Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Шаргородский Григорий Константинович

Да что уж теперь…

Чуть подумав, высказал вслух появившиеся мысли:

– Ну, если можно так надежно защитить дом, то почему не сделать подобный артефакт для людей?

Орк так сморщился, словно ему сейчас предстоит объяснять основы квантовой физики троечнику из второго «Б».

– Ты слышал такое выражение, как «душа дома»?

– Я понимаю, что мы в Женеве и каких только чудес здесь не встретишь, но души домов это уже перебор.

– Зря ерничаешь, – не разделил узости моего кругозора орк. – Тебе как оценщику нужно понимать, что энергией творения в той или иной степени заряжается все, к чему приложил руки духовно развитый разумный. Так и зарождаются души у зданий. И чем старше дом, тем она сильнее. Конечно, душа это сильно сказано, но мы имеем дело с энергетическим явлением второго, а иногда и третьего порядка. Вот на эту суть и накладываются защитные печати. И чем дольше идет взаимодействие сути дома и защитных чар, тем сильнее становится защита. Эти печати поставили лет десять назад. Немного коряво, но исправимо. Так что норка тебе досталась неплохая. Конечно, если кто-то захочет подорвать дверь или стену, у него получится, а вот эфирные существа уже не пройдут. Если, конечно, не притащишь внутрь куклу с начинкой, как у тех бедолаг. Тут уж никакая защита не поможет.

– А на душу человека можно что-то подобное наложить? – не унимался я.

– Можно, но за такие художества гоблины топят затейников-экспериментаторов в жиже с личинками плотоядных головастиков. Для личной защиты есть тотемные духи-спутники и очень дорогие артефакты. Вот станешь ты покупать себе безделушку за сто пятьдесят тысяч франков, если шансы наткнуться на агрессивную тень примерно один к тысяче? Слушай, – не дав мне ответить, заворчал Бисквит, – хватит болтать. Тут работы непочатый край.

Отмахнувшись от меня как от назойливой мухи, орк тут же занялся делом. Он облазил почти весь дом, надолго зависая по углам и возле скрытых ниш в стенах. Я какое-то время пытался ходить за ним хвостиком, но, осознав, что даже приблизительно не представляю, что происходит, и будучи трижды посланным в дальнее пешее путешествие, чтобы больше не мешать, просто ушел спать.

Глава 6

Утром меня разбудил храп орка. Нет, он не устроился спать рядышком со мной. Свят-свят! Просто эта свинья храпела так громко, что слышно было из гостиной на первом этаже. Впрочем, я хорошо выспался, и разбудить меня могло что угодно.

По всем канонам, в любой культуре, человека и даже не человека после трудов на благо твоей безопасности нужно покормить. Так что я быстро принял душ и направился на кухню жарить омлет. Если вспомнить вчерашнюю пиццу, моя стандартная сковорода уже не внушала доверие. Пришлось лезть в шкаф и доставать оставшегося после прошлого хозяина чугунного монстра.

Сегодня у нас на завтрак так называемый холостяцкий омлет. Всякая разная мясная и не только нарезка ложится на тертый сыр и заливается взбитым десятком яиц. Все это накрывается крышкой и оставляется томиться. Зелени у меня не было, так что обойдемся без ресторанной подачи.

– Ты умеешь готовить! – прогудел от двери орк, заставив меня вздрогнуть.

Интересно, это он у Иваныча нахватался дурных привычек подкрадываться или я в последнее время стал слишком рассеянным?

– А ты нет?

– Вообще, – грустно вздохнул здоровяк, – а вот пожрать люблю. Кофе есть?

Кто бы сомневался, проглот ты этакий.

Вслух я, конечно, ничего говорить не стал, а просто улыбнулся:

– Конечно, через пару минут будет.

– Шикарно, – оскалился орк и, плюхнувшись на жалобно скрипнувший стул, подтащил к себе сковороду, игнорируя предоставленную в его личное пользование тарелку.

– Не борзей, – встревожился я и быстро отделил себе четверть омлета.

Взгляд орка на сковороду стал печальней.

Во время завтрака я, как радушный хозяин, не стал отвлекать гостя вопросами, но, похоже, буквально излучал нетерпение. Бисквит, закончив пожирать омлет с половиной обильно намазанной маслом буханки хлеба, горестно вздохнул. Отхлебнув из чашки кофе, он заговорил:

– Насчет детей. Ты ведь знаешь, что с рождаемостью у магов все ой как непросто?

– Слышал, что трудно забеременеть.

– Да, – кивнул орк, – но это только часть правды. Так сказать, официальная версия. Если копнуть глубже, все намного печальнее. Плод внутри матери в магическом фоне развивается по-особому. Выношенные и рожденные в Женеве человеческие дети потенциально являются очень сильными магами, но ваша популяция еще не выработала генетический ответ на развитие в повышенном магическом поле. И мутации иногда принимают взрывной характер. Очень часто это сказывается на внешности. Иногда рождаются мутанты, прямо как в людях Икс. Видел эту киношку? Так вот там еще красавчики показаны.

– Да ладно? – искренне удивился я. – И где же они все?

– Таких Академия выкупает сразу, причем на последних неделях беременности. Матери рожают в академической лечебнице. Информация секретная, но твоего допуска достаточно. Надеюсь, ты серьезно отнесся к подписке о неразглашении?

– Более чем, – поспешил я успокоить друга.

– Те, кто родился внешне нормальным, – продолжил орк, – до четырнадцати лет ничем не отличаются от обычных людей, а после родителям предлагают отдать их на стационарное обучение в Академию. При этом выплачивается серьезная премия как за будущего полезного городу чародея.

– Покупают, – мрачно констатировал я.

– На это можно посмотреть по-разному. Судя по твоему разговору с Кукольником, он думает именно так. Я же считаю, что город поступает правильно. Ты не видел этих детишек. Половина из них может раскатать меня в блин двумя жестами рук. Таких к жизни с обычными людьми – это я сейчас о живущих в Женеве магах – нужно готовить очень долго и вдумчиво. Ну типа как Супермена: большая сила – большая ответственность. Поверь, преподавателям приходится буквально вытравливать комплекс бога из голов этой школоты.

– Школоты? – уточнил я.

– Да, так мы называем воспитывающихся в Академии учеников, гаденыши еще те. Я из-за них даже Гарри Поттера дальше половины первого фильма смотреть не стал. Кстати, твои новые знакомцы цыгане серьезно так проредили ряды этой самой школоты.

– Каким же это образом? – ошарашенно спросил я.

– Среди них есть мастера проклятий похлеще гоблинских прядильщиков. Так вот, они проклинают своих детей особым проклятием, блокирующим магическое развитие. В итоге получается такой же недомаг, как все, кто переселяется в Женеву с большой Земли. Таким даже дар получить не светит.

– Круто, – все еще пребывая в шоке, отреагировал я.

– Да уж, ваша человеческая любовь к детям иногда ставит меня в тупик. Теперь неудивительно, что они прикрывают Кукольника, которого вполне разумные действия Академии почему-то доводят до бешенства. – Явно заметив скепсис в моих глазах, Бисквит добавил: – Поверь, Назар, я сам иногда преподаю школоте, никто там над ними опытов не ставит и извращениями не занимается. Все как бы не с точностью да наоборот. Гребаные детишки!

Ярость, с которой закончил свой посыл орк, вызвала у меня определенное доверие к его словам.

– Так, может, он и не связан с Академией, а просто нахватался слухов?

– А вот это вряд ли, – криво ухмыльнутся орк. – Твой след позволил нам взглянуть на все немного под другим углом. Я и сам удивляюсь, как не подумал об этом сразу. Откуда кто-то мог узнать ритуалы по призыву детей? Правда, с этим есть определенные неясности. Помнишь, как я удивился тому, что светляк сумел отразить его атаки?

– Помню, – хмыкнул я, – даже показалось, что этот факт тебя расстроил.

– Поверь, это не так. – Разволновавшийся орк даже стукнул себя кулаком в грудь. Раздался такой звук, будто кто-то долбанул булавой по бочке. – Я очень рад, что ты выжил! Просто странно все. Он привязал к себе уже пять теней. Причем не простых, а рожденных в Женеве будущих чародеев, да еще и через смерть родителей. И при этом его собственная тень осталась слабой. Это как-то…