Демон поневоле - Леонид Сидоров

Проехав еще минут десять, мысли приняли совершенно иное направление. «Жалко если пацаны там так и не уцелели, зря я их что ли спасал. Да и Ашок вон какой смышлёный оказался. Сначала шарахался от меня, как от прокажённого, а потом не хуже наших продвинутых тинэйджеров стал, не скажешь, что две тысячи с лишком лет назад родился. И чувство юмора у него было чисто нашенское. Да что тут теперь впустую гадать, я этого точно никогда не узнаю» — с сожалением вздохнул он.

В окне уже показались пригороды Патны, и Мустафа снизил скорость, осторожно лавируя в шумном потоке машин. Впереди прямо посреди дороги остановилась толстая неповоротливая корова, задумчиво пережевывающая вечную жвачку и с немым укором взирая на загрязняющие окружающую среду нетерпеливо сигналящие машины. Сразу же образовалась гигантская пробка. «Ну вот и приехали, как будто и никуда не пропадал» — снисходительно улыбнулся Алексей, от нечего делать внимательно разглядывая окрестности.

Страна готовилась к очередным президентским выборам. Вокруг были развешены красочные многометровые транспаранты, обещающие каждому отдельно взятому гражданину его светлое персональное будущее. «Ну, надо же. Только успел вернуться, а тут тебе сходу демократия…» — ухмыльнулся он, всегда игнорируя любые выборы. Безразлично скользнув взглядом по разномастным портретам кандидатов, перевёл взгляд дальше, но вдруг похолодел от осознания увиденного.

Не веря глазам, он недоверчиво вгляделся в фото ещё совсем молодого кандидата. Симпатичный парень с широко расстёгнутым воротом рубашки, улыбаясь совершенно открытой голливудской улыбкой, со смешинкой в глазах взирал на окружающую суету. У него было лицо повзрослевшего Ашока.

Алексей закрыл глаза и попытался немного успокоиться. Представив в голове образ малыша, открыл глаза и начал придирчиво разглядывать детали лица на фотопортрете. Ошибки быть просто не может. Это действительно настоящий потомок маленького Ашока. Неожиданно он почувствовал настоящую гордость. И всё-таки целая часть жизни была прожита не зря. Глубоко вздохнув, торжественно прошептал:

— Ну, здравствуй, Ашок.