Цикл романов 'Обратный отсчет'. Компиляция. Книги 1-5 - Токацин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Брось эту падаль, Джед, — сказал Лоренц, брезгливо поморщившись. — Скажи им, Ривз, что этот дурак ещё легко отделался. Никто не выйдет, пока я не позволю. Что там, Гарсия?
Гедимин выпустил человека и толкнул его к стене. Тот упал — скорее всего, от неожиданности — и быстро пополз к своим.
— Пусто, — сказал Гарсия, плюнув в открытую нишу. — И в других тоже. Видно, нож был один — и вчера пошёл в дело.
— Зря плюёшься, — буркнул Винки. — Теперь это мой диван, забыл?
— Прости, — виновато сказал Гарсия, пинком закрывая нишу. — Давай, располагайся.
Лоренц прошёл вдоль дивана, мимо выстроившихся в шеренгу бойцов, и остановился у нового «периметра». Ривз и Рейес, оттеснённые в угол, молча смотрели на него; бойцы жались в кучку у стены.
— Механик Джед объявляет Мелтона Ривза и Бена Рейеса вне закона, — громко сказал Лоренц. — Есть возражения? Мас? Ван Вэймин? Ли Юншу?
В ангаре стало тихо. Гедимин видел, как Рейес свирепо сверкает глазами, но не решается двинуться с места. Ривз молча разглядывал пол нод ногами.
— Те, кто называет себя его бойцами, — продолжал Лоренц, глядя в другую сторону, — пусть хорошо подумают. До последнего дня октября я готов буду их принять… за некоторую плату. С первого дня ноября все, кто остался с Ривзом, разделят его судьбу. Вам не стоило злить механика Джеда. На этом всё.
Он резко развернулся и подошёл к Гедимину.
— Мы закончили. Ничего не добавишь от себя?
Сармат озадаченно мигнул. «Я⁈ Вроде нет… Хотя… да, кое-что добавлю.»
Он повернулся к Ривзу. Их взгляды не встретились, но человек дёрнулся и вжался в стену. Рейес ухмыльнулся, приоткрыл рот, но не издал ни звука.
— Вы послали одного идиота на убийство, — ровным голосом сказал сармат. — Один из вас признается охране. Тогда он сможет жить дальше. Нет — значит, нет.
Он отвернулся и, пройдя в полной тишине пяток шагов, сел на диван рядом с Дальбергом. Тот молча пихнул его кулаком в плечо и показал большой палец. Рот Дальберга был искривлён в довольной ухмылке — впервые за очень много дней.
— Давно пора было, — пробормотал Лоренц, вернувшись на своё место. — Прости, Джед, сегодня без угощения. Уже не успеваем.
Сармат отмахнулся. Его ещё слегка потряхивало — напряжение отпускало не сразу.
— Джед, — Лоренц, выждав минуту, тронул его колено. — Ты не мог бы до субботы погулять на космодроме?
Сармат мигнул.
— А здесь я буду… не нужен?
— Ну-у… лучше будет, если ты погуляешь там, — признался Лоренц. — Не бойся, больше никого не убьют. Я хочу вытащить нескольких несчастных придурков…
Гедимин кивнул.
— Делай, как знаешь. Я тут не разбираюсь.
Лоренц ухмыльнулся.
— Я только доделываю то, что начали вы с Меллоу. Джед… Так ты не против принять людей Ривза? Никаких особых постов для них, конечно, — самые общие права…
Гедимин пожал плечами.
— Пусть приходят. Дай им защиту. Рейес… мне он не нравится.
Дальберг громко хмыкнул. Шептаться уже было ни к чему — ангар гудел от десятков голосов, бойцы вернулись к тренировкам, и гулкие звуки ударов разносились по зданию, справа спорили о чём-то картёжники, — если бы кто-то и захотел подслушать, о чём говорят на диване, он не разобрал бы ни звука.
— Рейес и Ривз в одной клетке… Лоренц, я бы устроил тотализатор.
Лоренц ухмыльнулся.
— Я подумаю над этим, Дальберг.
Гедимин посмотрел на свои ладони и досадливо сощурился — он только теперь вспомнил, что оставил «читалку» в камере. «Ничего, эта возня скоро закончится,» — успокоил он себя. «И снова станет тихо.»
31 октября 23 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
— Тебе, — сказал Лоренц, просовывая сложенные листки сквозь решётку. Гедимин подставил ладонь.
— Сегодня последний день, — буркнул Дальберг, садясь на койку.
— Бумаги у Джеда, — отозвался Лоренц. — Слово за ним. Не бойся за них, Дальберг. Дураков там не осталось. Последнего Ривз сдал в понедельник.
Гедимин развернул листок.
«Я, Р. Новак, и ещё Ф. Керр, и Ю. Броуди были там, когда Рейес сказал, что Крауса нужно кончать. Ривз сказал Брауну взять нож из тайника, когда Рейес вышел, и механик Джед тоже ушёл. Он его спрятал и потом всё сделал. Мы не трогали нож и ничего не говорили. Скажи механику Джеду, чтобы он не убивал нас. Мы будем в его банде кем угодно. Мы сдадим по десять койнов в первый взнос. Мы просим принять нас. Р. Новак, Ф. Керр, Ю. Броуди».
«Убивал?» — сармат озадаченно мигнул. «Я не собирался ничего… Что эта мартышка Лоренц успела наболтать, пока меня не было⁈»
— Это последние трое, — с довольной ухмылкой сказал Лоренц. — Ну, что скажешь?
Гедимин пожал плечами.
— Пусть приходят. Это ты напугал их?
Лоренц кивнул.
— Все видели, как ты поднял Броуди за шкирку. Я только чуть-чуть подтолкнул, дальше они сами себя напугали. Итак, Ривз и Рейес остаются наедине… На кого ставишь, Дальберг?
01 ноября 23 года. Луна, кратер Пири, город Кларк
— Приходи, — попросил Лоренц, на пару секунд задержавшись у закрытой камеры. — Мы собирались выпить немного в память о Краусе. Про тесков никаких разговоров не будет, я всем сказал.
— У Матейки отгул, — буркнул Гедимин, недовольно щурясь — очередной «мартышечий» праздник наступил внезапно, и сармат не был уверен, что сегодня вообще выйдет из камеры. Лоренц сочувственно похлопал ладонью по защитному полю и ушёл, подгоняемый угрюмым охранником. Через пять минут появился сержант Матейка.
— Во двор? — он, и без того не слишком радостный, помрачнел окончательно. — На кой тебе во двор⁈ Там же будет это… великая победа Земли и всё такое.
— Сегодня везде великая победа, — отозвался сармат, заглядывая под койку в полупустой «общак». — Водку будешь?
— На службе, — отказался конвоир, быстро оглянувшись через
