Сатира и юмор: Стихи, рассказы, басни, фельетоны, эпиграммы болгарских писателей - Петко Славейков

все бросились в большом волненье к утру готовить приглашенья. Комиссия наутро в сборе, да оказалось, — вот ведь горе! — что у аптеки той кредиты недавно временно закрыты: письмом запросим в управленье на это дело разрешенье! И в управлении центральном подобным образом печальным история вершится эта, в которой не видать просвета, и все ж на склад приходит весть спустя неделю — что в ней есть? «На № вышлите исходный запрос, нам более пригодный!» Вновь №, к №-у — не в меру пытались подражать Гомеру… И наконец, рулон с бумагой летит к Тер-Пен-Ко. Что с беднягой? Уже давно над ним, безвинным, чебрец склонился с бальзамином, щебечет над могилой птица, и небо вечное искрится. Перевод О. Дмитриева.

ХИТРЫЕ ПУТНИКИ

Кораблик плыл в огромном бурном море, вез золотоискателей — три сотни. Роились, бились молнии в просторе — на горизонте, как будто затаился в черных тучах отряд драконов, злобных и могучих. Внизу ревет пучина, вздымая грудь свою до туч, огнями полных, пасть разевают темные глубины — миг, и кораблик сгинет в бурных волнах… Тут капитан, молчавший в мрачной думе, велел собраться пассажирам в трюме и объявил: «Такое дело — корабль нагружен сверх предела: мешков три сотни с золотом — немало, да только буря мачты поломала, сорвала паруса, канаты оборвала! Коль не предпримем мы усилий дружных, быть всем нам в царстве раковин жемчужных! Так значит — для спасения дружины добычи всей не меньше половины велю волнам отдать я — лишь так спастись мы сможем, братья!» Тотчас засуетились все тревожно, и каждый рассудил: «Нет, невозможно лишиться в миг огромного богатства! К тому же вряд ли можно догадаться, что я один своей не бросил доли… А без меня мы не спасемся, что ли?» И каждый притворился, что в пучину он высыпает ровно половину, а сам подумал радостно: «Ну, что же — зимою станет золото дороже!..» Сильнее стали грохот, вой и крик — крепчала злая буря каждый миг, и молнии, собравшиеся в стаи, нещадно по кораблику хлестали, взъярилось дико море… И вскоре кораблик набок сбило, закрутило, и бездна поглотила — кораблик тот с большими мудрецами, с их тремястами ценными мешками. Перевод О. Дмитриева.

Христо Смирненский

КРАСНЫЙ СМЕХ

Под гнетом мрака векового, взращенный бурей и огнем, наш красный смех, наш смех суровый, сдружился с поднятым мечом. В своих раскатах сочетает он рабства скорбь и боль невзгод, священной злобой сотрясает он запылавший небосвод.