Обратный отсчет: Равнина - Токацин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Ворота ветра, может, не пригодятся, но вреда точно не принесут, — согласился страж. Его голос звучал глухо — лицо по самые глаза было закрыто тканью. Слои накидок свисали с макушки, с плеч, накладываясь друг на друга, — в целом Руниен напоминал передвижной кокон с приделанным сбоку посохом. Руки в толстых рукавицах он тоже старался на воздух не выставлять, держа их под каким-нибудь свисающим краем. С меховой опушки над глазами и складок ткани-«респиратора» то и дело сыпался иней.
— Не замёрзнешь? — спросил Гедимин, покосившись на термометр. — Глаза всё равно снаружи. Чего в пещерах не сиделось?
Вепуат укоризненно хмыкнул.
— Боишься, что мои глаза промёрзнут? — из-под «респиратора» послышался смешок. — В знаках огня ещё достаточно силы. А на мне их много. Но ты прав, мастер Дим-мин, — холод силён и может убить.
— Там — подогреваемые коридоры, — Гедимин кивнул на светящиеся «здания» на «западе». — Шлюз я тебе открою. Сиди там, целее будешь. Минус пятьдесят пять, да ещё с ветром… Ты всё-таки человек, а не… местная зверушка.
Вепуат снова хмыкнул. Руниен повёл посохом. С его шапки посыпался иней.
— Холодно тут или жарко — этот край холма открыт всем ветрам. А за ним надо следить.
— Проку от твоей слежки, — буркнул Гедимин, досадливо щурясь. «Ну что его, завернуть в поле и отнести в тепло? Или вручить термочашу? Палка его не согреет…»
— Гедимин, — Вепуат постучал по его броне. — Хватит уже! Лучше помоги. Что-то я не то сделал, да? Чего она по земле пластается?
Он стоял над собранной костяной аркой и пытался вытянуть её в высоту. Сооружение просело и, действительно, распласталось — между «замком» и землёй оставалось меньше метра.
— Сейчас, — буркнул Гедимин, сдёргивая «детали» с креплений. — Там, где ты эту штуку брал, инструкции не было?
«Монтаж» арки оказался несложным; большая часть ремешков, накрученных Вепуатом, вообще не понадобилась — кости держались друг на друге, и довольно крепко. Многие фиксирующие элементы Вепуат просто не заметил — после полуминутного изучения Гедимин уже видел их и знал, что получится в итоге. Когда он закончил, под аркой можно было пройти с поднятой рукой. Сармат, привстав на пальцах, привязал подвески, проверил, как закреплены дудочки, и шагнул в сторону, оставив Вепуату нижние погремушки. Украшений на «воротах» было много, и теперь они все шуршали, трещали и посвистывали на усилившемся ветру. Страж, переступив с ноги на ногу, развернулся спиной к воздушному потоку. «А ветер, и правда, стал сильнее,» — подумал Гедимин, прислушиваясь к прерывистому вою. «Как будто, когда мы подняли эту арку… Да что за бред!»
— Вот спасибо! — Вепуат радостно ухмыльнулся и отступил от «ворот» на пару шагов. — Руниен, тут всё правильно? Экеста приманятся?
Руниен поднял посох над головой и к чему-то прислушался.
— Очень скоро они будут здесь. Твой слух острее моего, мастер Вепу-а. Ты раньше услышал их голоса. Оставь ворота им до вечера.
Вепуат довольно хмыкнул и отступил от арки ещё на шаг.
— Вот видишь, — он развернулся к Гедимину. — Не зря мы возились.
Сильный порыв ветра встряхнул подвески, едва не сорвав их. Дудки, закреплённые на арке, пронзительно взвыли. Гедимин поморщился. Теперь и ему захотелось отойти — вспомнилось каменное здание, встающее на ребро, и сорок тонн песка, взлетающие на восемьдесят метров вверх.
— Нашёл ты, кого приманивать, — пробормотал он, недовольно щурясь, и оглянулся на «западные» огни. «Сирена молчит. Надеюсь, филки никуда не влезли. Новую смену вести ещё рано. А вот часы… надо подумать. Песок со склада для них не годится — крупное зерно…»
— Я их не приманиваю, — качнул головой Вепуат, задумчиво глядя на «восток». — В такие дни они всегда прилетают. Но чаще их проносит мимо. А могут снизиться. Я и подумал — надо их хорошо встретить. Всё-таки они помогли тебе с песком. Ты вот для Икси устраивал купальню, а от них пользы ещё меньше…
— Вчера от них польза была, — отозвался Гедимин, глядя, как Руниен с посохом наперевес идёт вдоль обрыва. — Арка готова. Долго ты будешь здесь стоять? Или хочешь, как прилетят, их погладить?
Вепуат еле слышно хмыкнул.
— Гедимин, ты, если есть работа, иди её делать, — сдержанно ответил он. — А я собирался к кочевникам. Вот они, под обрывом. И опять зверь спит. Может, ему больше пить горячего? Явно же обмен веществ замедляется…
Гедимин мигнул.
— Им, наверное, виднее, что ему пить. Зачем тебе к кочевникам?
— Они тут живут, — Вепуат пожал плечами. — На нашей земле. У Скогнов я уже был. Остались Джагулы. Ты, если есть работа…
— Идём уже, — буркнул Гедимин.
Сааг-туул не спал. Стоило сарматам спуститься с холма, вдоль всего бока зверя открылись глаза. Существо тяжело зашевелилось, щитки на его боках загромыхали. Ещё секунда — и в панцире открылась освещённая щель и «выплюнула» закутанного Джагула. Существо вцепилось в края щитка и уставилось на сарматов.
— Кто из вас умер?
Гедимин ошалело мигнул.
— Ты с чего это взял⁈ — вырвалось у него. Вепуат поспешно двинулся вперёд.
— Никто не умирал, все живы, — он дружелюбно усмехнулся. — У вас, надеюсь, тоже. Чем мёрзнуть снаружи, пустил бы нас внутрь!
— Благосклонны к вам боги, — пробормотал Джагул, налегая всем телом на край щитка. — И к нам тоже. Входите.
Зверь беспокойно зашевелился, шумно вздохнул, но Гедимин вслед за Вепуатом уже втиснулся в узкую «дверь». Щиток с треском лёг на место, едва не заехав ему по локтю. Сармат отдёрнул руку, неосторожно выпрямился — и снова пригнулся, недовольно щурясь на низкий «потолок». «Палуба» под ногами шевельнулась, в тёмном узком коридоре открылся светящийся проём — ещё одна «дверца», «шлюз» из холодной, примыкающей к выходу «камеры»
