Обратный отсчет: Равнина - Токацин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Застоявшийся воздух всколыхнулся, быстро остывая, и снова замер. Айзек, спустившийся в бункер, деловито растягивал вдоль стен защитное поле. Гедимин покосился на красные «браслеты» на его руке, затолкал матрас под пульт управления и повернулся к реактору.
— Ну-ка, отойди, — Айзек сунул ему кольца-накопители и сам взялся за заслонку. Под верещание двух дозиметров он вытащил из реактора пласт тёмно-синего «стекла».
— Ну, кажется, этот процесс я освоил, — он довольно хмыкнул, глядя, как под невидимым пульсирующим лучом зелёный свет перетекает из синего «стекла» в красное. — И со сбросом более-менее наладилось. Следующий этап — привести операторов сброса сюда. И научить их вот этой перекачке.
Гедимин мигнул.
— Ты про филков? Им — лезть в активную зону? Скафандры есть? Сколько?
— А сколько нужно? — отозвался Айзек, заворачивая заряженные накопители в непрозрачное защитное поле. — По мне, одного вполне достаточно. Мы, конечно, встанем на подстраховке…
Гедимин недовольно сощурился.
— Не нравится мне это.
Айзек, шагнувший было к реактору, остановился и развернулся к сармату.
— Что именно? Думаешь, филк не удержит в руках накопитель? Это небольшой пласт, с ним и «макака» справится.
— Открытая активная зона, пульсатор, два накопителя… — Гедимин едва заметно поморщился. — Слишком много на одного. Двое — ещё ладно.
Айзек сдержанно хмыкнул.
— Положим, когда дойдёт до пульсатора, активную зону можно прикрыть. А заряженные «кольца» класть в «тени», не рискуя перенасыщением. Даже без защитного поля можно обойтись — предупредить, чтобы под холмом по ходу луча никто не лазил, и всё. Тут нужна хорошо расписанная инструкция… ну, и месяц-другой тренировок, чтобы въелось в рефлексы.
Гедимин разглядывал стену. «Вроде бы всё верно. Но что-то мне тут не нравится. Какой-то неучтённый фактор…»
— Значит, договорились, — Айзек задвинул заслонку и ткнул в жёлтый камень «щупами» дозиметра. — К следующему сбросу Джефри…
Наверху заскрежетало. По ту сторону полурастворившегося защитного поля вырос силуэт в комбинезоне, за ним — ещё два. Айзек досадливо хмыкнул и, поводив по сторонам дозиметром, разрушил купол окончательно.
— Я предупреждал — выждать, потом спускаться?
— Мы выждали, — отозвался рослый сармат Ансур. — Нас уже комендант вытолкнул. Долго, недолго, — не знаю. Часов тут ни у кого нет.
— А по стеклянной штуковине много не намеряешь, — поддержал его один из филков. — Она только четверти отмеряет. И то криво.
«Опять под колбу коврик затолкали?» — Гедимин недовольно сощурился.
— Поставь ровно — и будет ровно, — буркнул он, переворачивая часы на пульте. Скорость истечения чёрного костяного «песка» пока не изменилась — и ничего странного не произошло ни с ним, ни вокруг… ничего более странного, чем происходившее до того.
— Айзек, — окликнул он командира на выходе из-под реакторного купола; тот, прижав непрозрачный кокон защитного поля к груди, уже кого-то высматривал среди филков на стрельбище. — Не знаешь, Альгот брал для денатурации местные кислоты? Если денатурировать обычную Би-плазму…
Айзек мигнул.
— Зачем её денатурировать? — его взгляд стал неприятно въедливым. Гедимин запоздало назвал себя идиотом — что стоило спросить о том же у Вепуата⁈
— Я подумал — если жжёнку…
Айзек, не дослушав, грохнул ладонью о кулак.
— Никаких жжёнок на Равнине! Сам запомни и Вепуату передай.
Он резко развернулся и пошёл к бараку. Гедимин растерянно хмыкнул. «Не надо так не надо. Но чего он вскинулся?»
…Вепуат сидел в цеховом ангаре, прямо на полу, поджав под себя ноги, и, расстегнув перчатки, держал в ладонях гладкий обломок камня. Его взгляд был направлен на пластину. Гедимин шагнул к нему, надеясь что-нибудь увидеть, но Вепуат на звук шагов шумно выдохнул, сжал камень в ладони и поднялся на ноги.
— Пока ничего, — он покачал головой. — Долгое дело — настройка… Да и потом — есть подозрения, что это не совсем наши мониторы. То есть — не держа в руках, ни кварка не рассмотришь.
Гедимин хмыкнул.
— Ты что, видишь руками? Не знаю, что там за эффект, но если его видит один глаз, должен видеть и другой.
— Вот опять ты про «должен»… — пробормотал Вепуат, застёгивая перчатку. — И про анатомию рассуждать. Не берись, не твоё это.
Гедимин выразительно пожал плечами. Ему было что сказать, но он не успел — внутренний «шлюз» открылся, пропуская недовольного Альгота. С войлочных рукавиц и сапог сочилась вода.
— Видел? — он со второго рывка расстегнул рукав комбинезона и помахал перед Вепуатом рукой. Она была ярко-голубого цвета, пальцы гнулись, но с трудом. Сквозь лицевой щиток виднелось посиневшее лицо — не такого насыщенного оттенка, но уже сошло бы за марсианское.
Вепуат хмыкнул.
— Это называется «адаптивные реакции». Посиди в тепле — побелеешь обратно. Или походи так неделю. Кожа перекрасится, но мёрзнуть перестанешь.
Альгот хотел показать ему кулак, но смерил сармата угрюмым взглядом и передумал.
— Ни одного червяка на всём кусте, — мрачно сказал он. — Полчаса раскопок в снегу.
Вепуат слегка переменился в лице.
— Да? И между отростками тоже? Я думал, там достаточно укрытий от ветра… Видимо, кустарник всё-таки продувается. Надо смотреть в низинах, там затишье…
Филк сердито фыркнул.
— И кто меня, если что, там откопает? В твоём затишье метровые сугробы!
— Вот ты сразу и заметишь червяков, — ухмыльнулся Вепуат, оглядываясь на озадаченного Гедимина. — Такая чёрная сетка на снегу и талые следы…
— Не надо ему в низину, — вмешался Гедимин, вешая мокрые рукавицы филка на заслонку. От них пошёл пар.
— Тем более — в одиночку. Мало ли кто там лазит. Ты мне обещал объезд на
