'Фантастика2025. 194'. Компиляция. Книги 1-27 - Алекс Холоран

меня… человечный, — ласково пробормотал незнакомец и вновь обратился в лавового монстра, прикосновения которого, впрочем, не обжигали.

— Ты кто? — до конца испуг так и не прошел, а лучший способ с ним справиться — получить ответы, чтобы сон разума не добавлял чудовищ к уже имеющимся.

— Как кто? — удивился монстр и, заметив искреннее непонимание на лице Ильи, задумчиво пробормотал: — Допустим, — и пузырьки лавы лопнули с протяжным вздохом. — Допустим, я — демон Максвелла.

— Это был мысленный эксперимент.

— У Джеймса — да. У нас — вполне реальные Врата, а их сколько ни закрывай, вы все равно туда-сюда шлындаете, никаких сил уже нет привратника косплеить!.. Ох… Мальчик, прекращай бояться уже. Я свой до последней молекулы, ты же смотришь не просто как не родной, а вообще, как на монстра.

— Но ты монстр, — резонно возразил Илья, и в ответ снова полопались вздыхающие пузыри. — Ну, — смягчился он, — или притворяешься им.

— Не притворяюсь — форму поддерживать энергозатратно, вот и приходится оставлять лишь суть. Тело-то все — тю-тю. Слышал, может, про Стену Изначального Пламени, что Землю с Авекшей разделяет? — Покачивание головой монстра явно расстроило, и теперь вместо пузырей вздохнула морда. — Сложно-то как с тобой. С Дениской и то веселее было.

— Ты знаешь моего брата? Ну, Дениса, то есть.

— Еще б мне его не знать, — скривился монстр, а потом его озарила какая-то мысль, и наспех отращенные лапки стукнули кулачками по подставленным снизу ладоням. — Точно же! Надо бы заставить Дениску проклятие с тебя снять, пока он не до конца испортился.

— Не надо! — воскликнул Илья, и пришла уже очередь монстра вздрагивать. — Не надо заставлять, — поспешил он объясниться. — Если заставить — ничего не получится, Денис из-за этого расстроится и уйдет в Лабиринт Смерти.

— Ну, допустим, ему так и так туда смотаться надо…

— Так он не вернется!

— Хм, — засомневался монстр. — Откуда дровишки?

— Видел.

— Глазастый ты мой мальчик, видел, значит. Где? Не отвечай, глупость сморозил — где ж ты еще мог увидеть, как не в череде вероятностей. Она ж и появилась, только когда тебя прокляли. Только ты смотреть в нее нормально и можешь, остальных разве что сюда тянуть и заставлять, и то не все видят. Значит, говоришь, нельзя Дениса заставлять?

— Нельзя.

— А с тобой чего тогда делать, радость моя? Опять ведь вылетишь…

Илья после небольших раздумий решился-таки достать из-под футболки гайтан с амулетом, полученным у Мьялиг, и с глупым «Вот» помахал им перед мордой демона.

— Ага, — морда расплылась в довольной улыбке. — Отдала, значит. Это она молодец. Хочешь, чтобы я его активировал?

«Торговаться будет» — догадался Илья, а пузырьки лавы уже взрывались с хитрющим «хи-хи».

— Не станешь? — хмуро уточнил он.

— Я-то? — ангельским голосочком протянул демон. — Конечно, стану! Для своей-то кровиночки. Только…

— Только?

— Надо будет потом глянуть чего-как в череде вероятностей с этим самым походом Дениски в Лабиринт Смерти. А то ведь позарез как надо, ты даж не представляешь.

— Нет, — Илья в одно движение сунул амулет обратно под футболку.

— Ты, пока сюда летел, головушкой где-то приложился, да? — ласково поинтересовался монстр, но не заметив нужной реакции на свои слова вдруг стал серьезным, даже голос изменился, жаль, что не форма: — Илья, ты вообще понимаешь, что речь идет о твоей жизни?

— Понимаю, — кивнул он, а перед глазами стоял образ отца, лишившегося ног и руки. — Но Дениса по твоей прихоти подставлять не стану!

— Да кто тебя!.. — монстр осекся, резко выбросил в сторону Ильи когтистую «лапку» и притянул к себе.

Пахнуло жаром, обозначая, как сильно демон разозлился. Но сдаваться Илья не собирался, как не собирался становиться тем, кто разрушит мир. Он слишком любил этот мир, чтобы сотворить такое. Да и нельзя винить Дениса за совершенное тысячелетия тому назад другим человеком. Денис не такой! Он ни за что бы не проклял Илью. Так что лучше уже пусть тащит обратно в череду вероятностей, чем он предаст брата.

— Как интересно, — пробормотал монстр. — Юношеский максимализм, помноженный на привязанность. Допустим… Допустим… Да не трясись ты так — отпущу я тебя, причем с неоткушенной головушкой отпущу. Надо только кого-нибудь для защиты найти, а то благословение Виджая вещь, конечно, хорошая, но не со всем срабатывает — лучше подстраховать. Химеру бы какую… О! Есть у меня одна неучтенная, тебе прям как то, что доктор прописал. К нему и выкинем. А насчет амулета подумай хорошенько. И не забудь позвать, как решишься, — и расцепил когти.

Нового падения не случилось. Илья обнаружил себя на городской улице, залитой лучами заходящего солнца. Никто из прохожих не обратил внимания на его внезапное появление, и он, чтобы и дальше оставаться незаметным, просто пошел вперед, пытаясь собраться с мыслями. Мир вроде бы мерцать и исчезать не собирался, но зато местами на дороге, на крышах, окнах и стенах домов, на указателях и вывесках, на тротуарной плитке проявлялись силовые линии спящих или отработавших свое рун. Наверное, пересмотрел вероятностей, раз начал видеть подобное — раньше такого никогда не случалось. Но почему бы не воспользоваться этим и не найти какого-нибудь творца, что вернет его домой? Конечно, возвращение сулит мучительный разговор с отцом, только других вариантов все равно нет.

И Илья принялся рассматривать руны, пытаясь найти среди них относительно свежую, которая могла бы привести его к своему создателю. Увлекся, и столкнувшаяся с ним женщина раздраженно произнесла на немецком:

— Осторожнее!

Он что — в Германии? Не факт. В Австрии? И тоже не факт. Где там еще на нем говорят? Вот так вот учить языки без оглядки, где и сколько народу его используют! Только они ему легко давались, потому и учил. Легче только музыка.

Илья отошел в сторону, чтобы не мешать прохожим, и замер. В находящемся рядом отеле на первом этаже пульсировал сине-красный сгусток силы, отчетливо видимый сквозь стеклянную дверь. Химера! Что в его случае могло быть лучше химеры? В современном сообществе творцов все они, кроме Макса, подчинялись деду Айзеку, а значит, обязательно помогут!

Ведомый смутной надеждой он на негнущихся ногах вошел в фойе отеля и зажмурился, не смея верить глазам. Там у стойки портье