'Фантастика 2025-124'. Компиляция. Книги 1-22' - Павел Кожевников

оставит ноут включенным. Вот незадача, блин!.. А Маше-то, как видно, совсем худо. Полулежит на откинутой спинке сидения, глаза закрыты, черты лица какие-то острые, изломанные. Видно, что очень больно, но терпит, настоящий боец... И красивая. Даже такая - беспомощная, страдающая, совсем без косметики - всё равно красивая... Но как бы она не вырубилась, тогда кранты - без неё ничего не получится..."

   Андрей, лениво покручивая баранку "Форда", кажется, ни о чем не думал - просто смотрел на дорогу и по сторонам, изредка бросал взгляды в зеркало заднего вида. Ещё ночью он сказал Илье, когда тот предложил разработать план похищения диска для раскодировки Симагина: "Утром что-нибудь придумаем. Утро, Илюха, вечера мудренее". Однако утром на то же самое предложение пожал плечами и сказал беспечно: "Авось случай какой подвернётся. Счастливый. В жизни, Илюха, всегда есть место счастливым случаям".

  - Опа! - вдруг воскликнул он и стал притормаживать, прижимаясь к обочине.

  Илья посмотрел в окно - в проулке между домами стоял, изготовившись к бегу, их знакомый бомж - щуплый и чёрный, как головёшка, обладатель выцветшей красной футболки и клетчатых штанов.

  - Эй, Изя! - Андрей уже вышел из машины, обошел кабину и помахал бомжу рукой с тротуара. - Подь сюды, Израиль Наумович, дело есть.

  Изя затравленно огляделся по сторонам и хотел было юркнуть за угол, но строгий окрик майора заставил его застыть на месте:

  - Стоять, господин Дворкин! Дело чрезвычайной важности. Вашему лучшему другу необходима помощь!

  Дворкин изобразил на лице крайнюю степень непонимания.

  - Ой, я вас умаляю, какому такому другу? - всплеснув руками, искренне удивился он, глядя на мужчин из чёрного "Форда", подошедших к нему. - Вей з мир, у бедного больного Изи уже давно нету друзей. Йих когда-то хватало, но теперь на это дефицит...

  Андрей покачал головой:

  - И как ты, Изя, с такими еврейскими вариантами умудрился в бомжи угодить!.. Борода в помощи нуждается.

  - Какая, простите, борода? Я вас не очень отчетливо понимаю, господа. Вы меня таки не за того приняли, я чту Тору, но никогда не носил бороды. И вообще, кто вы такие?! Вы антисемиты? Средь бела дня схватили добропорядочного гражданина прямо на улице и задаете прямо-таки жутко странные вопросы.

  - Вот сука, - Андрей недоуменно посмотрел на Илью, - мы его от скинов спасали, а он нас признавать не желает. От всего открестился... Слышь ты, добропорядочный гражданин, - он схватил Изю за грудки и энергично встряхнул, - сейчас поедешь с нами и сделаешь всё, что я тебе прикажу. Ты меня понял?!

  Израиль Наумович похлопал пушистыми ресницами, что, по-видимому, означало согласие.

  - Ты меня понял? - повторил разъяренный майор. - Не слышу, сука!

  - Ойц, понял, - прохрипел бомж.

  - Ты бы отпустил его, Андрюша, - равнодушно бросил Репин, - задушишь на хрен. Какая тогда от него помощь? И труп опять же куда-то девать надо.

  - А что труп? Бросим за мусорными контейнерами, да и вся недолга. Пускай у ментов еще один висяк нарисуется.

  - Сейчас не менты, а полицейские, - напомнил Илья.

  - А какая разница? - Андрей резко разжал пальцы и Дворкин кулём свалился у его ног. - Да не буду я об эту падаль руки марать.

  - Но наказать-то надо, - решил подыграть майору Илья, хотя понятия не имел, что тот задумал.

  - А давай, не будем лениться, разыщем тех самых скинхедов и отдадим его им. Думаю, парни будут рады такому подарку.

  - Не надо, и шо вы так разоряетесь без копейки денег? - живо отреагировал Изя, поднимаясь. - Хорошую моду себе взяли - убивать живых людей среди белого дня! Я и так всё вспомнил. И Бороду вспомнил. Кстати, как он поживает?

  - Хреново поживает, - зло буркнул Андрей.

  - Да вы что!! - притворно изумился Дворкин. - За что так гнобит и щемит нас Всевышний?

  - Слушай сюда, Израиль Наумович, - Андрей зацепил пальцем мысик Изиной футболки и притянул к себе. - Поедешь с нами и сыграешь коротенькую роль в спектакле, сценарий которого я тебе сейчас доложу. Кстати, роль со словами. Ты когда нормальным был, в театры хаживал?

  - Почему был? - возмущенно вскинул худые плечи Изя. - Я таки и сейчас абсолютно нормален. А театральные представления, как любой уважающий себя еврей, посещал регулярно. Мы с моей покойной мамой не пропустили ни одной премьеры.

  - Вот и славненько, значит, слова великого Станиславского тебе напоминать не надо. Убедительно сыграешь, чтобы тебе поверили - отпущу и бить не буду. Даже конфетку дам.

  - Я сладкое не ем, у меня сахарный диабет. И еще эти ноги, чтоб они сгорели! Они меня так крутят, так крутят... Вот если бы вы мне дали немножко денег на лечение...

  Андрей возмущенно фыркнул:

  - Ну что вы за народ такой, жиды!

  - Нет, эти люди всё-таки антисемиты, - воздел руки к небу Дворкин, - они хотят, чтобы я продал им артиста просто ни за что...

  - Стоп, Изя! Спектакль начнется после третьего звонка, то есть по моей команде. Ты рано вступил, даже сценарий не прочитал... Говоришь, диабет у тебя?

  Изя скорбно вздохнул.

  - А как ты без инсулина обходишься? - спросил Илья.

  - Почему обхожусь? Вы таки немножечко не правы - только на него и работаю.

  - Хорошо сыграешь - получишь свой инсулин, - пообещал Андрей. - Пошли.

  - Мине наличкой, господа хорошие, чтоб вы знали сколько сейчас в аптеках подделок, надо брать только проверенные лекарства.

  - Наличкой так наличкой, небось, не обидим, - уверил Андрей, садясь за руль.

  - Куда податься бедному еврею? - вздохнул Изя тоном Гамлета и полез в машину.

  На территории вотчины Доктора властвовали три неприятных особы. Первой была уже набравшая силу жара, размягчившая асфальт до консистенции пластилина. Второй - мёртвая тишина, нарушаемая разве что шумом машин, проезжающих по отдалённому шоссе. Третья - уныние, вызванное полным отсутствием людей - как "пациентов", так и обслуживающего персонала передвижной лаборатории. Ворота были распахнуты настежь, а слабенький, практически не освежающий ветерок безуспешно пытался сдвинуть с места скомканную газету, валяющуюся посреди двора.

  Если бы