Современный зарубежный детектив-7 (Крутой детектив). Компиляция. Книги 1-27 - Сара Парецки
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Он спокойно обернулся, но, увидев, кто перед ним, дернулся, сплюнул кусочек льда и закашлялся. Я уселся рядом с ним и подождал, пока он справится с кашлем.
— Где сестра? — спросил я.
Ник подскочил как ужаленный, но я схватил его и усадил на место. Он повел плечами.
— Джек! Господи! Мы думали, ты погиб! — громким шепотом проговорил он.
— Чуть не погиб, но посмотри-ка: Джек вернулся и спрашивает, почему Уильямс пытался убить меня, пока я делал грязную работу за твоего папашу. Интересно выслушать твою версию.
Ник нервно затянулся сигаретой и наклонился ко мне.
— Дела плохи, Джек. У нас большие проблемы. Уильямс свихнулся. Я боюсь, он нас всех поубивает. Ты же заешь, он просто животное.
— А где Большой Папочка? Дома?
— Нет, ему пришлось уехать. Он не мог там оставаться.
— Почему?
Ник бросил взгляд на толпу.
— У отца неприятности, — крикнул он. — Большие неприятности. Я не знаю, где он, и, честно говоря, не очень хочу знать.
— Сюда идет Уильямс, — сообщил я. — Времени почти нет. Лучше расскажи побыстрее все, что знаешь, пока я не вышел из себя и не застрелил кого-нибудь по ошибке.
— Уильямс идет сюда? У тебя есть пистолет?
Я приподнял рубашку, и он увидел рукоять пистолета, который дал мне Космонавт.
— Конечно. А у кого нет? А теперь расскажи, что за проблемы у полковника. Учти, я повторять не буду.
Ник оглянулся, как загнанный зверь, не знающий, куда бежать.
— Джек, пожалуйста… Ради бога, давай заберем сестру и уйдем отсюда. Потом я все расскажу. Честное слово!
— Где она?
— Внизу, танцует.
Ник шагнул к перилам, но с опаской, словно боялся, что я столкну его вниз. Он снял очки и протер стекла носовым платкам. Надел их, огляделся и указал куда-то вниз. Даже в полутьме было видно, что он напуган и к тому же бледен, как человек, который много лет проработал в подвальном помещении.
— Видишь ее? Вон, в черном платье. Она танцует с девушкой.
Проследив направление, я наткнулся взглядом на Вивиан. Да, она танцевала, и это зрелище меня загипнотизировало. В приличной школе таким танцам не учат. Я почувствовал, что краснею. Несколько секунд я наблюдал за ней, завороженный ее пластикой. Казалось, музыка расплавила ее скелет. Потом они с девушкой поцеловались.
«Саут-Бич во всей красе», — подумал я.
Ник наклонился к моему уху.
— Мы думали, ты погиб!
— Ты это уже говорил. Не делай вид, что разочарован. Скажи лучше вот что: почему Уильямс вас преследует?
— Долгая история. Он думает, мы хотим его обмануть.
— Как обмануть? — спросил я.
— Джек, пожалуйста. Давай сначала уйдем. Ты что, не боишься Уильямса?
— Если Рудольф так страшит тебя, то что ты здесь делаешь?
— Мы думали, в толпе безопаснее, — ответил Ник.
— Уверен? Подумай еще разок.
В темноте я достал пистолет и сунул Нику под ребра. Обернулся, но на нас никто не смотрел. Парочки за столами были поглощены разговорами, на лицах играл отблеск свечей и, вероятно, кокаина, от небольшой дозы которого я и сам бы сейчас не отказался. Слишком уж длинными выдались последние два дня.
— Что ты творишь?! — отчаянно зашипел Ник, — Убери эту штуку!
— Позволь задать тебе один вопрос, Ник. Насколько я, по-твоему, безумен?
— Как можно задавать такие вопросы? Я не знаю. Понятия не имею. Да я никогда не думал, что ты безумен. Возможно, немного глуповат, но не безумен точно.
— А сестра тебе никогда не говорила, что я безумен?
Я ткнул его стволом пистолета.
— Нет! Никогда! Она никогда не говорила, что ты безумен. Богом клянусь, не говорила!
— А знаешь что? Она тебя обманула! Я сегодня главный псих! Уильямс по сравнению со мной просто святоша. Понимаешь? Повтори, чтобы я слышал: «Ты самый безумный сукин сын, которого я когда-либо видел». Ну!
Я надавил ему дулом на живот.
— Ты самый безумный сукин сын, которого я когда-либо видел, — кротко повторил Ник.
— Неубедительно. Громче. Говори, пока я не скинул тебя отсюда!
— Ты не можешь так поступить! Я на кого-нибудь упаду!
— Его проблема. Нечего было являться в этот притон.
— Ну ладно, хорошо! Ты самый безумный сукин сын, которого я когда-либо видел! Я серьезно, Джек. Первый раз просто так сказал, а теперь серьезно. Ты сумасшедший, мать твою. Ты еще хуже Уильямса.
— В данный момент буду считать это комплиментом.
Я убрал пистолет под рубашку. Ник расслабился, но я не хотел давать ему спуску, поэтому схватил за локоть и надавил большим пальцем на локтевой нерв. Он попробовал вырваться, но я не пустил.
— Шагай вперед, — сказал я. — Мы спускаемся и забираем твою сестру. Только попробуй сбежать — я тебе задницу прострелю.
Я ожидал, что он бросится наутек, но он послушно пошел мимо столиков к лестнице. То ли я старею, то ли сказалось напряжение последних дней, но «Угольки» раздражали меня, и хотелось уйти как можно скорее. Надо было увезти Вивиан и ее брата в отдаленный тихий уголок, где можно без помех поговорить, местечко с парой железных стульев, галлоном сыворотки правды, наручниками и ярким немигающим светом.
Пробиться сквозь давку на первом этаже оказалось тяжело, и мне потребовалось добрых пять минут, чтобы медленно просочиться к тому месту, где я видел Вивиан. Я пробирался сквозь толпу красивых женщин, не замечая их. Музыка колотила по ушам, подобно грому. Я шел сосредоточенно, как ищейка по следу. Пришлось потолкаться, и не всем это понравилось. Высокий мальчишка с красивым, как у модели, лицом начал было возражать, но что-то в моем облике его остановило. Я поймал его взгляд, в котором однозначно читалось: «Твою мать, этот парень — легавый». Однажды приобретя повадки полицейского, сохраняешь их на всю жизнь.
Когда я наконец-то нашел Вивиан, она уже не танцевала. Она сидела у подковообразной барной стойки в центре танцпола, с бокалом в руке и ко мне спиной. Я подошел и сел рядом. Высокий мужчина в черной рубашке и черных же брюках поднес ей зажигалку. Ник маячил рядом, как призрак прошедшего Рождества. Я легонько похлопал Вивиан по руке. Видимо, она привыкла к такому обращению и не обернулась. Мне пришлось постучать по красивому бронзовому плечу, словно в дверь. Мужчина в черном сурово взглянул на меня, но я не обратил внимания. Вивиан оглянулась, изумление вспыхнуло в ее глазах, она покосилась на брата, и на ее лице последовательно отразилось несколько эмоций.
Надо отдать ей должное, сыграла она хорошо,
