Фантастика 2025-68 - Алексей Владимирович Калинин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
* * *
Я всегда старался с пониманием относиться к действиям своей охраны, но, кажется, сейчас они просто тешат собственную паранойю. Судите сами: на площади несколько патрулей с собаками, натасканными на запахи взрывчатки и оружейной смазки, все окрестные здания обошли полицейские и убедились, что новых людей в этих квартирах и конторских зданиях не появилось. Въезд на площадь тоже перекрыт патрулями. Ну, кто и каким образом может причинить мне вред, скажите на милость?
Охрана окружила машины, образовав внутреннее кольцо защиты внутри внешнего, составленного из присланных из Стокгольма полицейских, оттеснивших на удивление многочисленных зевак на край небольшой площади.
Тем не менее, первым из автобуса мои «личники» вывели двойника. Одет так же, телосложение похожее, на голове — каска-сфера, не позволяющая разглядеть лицо. Предполагалось, что враги купятся на ранее не применявшийся нами приём и откроют огонь по обманке. Блин, стыдно-то как!
А в следующий момент, когда откуда-то справа застучал пулемёт крупного калибра, и очереди буквально разорвали сначала одного из «личников», а потом — и моего дублёра, мне стало стыдно по-настоящему. А ещё — страшно! Блин, да не выдрессируй Артузов своих ребят в стиле «дело — прежде всего», там лежал бы я!
* * *
Да уж, Maschinengewehr-16 TuF[190] — страшная сила. Кажется, «цель» удалось ликвидировать двумя первыми очередями. Первая группа торопливо перенесла огонь на ближний к ним броневик, торопясь парировать угрозу ответного удара. Это было полностью правильно, покинуть чердак водокачки быстро не получилось бы, а черепица — слабая защита от пулемёта.
Быстро они! Пара очередей, и башня броневика замерла, не завершив разворот в их сторону. Еще две очереди, и из пробитого моторного отсека потекла жидкость — масло или топливо, отсюда не разобрать.
— Ганс, пока наши камрады их отвлекают, работай по основной цели. Мало ли, что ему руку оторвало, может и выжить. И по ближнему охраннику тоже, его вообще не зацепило. Вдруг они схитрили, и Воронцова за охранника выдают. Фриц, ты в резерве.
Роли в четвертой группе давно были расписаны. Командир указал цели, отдал команду открыть огонь. И Ганс, основной снайпер, молча начал работать из своей драгоценной винтовки штучной работы, а Фриц, его второй номер, стоит наготове со своей винтовкой со своей самозарядной винтовкой Мандрагона, заряженной бронебойными патронами. Да, использование бронежилетов Воронцовым и его охраной давно не было секретом, были приняты меры.
Вольфганг, четвёртый член их группы и единственный, говорящий по-шведски, выпустил Бьорне и теперь прикрывает вход в квартиру с MP-16 в руках. Страшная, кстати, вещь на близком расстоянии и по незащищенному человеку. Высокая скорость стрельбы, быстрая перезарядка. Да и под пальто можно спрятать, если магазин отомкнуть. Бойцы мобильных групп вооружены такими же «машинками» и гранатами-«колотушками». Знали бы, что Воронцов прибудет не на поезде, прихватили бы и бутылки с зажигательной смесью. Но по пехоте вне строя они малоэффективны, а носимый вес ограничен. Вот и остановили выбор на гранатах. По две с осколочными стальными рубашками для работы на средних дистанциях и по плоской связке из трёх гранат — именно против техники. Но связку далеко не кинешь, придётся подходить на двадцать-тридцать метров.
— Готово! — доложил Ганс. — Оба — с гарантией.
— Теперь снимай колясочников.
Как все же удачно группа Блюхера отвлекла всё внимание и огонь на себя! Никто из воронцовских волкодавов, кажется, даже не заметил, что очередной его боец получил смертельную пулю от снайпера в незащищенный бронежилетом бок.
Между тем, пулемет, работавший чердака водокачки, перенёс огонь на автобус.
* * *
Работали немцы грамотно, это Генри Хамбл успел оценить. Вообще-то, в состав охраны Воронцова он официально не входил, всё же возраст уже сказался на скорости реакции. Так, друг, сопровождающий, тренер в стрельбе. Да что там, эти молодые ребятки порой уже норовили ненавязчиво охранять его самого. Но остроты ума, хладнокровия и наблюдательности годы не отобрали. Он ещё осенью заметил, что Юрий теперь такой же седой масти, как и он сам. Заметил, но, разумеется, болтать не стал.
Вот и сейчас, когда все в автобусе залегли, прикрываясь от огня нижней, наиболее прочной частью брони, он подобрался к Воронцову и подсказал по-английски:
— Грамотно действуют! Эти нас отвлекают, но кто-то ещё работает. Смотри, уже два экипажа «Императриц» кто-то завалил. А с водокачки их не достать!
Впрочем, пока он это говорил, неведомые враги уже взялись за третий экипаж.
* * *
— Внимание по сторонам! — заорал я уже на русском. — По нам работают и другие стрелки.
А Генри тем временем взял бесхозный «нудель», проверил магазин и, открыв амбразуру в борту, начал высматривать противников. Я, задержавшись на секунду-другую, составил ему компанию. Промедление было не от растерянности, просто я не сразу выбрал между «нуделем» и «светкой». У первого магазин больше и перезарядка быстрее. Вторая точнее и выше пробивающее действие. В конце концов, я решил, что быстрый стрелок у нас уже есть, тем более, что с Хамблом мне нереально тягаться в скорости и точности, и взялся за винтовку.
* * *
Русские наконец-то опомнились. Второй броневик сдвинулся с места и начал огибать автобус, пытаясь протиснуться между ним и высокой клумбой. Кто-то из пассажиров автобуса закрыл броневые шторы на кабине, а затем, судя по всему, сменил водителя и начал пробовать выехать задним ходом. К удивлению немцев, эта защита вполне себе «держала» даже пули крупного калибра. Впрочем, неизвестно, сколько бы она продержалась — первой группе пришлось перенести огонь на второй броневик. К их несчастью, лобовая броня корпуса и башни была покрепче, и её хватило на то недолгое время, пока башнёр не смог ответить. Брызнула черепица и немецкий пулемёт замолчал.
Алоизу, видевшему это в бинокль, оставалось только надеяться, что камрады бросили свою «машинку» и начали отступление. Хотя бы часть из них.
* * *
Нет, не зря лейтенант Блюхер настоял на том, чтобы взять и третью ленту к пулемёту. Правда, нести ее пришлось ему самому, потому как остальной расчет был и без того навьючен тяжеленным пулеметом, который даже без щитка и патронов весил за сотню килограммов. Зато с их прекрасной
