'Фантастика 2025-155'. Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников

Бывший офеня осклабился, показав щербатую улыбку.

— Так с вашего попущения, благодетель. Коли не вы, так бы и таскался по сёлам с ложками да бусами. До гроба вашей милости не забуду, молиться за ваше здравие буду и детям завещаю.

— Что привёз?

— Как заказывали: железо да стали чутка. Всё, сколько нашлось.

Принимал металл Прохор, да так придирчиво, что с Ваньки Щербатого пять потов сошло. Они с кузнецом кричали друг на друга, махали руками и чуть не подрались. А я наблюдал за этим «концертом» со стороны и лишь посмеивался.

В конце концов Прохор и Ванька сторговались. В мастерские потащили товар, а купец получил деньги. Но отпускать его я пока не планировал.

В саду за особняком Настасья Филипповна накрыла столик с самоваром и всякой чайной закуской. Туда я и пригласил Ваньку для разговора.

— Благодарствую, Константин Платонович.

Прежде чем сесть, он низко поклонился. Было видно, как бывший офеня робеет пить чай за одним столом с «барином». Это мне сословные предрассудки безразличны после жизни в Париже, где приходилось делить хлеб с лавочниками и пить с аристократами. А русские дворяне купцов держат на расстоянии, всем видом демонстрируя разницу в статусах.

— Не женился ещё, Иван?

— Да куда мне, барин, — Щербатый махнул рукой, — торгую, кручусь, езжу туда-сюда, некогда свататься. Да и невесты подходящей нет. Крестьянку какую неграмотную не возьмёшь, а купеческие семьи от меня нос воротят. Говорят, выскочка безродный. Ничего, вот выбьюсь в первую гильдию, там посмотрим.

— В миллионщики метишь?

Щербатый пожал плечами.

— А чего не метить, Константин Платонович. Ежели ум есть, руки на месте, чего бы и не попробовать. Мож, кому интересно просто в лавке сидеть да чаи гонять, а мне скучно будет.

— Молодец, Иван, так и надо. Держи!

Я бросил ему маленькую стальную коробочку. Купчишка поймал её на лету, осмотрел со всех сторон и отщёлкнул крышку. Над коробочкой вспыхнул яркий язычок пламени. К чести Щербатого, он не испугался, только удивлённо тряхнул головой. Закрыл крышку, снова открыл. Пощёлкал несколько раз.

— Никак колдовство, Константин Платонович?

— Магия, Иван, самая настоящая деланная магия.

— Чудно, ой чудно.

Он нахмурил лоб, покрутил в руках зажигалку и задумчиво почесал в затылке. Хитро прищурившись, посмотрел на меня.

— Вы же мне чудную вещь не просто так показали, Константин Платонович? Торговать такими думаете?

Смотри-ка, догадался стервец.

— Торговать ты, братец, будешь. Если на моё предложение согласишься.

Несколько секунд он раздумывал. Я буквально слышал, как у него в голове щёлкают костяшки счёт и звенит серебро.

— Константин Платонович! — Щербатый внезапно вскочил и поклонился в пояс. — Да как я отказаться-то смогу? Ей-ей, всё сделаю, ни копеечки не утаю, честь по чести, как отцу родимому! Ежели скажете…

— Сядь.

Купчишка плюхнулся на стул и уставился на меня по-собачьи преданными глазами.

— Возьми, здесь десять штук.

Я протянул ему мешочек с зажигалками.

— Отправляйся для начала в Муром, потом в Москву. Сторгуйся, посмотри, кому можно их продавать, поищи целевую аудиторию.

— Когось?

— Тьфу ты. Попробуй понять, кто будет покупать такие штуки. Крестьяне, купцы, из мещан кто, лакеи в богатых домах.

— А-а-а… Эт можно, понял. — Он на мгновение задумался. — Ежели расписать красиво, то купцам недурно предложить. В кармашек кожаный обернуть да канителью серебряной украсить. Может, с ювелиром, из тех что победней, договориться, да камешками вензель выложить, тогда и дворянам предложить не стыдно. Поразмыслю, Константин Платонович, крепко думать буду.

— Вот ещё что. Надо звучное название сочинить. Чтобы солидно звучало.

— А что тут сочинять? Муромским огнивом и назвать.

Мы посидели с ним ещё, обговаривая детали. Иван осмелел, под чай разговорился и показал себя как хваткий умный делец. Он правильно уловил мою идею и стал творчески её развивать. А мне этого и надо было! Доходы с зажигалок ожидались не слишком большие, а вот дополнительный приработок для моих крепостных не помешает. Так что я переложу все заботы на Щербатого и буду только контролировать.

Под конец беседы случилось непредвиденное происшествие. Анубис неожиданно проснулся, посмотрел на Ваньку моими глазами и довольно ухнул. Из груди вырвалось щупальце силы и ударило орка в висок.

Щербатый часто заморгал, глядя на меня, будто в первый раз увидел. Вскочил со стула и рухнул передо мной на колени.

— Константин Платонович, княже, прими под свою руку. Ей-ей, не пожалеешь. Верой и правдой служить буду! Как увидел, так сразу понял — князь ты. Настоящий! Наш князь, оркский.

Анубис заворочался в груди, рыча и выпуская когти. К моему величайшему удивлению, я ощутил сродство с этим орком. Через древнюю кровь, ту самую, которой во мне было не так уж и много. И через Талант, такой же старый, как эта кровь.

На мгновение картинка перед моими глазами расплылась, и я увидел почти такую же сцену. Кто-то очень похожий на Ваньку Щербатого, в длинном армяке, стоял на коленях с непокрытой головой. Кланялся и что-то говорил. А вместо меня над ним возвышался чистокровный орк в богатом кафтане, высокой собольей шапке и мечом на поясе. Миг, и видение исчезло под смешок Анубиса — эта зараза и показала мне его, не объясняя, откуда оно взялось.

Ноги сами подбросили меня вверх. Рука легла на голову Щербатого, и я не своим голосом произнёс:

— Принимаю твою службу, орче. Не жалей живота своего, а я награжу по-княжески.

Анубис в последний раз раскатисто рыкнул так, что вокруг меня дрогнул эфир, и снова погрузился в спячку. Ванька Щербатый встал, хлопая глазами и не понимая, что произошло. Я хлопнул купца по плечу, попрощался, и он двинулся обратно к своим телегам.

— Эй, стервец, что это было?

Я призвал Анубиса с желанием устроить ему допрос с пристрастием. Но наглый Талант выворачивался, рычал и не желал давать ответы. Единственное, что мне удалось из него вытрясти — показанная картинка была воспоминанием из прошлого. Очень-очень старое, связанное с неким Всеславом, правнуком «Красного ока». Больше Анубис ничего не пожелал отвечать и снова заснул. Я махнул рукой на этот его взбрык и занялся другими делами. Никакого толку от этих древностей всё равно нет, и приложить их в современном мире некуда.

* * *

За ужином случился забавный казус. Бобров сидел за столом задумчивый, рассеянно глядя перед собой. Но то и дело его взгляд перемещался на Александру. В эти моменты Пётр вздыхал и тёр пальцами висок. А по губам проскальзывала улыбка, которую он старательно прятал.

Ах ты, зараза такая! Нет, друг, так дело не пойдёт. Я слегка пнул его ногой под столом, отчего Бобров вздрогнул и посмотрел в мою