Босиком за ветром. Книга 2 - Татьяна Александровна Грачева
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
На повороте у скалистой стены мотоцикл сбросил скорость, Славка успела увидеть отвесный обрыв и макушки деревьев. От зелёного моря захватило дух, она даже немного приподнялась на сиденье, чтобы заглянуть в разлом, но увидела только утопающие в чёрном тумане остроконечные сосны. Выйдя из опасного поворота, мотоцикл снова набрал скорость, но выехав на ровную дорогу, неожиданно замедлился, а потом и вовсе остановился.
Марк съехал на обочину и поднял визор. Славка слезла с мотоцикла и сняла шлем.
– Что случилось?
– Не знаю. Заглох.
Он снова попытался его завести, но мотор верещал, будто работающая вхолостую дрель, и тут же замолкал.
Славка покрутила шлем в руках.
– Мы ещё далеко, да?
– До Кисловодска? Далеко. Но близко к моему дому. Там есть ещё «Ямаха» и машина. Я дотолкаю «Дукати» до гаража и снова поедем.
Славка кивнула.
– Хорошо.
Марк толкнул мотоцикл вперёд и побрёл вдоль обочины, не прошёл и ста метров, как свернул на грунтовую дорогу в лес. Славка шла немного позади, заметила, что Марк заметно хромает, и нарочно замедлилась. Дорога терялась между деревьями, хотя выглядела довольно широкой, проложенной машиной. Сгущающаяся темнота придавала тропе таинственность и делала её уже.
Шли молча, вслушиваясь в лес, спутанный сумерками. Заухала сова, следом за ней тонко и заливисто запела другая птица.
Славка замерла и улыбнулась.
– Зарянка?
– Скорее, закатянка. – Марк тоже остановился и прислушался. – Красиво поёт.
Дослушали песню, только тогда двинулись снова.
Всю дорогу Марк заинтригованно поглядывал на Славку. Наконец спросил:
– Что значит Хаказбих?
– Олень.
Он удивлённо приподнял брови:
– Это на каком языке?
– Ни на каком, – Славка замялась, не ожидала, что он расслышал произнесённое шепотом слово. – На моём собственном.
– Просто меня как-то называли оленем. Давно это было.
Она прошла несколько шагов молча, прислушиваясь к шорохам и звукам, но больше к усилившейся тревоге. Та больше не пульсировала точкой, горела сигнальным маяком.
Резко остановившись, Славка положила ладонь на руку Марка.
– Не надо в Кисловодск. Отвези меня обратно.
Он растерялся.
– Не бойся, я не страшный Бармалей. Ничего тебе не сделаю.
– Я тебя не боюсь. Просто… отвези меня обратно. Не надо мне в Кисловодск.
Здесь, в чужом лесу, наедине с Хаказбихом, события этого дня сложились в чёткую картинку: телефон упал в лужу и отключился, дважды ломался автобус, она опоздала на электричку, и теперь заглох мотоцикл. Ей не надо ехать в Кисловодск. Сама судьба удерживала её от встречи с Крисом, тормозила и выстраивала на пути препятствия.
– Ладно, раз не боишься. Давай поужинаем, переночуешь, и я отвезу тебя утром на вокзал. Поедешь, куда тебе нужно. Хоть в Кисловодск, хоть… – он не договорил, позволяя Славке закончить.
– В Краснодар.
Марк резко остановился и заметно побледнел.
– Ты из Краснодара?
– Да.
– Но я бы на твоём месте не торопился. Раз уж ты тут, посмотри город, горы, лес. Тут просто обалденный лес.
Славка вздохнула.
– Лес очень красивый, живой. Но это не мой лес. Твой.
– Какая ты странная.
Славка отказалась от ужина и уснула прямо в гостиной Марка, в окружении его котов. Утром он, как и обещал, отвёз её в город на том самом мотоцикле, который вчера заглох. Он оставил свой номер телефона, на случай, если она снова будет в этих краях или ей понадобится помощь.
Славка купила билет на самый поздний рейс, чтобы ехать ночью, и весь день бродила по городу, изучала местные достопримечательности. Старалась не думать о том, что всего в часе езды находится Берёзовая балка, а там по стропе над бездной ходит Шинук.
Автобус приехал в Краснодар под утро. Славка выбралась в сырой, тёмный город и побрела на остановку. Постепенно светало, но утро не принесло с собой бодрости. Тело ломило от долгого и неудобного сидения в кресле, голова гудела. Она чувствовала себя уставшей и разбитой.
Славка думала, что уснёт, как только доберётся до квартиры, но после душа и кофе взбодрилась и решила пойти на работу. Несмотря на ранее утро, Макса не было дома, судя по всему, он не выгулял Димона и не покормил Домового, что случалось крайне редко. Обе миски зияли блестящей вылизанной чистотой. Насыпав корм, Славка достала молчаливый телефон, покрутила в пальцах и оставила на столе. Им она займётся потом.
С самого Железноводска её не оставляла смутная тревога, в невыспавшейся тяжелой голове мысли ворочались медленно и со скрипом, будто звенья старого механизма, но беспокойство просачивалось даже сквозь них, живот сводило от голода, при этом запах еды раздражал, слегка подташнивало. За порогом квартиры город рухнул на голову волной хаоса и шума. После притихшего Железноводска торопливо-суетливый Краснодар ощущался особенно оглушительно.
Славка толкнула двери «Рогалика» и вошла в зал. У барной стойки столкнулась с Юзефовной. Та посмотрела на неё как-то странно.
– Что ты тут делаешь?
– Как что? На работу пришла.
Надевая фартук, она поймала в зеркале обеспокоенный взгляд Натальи. Но не успела спросить, почему они все на неё так смотрят: испуганно и одновременно сочувствующе. В зал влетел Макс, осмотрев помещение, наткнулся взглядом на Славку и чуть ли не бегом направился к ней.
Молча снял с неё фартук, взял за руку и вывел из кондитерской. На тротуаре Славка дёрнула Максима за рукав, заставляя повернуться, и всмотрелась в его лицо. Смутная тревога выбралась на поверхность, сконцентрировалась и тяжёлой кувалдой ударила её под дых.
– Что случилось?
Она спросила и тут же испугалась, что получит ответ. Будто непроизнесённое вслух не свершилось, и всё ещё можно изменить.
Макс положил ладони на её плечи.
– Зофья. Твоя мама умерла.
– Что?
– Зофья умерла.
Славка тряхнула головой. Картинка перед глазами поплыла, уши заложило, будто она нырнула на большую глубину. Как умерла? Что он такое говорит? Бред какой-то.
Макс что-то говорил, но Славка только видела, как шевелятся его губы, беззвучно и медленно. Спине стало очень холодно, плечи сковало инеем. Макс отвёл её к машине, усадил на кресло и пристегнул. Славка находилась в оглушительной тишине и онемении, не в силах принять эти два слова: мама умерла.
Не заезжая домой, они сразу отправились в Старолисовскую. Макс периодически затрагивал Славку вопросами, но она не отвечала. Мир внезапно застыл, потеряв и звуки и краски. Они въехали в деревню, пересекли площадь и сразу направились на Солнечную улицу. Славка так и не сдвинулась, периодически
