Драконье Пламя: За Порталом - oR1gon
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Сверток бумаги вспыхнул голубым огнем, истлевая без остатка. Над ладонью бывшей авантюристки вспыхнула огненная сфера, с крупное яблоко размером. Не прошло и секунды, как огонек взмыл в воздух и завис над головой хозяйки.
Первая волна огня прокатилась по помещению, сметая всю мебель, тела мертвецов и еще живых, припечатывая их ко стенам. Вторая волна заставила гореть все, чего коснулась. В том числе и плоть. Третья разметала прах и покрыла стены сетью мелких трещин.
Окончательно обессилив, Камила рухнула на колени. Единственный уцелевший пятачок пространства находился у нее под ногами. Все остальное выгорело до состояния пепла и сажи.
С трудом дыша, хотя весь воздух должен был выгореть, девушка пыталась дотянуться непослушной рукой до свитка на поясе. Мышцы совсем не слушались хозяйку, то и дело схватываясь судорогой.
— Хм…
Не прекращая тянуть пальцы к спасительному свертку бумаги, воительница исподлобья глянула в сторону, откуда доносился звук. Голову была не в силах поднять. Как и все остальное тело, шея почти не слушалась.
Из щели бойницы на нее смотрел огромный вертикальный зрачок, занимавший все пространство. И, казалось, был он куда больше, нежели смотровое отверстие в стене.
Зашевелился прах, оставшийся после испепеленных тел, стекаясь в жгутики и щупальца. А на вершинах тех одно за другим, прорастали и открывались глаза.
— Так вот… почему… остался воздух. — слова давались сестре ордена тяжело. Каждый вдох приходилось буквально вырывать, заставляя пылающие легкие дышать. — Это… все… сон.
— Ха-ха-ха! — тварь грохочуще рассмеялась, заставляя стены башни вибрировать. — Нет…
…
— Эльф? — переспросил Даэлин, приятно удивившись.
— Перворожденный. — напомнил мастер клинка, считаю эту деталь не менее важной. — К слову, я не увидел во флоте или городе, эльфов и представителей других рас. Существуют какие-то… предрассудки?
— Эльфы давние друзья и союзники людей. Во времена становления первого королевства людей, мы воевали с ними бок о бок против троллей. Они же научили наш народ магии. Что касается других рас, то они действительно редкие гости Кул-Тираса. Гномы и дварфы предпочитают жить в черте своих королевств. Гномреган и Стальгорн.
Лорд-адмирал поднялся из-за стола и прошел к одному из шкафов. Открыл ладно смазанные дверцы, не издавшие скрипа, и извлек макет корабля. Уже вместе с ним, Праудмур вернулся обратно и вновь занял свое место.
— Совсем недавно закончил. — признался адмирал. — Моя дань мастерству работы корабелов из Лесов Вечной Песни. Всякий раз, встретив в море эльфийское судно, я не могу не восхищаться их трудом. — пальцы мужчины с любовью огладили борта фигурки. — Мои плотники, всю жизнь проработавшие с деревом, не могут придавать ему такую форму. Корабли эльфов меньше наших, но они гораздо быстроходней и маневреннее.
— Поразительная детализация. — прокомментировал Алатор, пристально рассматривая макет. — Вы тоже вложили в него немало труда и, полагаю, времени.
— По часу в день, у меня ушло три года. — глава дома Праудмур согласно кивнул. — Только это нам, людям, и остается. Пытаться дотянуться до мастерства тех, кто может совершенствовать его всю вечную жизнь.
— У всех свои преимущества. Люди тоже их не лишены.
— И в чем же мы лучше вечноживущих? В чем способны превзойти? — глаза адмирала горели огнем любопытства.
— Смена поколений. В обмен на долгую жизнь, эльфы размножаются гораздо медленнее прочих рас. В этом они, пожалуй, превосходят только драконов. Не стоит забывать, что люди способны приспосабливаться и выживать там, где остальные погибнут, дав слабину.
— Пожалуй, есть в этом доля истины. — Даэлин усмехнулся, отставляя макет корабля на край стола. — К слову, а почему Первый Страж зовется именно перворожденным эльфом? Живущие на Азероте, называют себя высшими. Заключается ли в этом какое-то значение?
— Не исключено. Во вселенной множество необычных рас. Я не могу судить об эльфах вашего мира, но могу рассказать то немногое, что мне известно, о перворожденных.
— С удовольствием послушаю. — лорд-адмирал взял на себя обязанность разлить остатки вина по кубкам. Дальше следовало ограничиться водой, все же ночь обещала выдать весьма долгой.
— Легенда гласит, что первых из эльфов создали лично боги, наделив своими чертами. Перворожденные во всем превосходят других эльфов, будь то красота, прозорливость, способности и таланты. Им нет равных в доблести и стремлении бороться с проявлениями зла. Их сердца полны добра и сострадания. Любви к живым. Они ближе всех стоят к престолу богов добродетелей. И хотя Первый Страж тяготеет к огню, ему нет равных в обращении со Светом. Все известные мне паладины и жрецы добрых божеств, способные призывать Свет себе на помощь, могут обратиться лишь к его серебряному отсвету. В то время как Первый Страж обращается к золотому. Единственный. А я видел многих и со многими же сражался. Больше мне ничего не известно о перворожденных и вряд ли кто-то знает больше.
— Сколько же ему лет?
— Боюсь, никто не знает. Мы и не спрашивали. — кровопийца покачал головой. — Полагаю, достаточно, чтобы собрать вокруг себя героев из разных народов, и повести их на бой против обезумевшего бога. Отца всех драконов. И, одержав верх, вобрать в себя все то немногое светлое, что еще оставалось в некогда благородной сущности.
— Деяние, достойное божества, вам так не кажется?
— Первый Страж лучше любого из богов. Где они были, когда в огне змеев сгорали наши любимые, дома и посевы? Что они сделали? Разве помогли нам? Нет. А он приходил и убивал жестоких тварей. Раз за разом он вел в бой своих первых братьев, в очередное логово, на очередное пепелище, оставшееся от города. Разве давали нам боги силу достаточную, чтобы мы могли защитить дорогое сердцу? Нет. Именно Первый Страж дал нам второй дом, накормил и согрел. Вооружил. Обучил. Позволил отомстить. — мастер клинка наклонился вперед, выставил перед собой руку и сжал кулак. — Он поделился с нами, обычными людьми, эльфами и дварфами, ценнейшими из даров, какие не могли дать боги. Он бился с нами, умирал вместе с нами. И вместе мы восставали из пепла, сраженные врагами, чтобы броситься в новый бой. Снять очередную осаду Цитадели. Он не дал нам сгинуть вместе с Иггдрасилем. Первый Страж не бог. Он кратно лучше любого из небожителей. Им нет места в Цитадели и умах ее жителей. Наши
