'Фантастика 2025-124'. Компиляция. Книги 1-22' - Павел Кожевников

поливают ваши поля. Да, в море бывают шторма и опасности, но это сила моря, она и не добрая, и не злая, она просто… сама природа. Зато она не подлая, она не обманет. Вы же доверяетесь морю каждый раз, когда выходите на промысел, чего же вы сейчас боитесь?

— А вдруг ты нас заколдуешь и заставишь вечно тебе служить, рабами сделаешь! — выкрикнул кто-то, кажется, тот же самый недоверчивый.

— И зачем вы мне в рабстве? — хмыкнула я. — Слишком много вы о себе мните. Все сокровища моря в моих руках: жемчуг, кораллы, золото с затонувших кораблей. Но я, конечно, все сделаю, чтоб получить в рабство какого-то старого рыбака!

Все засмеялись, пихая друг друга локтями в бока, а недоверчивый субъект густо покраснел, а потом насупился.

— А сколько стоит раб? — из любопытства спросила я у капитана Гарта.

— Рабство в Империи под запретом, — нахмурился он.

— Тем более!

Глава 36

— Мы здесь в одной лодке, — слово взял капитан Гарт. — Один откажется — никто не сможет вернуться на берег. Я не могу вам приказать произнести клятву, поэтому предлагаю голосовать. Те, кто будут в меньшинстве, смирятся с решением большинства. Согласны?

Помрачневшие моряки закивали.

— И не бойтесь вы рабства, — решила обнадежить я их. — Раз рабы под запретом, то иметь их для меня — большой риск. Самое главное, чего я хочу — это прибыть на землю и не привлекать к себе внимания. Скандал с рабством мне не вообще не нужен. Повторюсь, тем, кто не хочет со мной оставаться, я выдам оплату и можете уходить на все четыре стороны, никого держать не буду. А вот те, кто решат остаться и помогать мне на берегу, смогут неплохо подзаработать во время сезона штормов, а может и после.

От моих сладких речей рыбаки не воодушевились и не вдохновились, мне они все равно не верили, я чувствовала, что голосование прямо здесь и сейчас не даст мне выигрыша, точнее, может, больше половины и будут согласны (или скорее понимают неизбежность клятвы), но мне нужна была более очевидная победа, чтобы не оставалось сомнений, и никто не мог, отказавшись, резко перевернуть ситуацию.

— Я могу тоже поклясться. Я дам магическую клятву, что не буду вредить ни вам, ни вашим близким, не буду насильно удерживать… чего там вы еще боитесь…

— Ты же магичешь, как тебе доверять, — хмыкнул старикашка с хитрым прищуром, — как нам проверить, связала ты себя клятвой или нет, — открыла рот, но он не дал мне вставить и слова. — Никак. Но выбора все одно нет. Я голосую за, — и он с ударил себя по груди, так и оставшись прижав правую руку наискосок.

Еще несколько человек повторили жест пожилого матроса, один сделал тот же жест, но левой рукой, и я поняла, что его означает «против». «За» проголосовали и капитан с Первым Помощником, и Марус. Как ни странно, люди косились друг на друга и голосовали, чем больше становилось голосов «за», тем больше к этому ответу склонялись и сомневающиеся, и даже несколько человек сперва проголосовавшие «против», потом опустили руки, а после решили «за». В итоге «против» оказалось всего два голоса, а один мужчина так и сидел с опущенными руками.

Капитан Гарт обвел моряков строгим взглядом, не то пересчитывая, не то давая возможность изменить решение.

— Семь голосов «за», два «против», один воздержался, — подвел он итог.

— Восемь, — перебил его мужчина с опущенными руками, — восемь голосов «за», — он все же прижал правую руку к груди, а один из противников, увидев, что они в явном меньшинстве, руку опустил.

— Восемь голосов «за», один воздержавшийся, один «против», — вновь огласил капитан, больше поправок не возникло. — Что ж, мы готовы принести клятву.

Я кивнула. Вообще-то, я рассчитывала устроить представление завтра, когда будет светло, но сообразила, что не надо давать людям время на сомнения. Может, при свете звезд и подросшей голубой луны будет и зрелищнее.

О том, как обставить ритуал, я уже думала, было несколько идей, но больше я полагалась на импровизацию, так что сейчас пришла пора действовать. Но для начала избавиться от неподходящего костюма.

Я повернулась к Марусу спиной и попросила:

— Помоги-ка мне.

— А? — тормознул он.

— Женских корсетов он еще не развязывал, — хохотнул Первый помощник и, перегнувшись через юнгу, развязал шнуровку.

— А вы, я так посмотрю, в этом очень опытны, — хмыкнула я, поведя плечами.

Все опять засмеялись.

Платье было мне слишком широким, так что снять его с плеч труда не составило, сложнее пришлось с тем, чтобы вытащить юбку из-под хвоста. Оставшись в нательной рубашке и нижней юбке, я аккуратно свернула ткань платья и положила на свою «скамейку». Мужики смотрели на меня как на диво-дивное, все же у них тут весьма странные представления об обнаженке. Ало, у меня даже ног нет, и никакой «зоны бикини» тоже нет. Разве что грудь от нормальной женщины, а рубашку я решила не снимать. Вообще, дело было не только в современных мне нормах поведения, я в этом теле чувствовала себя не совсем женщиной. Собственно, и логично, я и человеком-то была только до пояса, а, учитывая жаберные щели, и того меньше.

В общем, скинув и нижнюю юбку под удивленными взглядами мужиков (мне показалось, они ждали чуда, что хвост мой внезапно превратился в ноги), я подозвала из моря волну и нырнула в нее, скрывшись в море. Представляю, как это выглядело для людей, там, у костра, где хорошо видно только то, что попадает в круг света.

«А что ты делаешь?» — Кракен выбрал идеальное время, чтобы появиться.

«Устраиваю для людей представление», — постаралась объяснить я, а потом посмотрела на морское существо оценивающе. Хм… об этом-то я и не подумала.

Люди все еще сидят у костра, удивленно косясь в ту сторону, где я скрылась, ожидают моего появления. Только моя одежда сиротливо лежит на деревяшке, ее никто не смеет отодвинуть и пересесть на более удобное, чем камни, сиденье. Пауза держится достаточно долго, чтобы они уже устали ждать, кто-то начинает болтать, пытается шутить, разрядить обстановку.

Вдруг огонь начинает шипеть и плеваться, яркие язычки пламени притухают, но не до конца, кок пытается поворошить костер палкой. Никто не замечает, как под покровом темноты вокруг костра прочерчивается водная граница. Не замечают, пока один из мужчин не хочет отойти по нужде, но, едва он пытается занести ногу над границей, как его обрызгивает маленький фонтанчик. Он испуганно ахает и отходит назад в мокрых штанах. И