Фантастика 2025-68 - Алексей Владимирович Калинин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Дарья с Валерием переглянулись, и муж, взяв ее за руку, сказал:
— Держись, дорогая. Когда-нибудь они все свалят куда подальше, — успокаивал жену Валерий.
— Да лучше сразу пристрели меня, милый! Добрыня наемников каких-то собирает, Маша как с цепи сорвалась, Артур служанок портит. Разве о таком будущем для детей я мечтала? Выходит, только Ленька у нас нормальным вырос, вся надежда на него, — мать посмотрела на сына, здоровенного как медведь.
— Не хочу тебя расстраивать, мам, но Ленька-то наш картежник еще тот. Он свой дом на Сахалине в карты продул, — Артур не упустил шанса отомстить брату.
— Так вот почему ты так резво примчался, как только мы вас собрать решили? — мать зашипела на Леонида.
— Да ладно, ма, куплю я себе новый дом, делов-то. У меня в банке еще деньжата есть. Кстати, не одолжите немного? Мне тут надо с Дорничевым сделку по рыбзаводам доделать, кровь из носу!
Но ответа Леня не дождался. Отец вскочил, схватил ружье и наставил на него:
— А ну беги отсюда, паршивец, пока я тебя не пристрелил!
Леонид с воплями, что Артуру крышка, умчался прочь. А Дарья накинулась на мужа с упреками, как он посмел в сына из ружья целиться.
— Да будет тебе, я ж солью заряжал, — отмахнулся Валерий. — Ладно, давайте уже дальше про Добрыню читать.
Втроем они склонились над планшетом, и отец принялся вслух зачитывать подробности про подвиги Добрыни, про разгром Домоседова и убийство Павликовского. Все только диву давались, гадая, как это ему удалось.
— Слушайте, а может он и не наш вовсе? Может его в роддоме подменили, и он из царских бастардов? — задумчиво протянул Артур.
— Ага, кажется мы с ним в детстве совсем разные книжки читали! — донесся из-за окна голос подслушивающего Леонида.
Но на него уже никто не обращал внимания. Все гадали, как же их Добрыня умудрился выкинуть подобное.
* * *
В Российской Империи
В двухэтажном особняке песчаного цвета, построенном в восточном стиле, сегодня было очень шумно, несмотря на то, что гости все еще продолжали прибывать.
Во внутреннем дворе особняка был роскошный большой фонтан, и гости, спасаясь от жары, прогуливались вокруг него, попивая напитки и ожидая начала празднества, когда всех пригласят к столу.
— Сегодня очень важный день, — стоя в тени на втором этаже и поглядывая в сторону фонтана, произнес высокий мужчина — граф Степан Разгуляев.
— Вы про нападение на Добрынина? — поинтересовался личный секретарь Андрей Грошин, облаченный в дорогой зеленый костюм. Он был правой рукой графа, в курсе всех дел и предан ему, как пес.
— Меня не волнует судьба того, кто скоро умрет, — усмехнулся Разгуляев белоснежной улыбкой. — Мой вассал с большой гвардией и без меня справится. Сегодня куда важнее мой день рождения, и я могу не думать о войне. Ты только глянь, Андрей, сколько аристократов съезжается на этот прием в мою честь. Отличный повод наладить связи для бизнеса, да и ценные подарки никто не отменял. Думаю, озолочусь после этого куда больше, чем потратился на пиршество.
— Вы весьма дальновидны, господин, — согласился секретарь. — К тому же в бальном зале на первом этаже уже выстроилась очередь. Гости жаждут видеть хозяина дома, чтобы вручить ему всевозможные документы на яхты, машины, квартиры и прочее.
— Яхты, машины — это скучно, да и квартир у меня уже столько повсюду, что мне оно ни к чему, — зевнул граф. — Но я надеюсь, гости окажутся смекалистее и придумают для меня нечто уникальное.
— Так пойдемте и узнаем, — секретарь распахнул перед ним створки на втором этаже, и они направились на звуки музыки внизу.
Стоило Разгуляеву появиться внизу, как толпа гостей завизжала от восторга, музыку приглушили, раздались аплодисменты и хлопки праздничных хлопушек. Граф стал прохаживаться среди знакомых: графов, баронов, виконтесс и княгинь. Он со всеми здоровался, заводил непринужденные беседы и интересовался, как им у него сегодня.
— Я без ума от ваших дней рождения, дорогой друг, — болтливая княгиня Анастасия, не терпящая скуки, радушно ему улыбнулась. — У вас всегда все на высшем уровне, к вам стоит лететь даже за тридевять земель. Лучшие напитки, идеально выдрессированные слуги из высшей школы, живая музыка от звезд. А про ожидающий нас ужин и говорить не стану: помню, как в прошлом году вы всех удивили, пригласив лучших поваров из Франции.
— Спасибо, мне очень приятно это слышать! Я стараюсь, чтобы всем гостям было комфортно и весело, — граф поцеловал княгине руку и двинулся дальше.
Гости, и правда, обожали Разгуляева за умение закатить такую вечеринку, чтобы угодить всем без исключения. Большая редкость, когда граф может удивить и впечатлить князей, которые выше по статусу. Конечно, есть обедневшие княжеские семьи, как впрочем и представители других сословий, независимо от титула. Но сейчас речь о весьма состоятельных и влиятельных князьях. К Разгуляеву реально слетались минимум раз в год погостить и поговорить о делах со всех уголков Империи и даже из-за границы.
Пообщавшись с гостями и дав им время перекусить на фуршете, граф занял почетное место именинника, как того требовали светские традиции. А разодетый по последней моде глашатай встал перед горой разнокалиберных подарочных коробок, громоздившихся до самого высоченного потолка. Плюс там было куча конвертов с подарочными акциями на кругленькие суммы или чеками на то, что нельзя принести с собой.
Глашатай пафосно зачитывал поздравления с открыток, называя дарителей и объявляя, что именно каждый аристократ презентовал графу. После оглашения очередного подарка гости провозглашали тосты. Разгуляев сиял от счастья, слушая, как даже в свой день рождения он становится все богаче.
— А вот подарок на сто тысяч рублей, — возвестил глашатай, обернувшись к графу, восседавшему в праздничном кресле, словно на троне. — И к нему открытка. Зачитываю! — он прокашлялся и отхлебнул воды из бутылки. — Дорогой Степан Егорович! Поздравляю тебя с днем рождения и желаю успехов во всех начинаниях и делах! А еще вызываю тебя на дуэль… — тут торжественный тон глашатая сменился на удивленный, но он дочитал, — которая состоится через неделю в столице, куда ты приедешь по делам. От Добрынина Д. — неловко закончил глашатай и покосился на графа.
В зале повисла звенящая тишина, лишь
