Цикл романов 'Обратный отсчет'. Компиляция. Книги 1-5 - Токацин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
«А ведь никто до сих пор не знает, как я связался с Конаром,» — думал сармат, глядя вслед очень недовольному, но всё же подчинившемуся и отправившемуся наверх Стивену. «Этот — точно не знает. Как будто ничего не было. Хорошо…»
— У-ух! — Хольгер вытянул кверху руки и с хрустом потянулся. Хрустели сходящиеся пластины брони — в этот раз химик был в скафандре.
— Не так уж легко проспать лишние два часа, — заметил он. — Хотя я слышал, что человек может проспать лишние сутки. Ну что, куда двинемся?
Оба сармата — и вместе с ними трое охранников — посмотрели на Гедимина. Он растерянно хмыкнул.
— В реакторный отсек? — неуверенно предложил он. Константин громко фыркнул.
— Да, атомщик, ты знаешь, чем развлечься!
— Сам предлагай, — фыркнул в ответ Гедимин.
— Озера тут нет, — вздохнул Хольгер. — Приглашать вас на полигон… тоже как-то странно. Интересно было бы выбраться туда, куда в рабочее время мы с гарантией не попадём. На чужую территорию.
Гедимин усмехнулся.
— Совсем чужую?.. Кумала говорил — у Ассархаддона тут есть зоопарк. В Биоблоке. Туда мы не попадём. Разве что на опыты. Я бы туда съездил.
Сарматы переглянулись.
— Зоопарк? На Луне? — Константин недоверчиво хмыкнул. — Интересное, должно быть, место. Надеюсь, Кумала не наврал тебе. Знаешь, как это делают самцы макак с симпатичными им самками…
Гедимин недобро сощурился.
— Сказал же — тогда предлагай сам. Или сиди в жилом блоке.
— Атомщик, не злись, — вмешался Хольгер, успокаивающе погладив его по предплечью. — Ты хорошо придумал, и я поеду с тобой. А Константин…
— Едем, — буркнул тот. — Гедимин, тебе пора лечить нервы.
«Биологический блок: Образцы» — так была обозначена на трёхмерной карте платформа, на которой сарматы покинули дрезину. Здесь стены были покрыты светло-зелёным фрилом с неравномерной, как бы размытой окраской, напомнившей Гедимину цвет травы на узких лесных опушках вдоль границ Ураниум-Сити. На поворотах были стрелки с наборами цифр и букв, но эти обозначения ничего не говорили сармату. Он в растерянности повернулся к своим спутникам — те в ответ развели руками.
— Кумала не говорил, как тут ориентироваться? — тихо спросил Хольгер, оглянувшись на охранников. Трое в экзоскелетах переглянулись и полезли в смарты.
— И возьми пробы спинномозговой жидкости у контрольной группы, — донеслось из плавно выгибающегося коридора. На платформу, выключая на ходу наручный смарт, вышел сармат в белом комбинезоне с тонкими зелёными полосками на рукавах. У выхода он потянулся к шлему, откинутому, как капюшон, почти уже накинул его, но увидел пришельцев, едва заметно вздрогнул и вернул «капюшон» на место.
— Ядерный блок? — он с удивлением заглянул в глаза Гедимину. — Вы, случайно, не…
— Домициан? Ты тоже здесь? — ремонтник растерянно мигнул. — А тебя когда забрали?
Единственный охранник, вышедший из коридора вслед за биологом, остановился в отдалении, пока сарматы пожимали друг другу руки. Обниматься с Домицианом Гедимин не решился — его комбинезон был слишком мягким и совершенно не защищал непрочное тело от сдавливания.
— Да, ты стал ещё больше, чем был, — покачал головой биолог, разглядывая ремонтника. — Особый протокол, да?
— Наверное. Не знаю, как это называлось, но — полезная модификация, — признал Гедимин. — Ты куда-то ехал? Не опоздаешь?
— А… — махнул рукой Домициан. — К ним тяжело опоздать.
Его передёрнуло. Гедимин удивлённо мигнул.
— Ты чем сейчас занят? Тут тоже есть клонарии? — спросил он, уже смутно догадываясь, что работает Домициан вовсе не в клонарии.
— Если бы, — сармат брезгливо поморщился. — Мы исследуем эа-формирование.
Все, кто это слышал, вздрогнули и невольно отодвинулись от биолога. Гедимин усилием воли заставил себя остаться на месте, но сделал мысленную пометку — «к скафандру до дезинфекции не прикасаться и никого не подпускать».
— Ага, — вздохнул Домициан. — Я бы лучше работал с крысами, но выбирать не приходилось. Можно взять вашу дрезину?
Гедимин кивнул. Биолог уже подошёл к люку, когда ремонтник, опомнившись, окликнул его:
— Tzata! Ты знаешь, где зоопарк Ассархаддона?
Домициан обернулся, удивлённо хмыкнул и жестом позвал сарматов в вагон.
— Нам по пути. Сделаю крюк через зоопарк. В нашу лабораторию всё равно не опоздаешь…
Дрезина медленно покатилась назад по линии — Гедимин, как выяснилось, проскочил нужную станцию.
— На «Образцах» стоят клонарии, тут работают генетики, — пояснил Домициан. — Такие требования к стерильности… Вас туда не пустят, если только лично Ассархаддон не проводит в отсек.
— А почему это место называется «Образцы», а не «Клонарий»? — спросил Хольгер.
— А, это из-за хранилищ ДНК. Тоже… коллекция, в своём роде, — чуть не миллиард образцов, вся земная жизнь, от бактерий до приматов, — Домициан очертил ладонью широкий круг. — Туда тоже так просто не пройдёшь. Да вам, наверное, и неинтересно. Обычный банк ДНК.
Сарматы переглянулись.
— Зачем вам ДНК животных? — спросил Хольгер, настороженно щурясь. — А тем более — растений или бактерий… Ассархаддон снова создаёт мутантов?
Гедимин нахмурился.
— Таких, как мы, — буркнул он. «Теперь ты немного медведь,» — тут же промелькнуло в мозгу. «А что, Ассархаддон может… Выводить новые виды он любит. Вон, в ту войну…»
Хольгер, встревоженно посмотрев на него, покачал головой.
— Ты не понимаешь, Гедимин. Есть разница.
— Не понимаю, — угрюмо согласился тот. — Давно тебе не нравятся мутанты?
Дрезина, вздрогнув, остановилась, зашипели открывающие механизмы, и Гедимину показалось, что Домициан, отвернувшийся к люку, облегчённо вздохнул.
— Сейчас генетики работают не так прямолинейно, как в ту войну, — сказал он, выйдя на пустую платформу. — Нужный участок ДНК можно вставить так, что на внешность он не повлияет. Да в принципе не так уж много изменений затрагивают внешность… Мы на месте, но у меня не ко всем дверям есть ключи.
— Нас пропустят, — Гедимин показал ключ-карту. — Показывай дорогу.
— И что полезного можно взять из ДНК бактерии? Что такого, чего нет в более… чистых источниках? — спросил Хольгер. — Мы давно умеем писать собственный код, не сверяясь с дикой природой…
Домициан пожал плечами.
— Ассархаддону виднее. Он, по крайней мере, биолог.
