Проза

Игорь Вишневецкий — автор шести сборников стихов, новой большой биографии Сергея Прокофьева, книг и статей по истории музыки и литературы. Экспериментальная повесть Вишневецкого «Ленинград» вызвала горячие дискуссии и была удостоена премий журнала «Новый мир» и «НОС». Герои «Ленинграда» — осколки старой русской интеллигенции в момент...

отсутствует...

Что мы знаем об элите? Об интеллектуальной элите? Мы уверены, что эти люди – небожители, не ведающие проблем. А между тем бывает всякое. Герой романа «Попугай в медвежьей берлоге» – вундеркинд, двадцатиоднолетний преподаватель арабского языка в престижном университете и начинающий переводчик – ни с первого, ни со второго, ни с третьего взгляда не...

...

Иван Грозный, Петр I, Иосиф Сталин – казалось бы, что объединяет этих исторических личностей? На самом деле все они связаны с таинственной Либереей – библиотекой, привезенной в Россию Софией Палеолог и бесследно утраченной в следующем веке. Ее столетиями искали многие, но не удалось найти никому. Десятки версий: Старица, Кремль, Коломенское,...

Неизвестные боевики берут в заложники Папу, из монастырской тюрьмы сбегает осуждённая еретичка, а имперский легион устраивает мятеж и начинает поход на столицу Империи. Есть ли между данными событиями связь? Почему все следы ведут к Святой Инквизиция, а ведущему дело спецагенту службы Имперской Безопасности упорно препятствуют в расследовании?...

...

«Неодинокий Попсуев» – роман о провинциальной русской жизни на стыке веков и на сломе человека, семьи, государства. Главный герой Сергей Попсуев, выпускник столичного вуза, на закате горбачевской перестройки приезжает по распределению в областной город Нежинск. Впереди у него девяностые «лихие» годы, время, наполненное работой, творчеством,...

«Синяя Борода» стоит немного в стороне от привычной прозы Курта Воннегута: в книге нет ни фантастических, ни даже футуристических элементов, и человечество на этот раз не погибает в глобальной катастрофе. Мы знакомимся с историей жизни пожилого американца армянского происхождения, случайно разделившего с автором как некоторые подробности опыта...

Дакия разгромлена.Римский император Траян – победитель.Его центурион Гай Приск вернул себе имущество отца и звание римского всадника. Он женат и счастлив. Его друзья-соратники из славного контуберния Пятого Македонского легиона тоже в порядке. Тиресий – центурион в Дакии, Кука – преторианец…Но мирная жизнь – не в традициях последнего римского...

Жила-была девушка, которая практически ни во что не верила: ни в себя, ни в любовь, ни в какое-нибудь мало-мальски завалящее чудо. И снится ей сон с симпатичным молодым человеком, утверждающим, что он – ее суженый и что встречаются они уже на протяжении нескольких столетий. Снится упорно и весьма изобретательно демонстрирует ей свои чувства. После...

Герой рассказа, ученик реального училища, больше не чувствует себя ребенком. Он еще шалит, но уже испытывает мир на прочность, ищет границы дозволенного… ощущает соблазн смерти… и покидает ее ради душной, истомной, пустой жизни....

Это повесть о пяти страшных годах германской оккупации Дании — с 9 апреля 1940 по 5 мая 1945 года. Рассказ начинается с того дня, когда германские самолеты впервые с ревом проносятся над тихим ютландским городком, и завершается периодом капитуляции гитлеровских войск. В центре повествования рабочая семья, живущая в одном из старых кварталов города....

…Убийца стремится сравняться с Богом, и соблазн ощутить себя Богом — все сильнее. …Убийца снова и снова пытается подчинить себе человеческие души и — снова — преуспевает в желаемом, ибо слишком часто душа бывает много слабее самой слабой плоти. …Убийца живет даже не двойной жизнью, но ДВУМЯ ЖИЗНЯМИ. В одной смертоносное безумие — это единственная...

Мистические повести о рыцарях и чертях, о средневековье и сегодняшнем дне, о добре и тому, что ему противостоит, причем автор так и не удосужился доказать что, например, добро сильнее зла и оно всегда побеждает. Ведь не шахматы же мы играем, господа…...

У Артура Конан Дойла порой трудно определить, где заканчивается детектив и начинается фантастика. Грань между историческим повествованием и, так сказать, "альтернативной историей" весьма условна. Внимание писателя к каждому из "затерянных миров" в высшей степени органично. Ранее не переводившиеся рассказы А.Конан Дойла,...

...

В детстве Сартр насочинял себе немало ролей, одна из которых — писатель. В автобиографической повеести «Слова» он вспоминает, что в библиотеке его «забавляли задумчивые дамы, скользившие от полке к полке в тщетных поисках автора, который насытил бы их голод; они и не могли его найти, ведь им был я — мальчик, путавшийся у них под ногами, а они не...