо, все мы тут, на Равнине, понемногу сходим с ума…»
Видимо, резкое движение потревожило приборы на запястье — сармат увидел из-под брони слабое свечение. Тяжело вздохнув, он похлопал по запястью — свечение не угасло. «Дозиметр,» — наконец шевельнулось в сонном мозгу. «От тряски не просыпается. Что-то учуял…»
Он сел, сдвинул пластины с запястья и ошалело мигнул. Дозиметр «учуял» десятикратное повышение общего фона. «Омикрон — сорок микрокьюгенов…» — сармат, рывком поднявшись на ноги, сдёрнул со стола сфалт, вцепился в корпус реактора, — все пластины были на месте, излучение наружу не просачивалось. Он поддел когтем ящик стола, в котором лежал другой омикрон-источник — образец ирренция — но и там всё было в полном порядке. «Сорок микрокьюгенов…» — Гедимин уставился на стрелку-указатель, плавно качающуюся из стороны в сторону, как будто всё вокруг было источником сильного омикрон-излучения. «И это, похоже, именно фон…»
Полминуты спустя он стоял у барака филков и держал под мышкой охапку
