Божественная комедия. Самая полная версия - Алигьери Данте

раскаяния жало,     Что от всего, к чему так льнул мой слух,     Душа моя, как от врага, бежала. 88    Самосознанье так мне грызло дух,     Что тут я пал, и чем тогда мог стать я, —     Лишь знает та, пред кем мой ум потух. 91    Когда ж стал вновь мир внешний сознавать я, —     Та донна, кем я встречен у ключа,     Сказала мне: «Ко мне, ко мне в объятья!» 94    И погрузив до шеи и влача     Меня в волнах, по водному разбегу     Она скользнула, как челнок ткача. 97    И хор воспел, лишь близок был я к брегу,     «Asperges me» — так звучно, что нет сил     Ни описать, ни вспомнить звуков негу. 100    И дланями прекрасной схвачен был     Я за главу и весь опущен в волны,     При чем воды невольно я испил. 103    И к четырем тем девам я, безмолвный,     Стал в хоровод, омыт от грешной тьмы,     И принят в их объятья, счастья полный. 106    «Мы нимфы здесь, a в небе звезды мы!     Мы, до явленья Беатриче в мире     Её рабы, уж лили свет в умы. 109    К ее очам тебя представим в мире;     Дадут же мощь тебе их вынесть свет     Те три жены, что глубже зрят в эфире». 112    Так начали петь хором и, вослед     Им шествуя, предстал я пред Грифона;     С него ж на нас был взор ее воздет.

И дланями прекрасной схвачен был

Я за главу и весь опущен в волны

115    «Здесь не щади очей, — сказали жены, —     Ты приведен к смарагдам тех очей,     От коих стрел ты пал во время оно». 118    Миллионы дум, огня все горячей,     Влекли мой взор к очам ее лучистым,