Тайная война заклинаний - Юлия Евгеньевна Галанина
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Вдохновленная новой идеей, тётя ушла в сад. А я проснулась окончательно.
***
В город мы с тётей выехали во второй половине дня.
Чтобы попасть в район модных лавок, нам нужно было миновать центр, проехать храм и ипподром. Тетя специально остановила экипаж, чтобы я могла увидеть перестроенный Храм Священного Хвоста во всей красе.
Он стал ещё больше, вознесся ввысь. Храм надстроили и сделали над ним новую крышу. Статуи драконов украшали её. Приходилось задирать голову, чтобы разглядеть каменные изваяния.
- Ничего себе… - протянула я. – Слов нет.
- Да уж, - довольно подтвердила тётушка, - впечатляющее зрелище. И удивительно быстро сделали. Именно поэтому подходить близко к храму не стоит: вдруг какой-нибудь хвост или крыло отвалится и на голову упадёт.
За храмом тянулась Большая улица, ведущая к мосту через реку Плеть. А к Большой примыкали улочки поменьше, где притаились разнообразные лавчонки. В тамошних извилистых и узких лабиринтах лучше всего было прогуливаться пешком, поэтому мы оставили экипаж и, не спеша, пошли по мостовой.
Я разглядывала яркие вывески, и какое-то странное чувство не отпускало меня. Чего-то не хватало. А чего – было непонятно. Потому что столица мира вобрала в себя всё, что только можно, со всех концов света.
- А где книжные лавки? – наконец сообразила я. – Их же было много, я помню!
- Девочка моя, ты разве не слышала о книжных погромах? – удивилась тётя. – Большинство лавок тогда подчистую разорили. А сейчас в городе и не читают. Здесь празднуют. Книжные лавки не нужны.
- Дерутся, наверное, как тогда, в Легионе, - кисло заметила я.
- Ты представляешь, и не дерутся, - покачала головой тётя. – Легион расформирован, драться теперь некому.
- Тогда я не представляю, чем развлекаются горожане.
- Теперь в городе властвует карнавал, - объяснила тётя. – Балы, маскарады, интриги. Игры, переодевания, маски, шуточки. Оторвись от созерцания вывесок и приглядись к людям, ты заметишь много интересного. Давай присядем за столиком вон той чайной. Дневное время заканчивается, на улицу выходят те, чья жизнь - сплошное развлечение.
Мы расположились у окна.
И вглядевшись в прогуливающихся по улице людей я поняла, о чем говорила тётя: если раньше, в прошлый мой приезд в столицу, когда поводья власти крепко держал Легион «Обрубленный Хвост», всякий старался выглядеть как легионер, то теперь наоборот, мужчины были одеты подчёркнуто изысканно и утончённо, чтобы в них, упаси Медбрат, невозможно было заподозрить военных. Даже самые молодые щёголи ходили, непременно опираясь на трость, словно ноги их не держали.
- Мне не нравится… - мрачно сказала я.
- Мне тоже, - откликнулась спокойно тётя. – Но после военной моды всегда наступает такое время, когда мужчины женственны, а женщины слегка растеряны.
- Странно… У меня ощущение, что люди даже в далёком Отстойнике, на окраине Чрева Мира были куда энергичнее, чем эти роскошные куколки… Они так жеманны, что мне не по себе делается.
- Ты просто не привыкла к новым нарядам, - засмеялась тётя. – Так бывает.
- Я не привыкну.
- Привыкнешь. Сейчас мы пойдем заказывать тебе дневные и вечерние платья, готовься.
- К чему?
- Если тебе уличные модники показались странными, то шедевры портновского искусства покажутся странными вдвойне.
Тётя была права. Пока мы шли к мастерской, в которой шили себе платья светские дамы Хвоста Коровы, я и так и этак прикидывала, что отчебучила столичная мода за то время, пока меня тут не было. Перебрала всё, что можно.
Но я и представить не могла, что теперь приличная женщина не может появиться на балу или ином празднестве без привязанной к корме подушечки! Спрятанной под юбкой! Юбки теперь спереди были узкими, они собирались на попе, откуда оборки пышным водопадом стекали до полу, превращаясь в шлейф.
Тётя, хитро улыбаясь, объяснила, что при таком силуэте с подчеркнутой задней частью хвост изогнут и лежит на каскаде оборок очень привлекательно. И все просто покорены новой модой.
- А как ходить в этой узкой юбке? – простонала я.
- О, многие дамы связывают себе коленки, чтобы случайно не порвать дорогую ткань, шагнув слишком широко, - объяснила тётя.
- Это безумие.
- Как и вся наша жизнь, - мудро заметила тётя. – Это игра. Это отделение одного времени от другого, столицы от провинции, общества от всех остальных. Не расстраивайся, ты же первый день в городе. Уже завтра всё будет казаться тебе не таким печальным.
- Не печальным, а смешным.
- Девочка моя, я же вижу, как ты испугана и расстроена, - тётю было не провести. – Столица всегда живет так, что человек с окраины чувствует себя на её улицах не в своей тарелке хотя бы поначалу. Давай снимем с тебя мерки, закажем платье и поедем домой. На сегодня, я полагаю, впечатлений хватит.
Я стояла, как истукан, пока меня обмеряли, записывали цифры, прикладывали разные лоскуты, чтобы тётя определила, какой цвет мне подходит больше всего.
- И хочу предложить вам последний шик сезона, - предложила нам радушная владелица мастерской, - многие дамы сейчас заказывают вышить своё имя на подушечке, это очень мило.
- Спасибо, это излишне, - не поддалась соблазну тётя. – Да и моя племянница сама в состоянии вышить всё, что пожелает – она получила элитарное образование в закрытом учебном заведении для благородных девиц.
Это она зря сказала. Не умею я изысканно вышивать, так, на троечку. Я ж там больше по стенам лазила, не до вышивок было.
Глава 3 Вечером...
Вечером нас навестил Профессор в своем лучшем костюме, надетом явно для визита. В чём надлежит делать визиты - Профессор не очень знал, но постарался произвести впечатление, во всяком случае, в кармане у него был настоящий носовой платок, а не обычная ветошь, подобранная неизвестно где. И выглядел он очень представительно!
Он мило пообщался с тётей, подарил ей корзинку, полную пакетиков с ванильными стручками, коричными палочками, гвоздичными звёздочками, горошинками душистого перца, имбирным корнем
