Божественная комедия. Самая полная версия - Алигьери Данте

    Прекрасную похитить утварь смел. 139    И обвинил коварно в том другого.     А чтоб не в радость был тебе мой стыд,     Когда придешь из мрачных стран ты снова, 142    То эта весть пусть слух твой изумит:     Сперва Пистойя Черных всех разгонит,     Потом гражда́н твой город обновит. 145    Из Вальдимагры, что в туманах тонет,     Поднимет Марс грозы кровавый пар     И на поле Пичено вновь застонет 148    Бурь яростных неистовый разгар,     И весь туман с полей рассеет вскоре     И Белым страшный нанесет удар. 151    Так говорю, чтоб ты изведал горе!»

Песнь XXV

Содержание. Пока Ванни Фуччи страшно богохульствует, на него кидаются змеи: одна стягивает ему шею, другая скручивает руки. Он бежит, преследуемый кентавром Какусом, на спине которого распростерт дракон огнедышащий. Между, тем перед Дантом восстают три другие тени: Авьедо, Буозо и Пуччио Шианкато. Тень первого сливается с шестиногим драконом, внутри которого обитает душа Чианфы, и оба превращаются в одно страшное чудовище. Вторая тень узнается черною змеею, в коей поселен дух грешника Кавальканте: тогда перед глазами Данта совершается дивно-страшное событие — человек превращается в змею, змея в человека. Третья тень, Шианкато, только одна остается непревращенною.

1    При сих словах, поднявши обе руки,     Шиши просунул меж перстов злодей     И проклинал весь ад и адски муки. 4    Но тут змея — с тех пор люблю я змей! —     Ему стянула будто петлей шею,     Как бы сказавши: продолжать не смей! 7    Другая, кинувшись на грудь злодею,     Так сжала руки, так впилась в него,     Что двинуть он не мог рукой своею. 10    Пистойя! о Пистойя! для чего     Не обратишься в пепел, коль пороком     Ты превзошла и предка своего? 13    Я не встречал во всем аду глубоком     Нигде стол дерзких пред Творцом теней;     Не так был горд у Фив сраженный роком! 16    Он в ужасе помчался без речей.     И видел я: Кентавр