'Фантастика 2026-111'. Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

Так же он ощущал, что они действительно близки к месту назначения. Маяк из маны горел, как никогда ярко. Всего каких-то дюжина или полторы километров.

— Снижайтесь, — приказал цесаревич.

В животе у цесаревича немного онемело, а затем дирижабль вынырнул из облаков. Внизу шёл дождь, а где-то впереди виднелись следы страшной битвы. В небо поднимались столбы чёрного дыма, что-то горело, но сражение ещё не окончилось. На юго-западе, прямо по курсу «Его Величества», в воздухе парили десятки тяжёлых османских дирижаблей. Их атаковали сотни летающих тварей, с которыми сражались маленькие бипланы. Воздух мерцал от сверкающих нитей свинцовых светлячков. Внизу тоже шло сражение. Османские войска бились с монстрами. И в море что-то происходило, но разглядеть не получалось.

— Немедленно вступаем в бой! — приказал цесаревич.

Вслед за флагманским дирижаблем из туч опустились ещё несколько десятков — с двуглавыми орлами на огромных белых баллонах.

— Ваше Высочество, — подал голос адмирал, стоявший рядом, — силы османов сражаются с монстрами. Может, стоит подождать пока пока они ослабят друг друга? Если нападём сейчас, то монстры и нас атакуют. Мы понесём большие потери…

— Я отдал приказ, адмирал. — Алексей был непреклонен. — Мы не будем ждать и подбирать момент для атаки, как какие-то трусы! Я сказал — атакуйте врага. Из всех орудий!

— Да, Ваше Высочество.

Но именно в этот момент всё изменилось. Небо почернело, словно из него высосали все краски. Осталась только одна — багровая. А затем на небольшую область, где бились османы и летали их дирижабли, обрушился огненный дождь. Цесаревич своими глазами видел, как огненные росчерки пропарывали тучи и пробивали дирижабли насквозь, после врезались в землю, взрываясь.

Алексей замер, его руки вцепились в подлокотники кресла так сильно, что пальцы побелели. Во все глаза он смотрел, как непреодолимая сила уничтожает целую армию османов. С каждым падением пылающего метеорита на него накатывали волны чьей-то мощной ауры. И весь имперский флот сейчас летел в этот огненный ад.

— Что нам делать, Ваше Высочество? — с ужасом в голосе спросил адмирал. — Ваше Высочество?

Цесаревич его не слышал. Его побелевшие губы прошептали:

— Что… это… за сила?

Он вдруг ощутил то, чего не испытывал очень давно. Цесаревич даже встал под воздействием этого чувства и подошёл к панорамному окну гондолы, словно до конца не веря своим глазам. На самом деле он знал, что это за сила. И именно поэтому испытывал страх.

— Павел… ты ли это? — самому себе шепнул он.

— Ваше Высочество! — вскричал адмирал, но ответа так и не дождался. — Отступаем! Всем судам снизить ход и ждать за пределами зоны поражения!

Дымные следы косыми копьями тянулись к земле и медленно растворялись в воздухе. Постепенно дирижабли замедлились и остановились, издали наблюдая, как камни с неба утюжат землю, османов и густой лес.

Вдруг Алексей ощутил новую волну мощи. Даже более сильную, чем прежде. Она захлестнула его с головой, и в груди спёрло дыхание. А экипаж, включая адмирала, застонал от воздействия этой силы. И вдруг… лес, на который обрушились османы, монстры и огненные камни, начал расти.

— Это… какие-то неправильные метеориты? — вопрошал молодой штурман, сидевший близко к окну. Его, как и всех остальных, уже отпустило. — Они сжигают деревья, но лес только ещё больше растёт… Как это вообще возможно⁈

Никто ему не ответил. С широко раскрытыми глазами цесаревич Алексей снова прошептал:

— Как противостоять такой силе?..

Ответ не заставил себя ждать. Вскоре он буквально вырвался из-под земли.

* * *

Морёная дубрава

Сейчас

Николай

Тварь, что вырвалась из-под мёртвой земли, в высоту была около десяти или двенадцати метров. Не сама, а на длинных паучьих лапах, которых насчитывалось восемь штук, как у паука. Плюс ещё две торчали спереди из приплюснутого тела, похожего на крабье. Если другие восемь лап напоминали паучьи и имели по четыре сочленения, то эти две выглядели как огромные человеческие руки. Глаз у твари не было. Зато был длинный рот, почти рассекавший плоское тело на две части — верхнюю и нижнюю. И там было полно зубов.

Словно всего этого было мало, у твари оказалось два перепончатых крыла.

Монстр издал жуткий крик, похожий на вопль десятка обиженных ведьм, и взмахнул рукой, посылая в нашу сторону волну смертоносной энергии. Она была тёмная, словно поглощала дневной свет. И всё живое на её пути мгновенно умирало.

Поняв, что это и нам грозит смертью, я скорее рефлекторно тоже взмахнул рукой, одновременно выпуская огромное количество маны. От моих ног по земле пробежала дрожь, зелёное марево, что пробивалось из-под травы, скользнуло навстречу вражеской силе. Через миг из земли вырвался вал корней. Широкой и толстой дугой они выгнулись навстречу врагу и замерли, устремив острые колья в небо.

Тёмная энергия приливом набежала на корни, светящиеся зелёным и… исчезла. Но вместе с ней корни посерели и начали осыпаться безжизненным прахом.

— Твою ж мать… — прошептал поручик Маститов испуганно.

— И как нам одолеть её? — неуверенно шепнул Верещагин, глядя на меня.

Тварь тем временем яростно взревела и ударила по земле руками.

— Духовная атака! — вскричала Вдовина. — Сильная! Мне одной не сдержать!

И точно. Духовным зрением я увидел, как к нам несётся поток чужеродной энергии такой силы, что способен просто развеять наши души. Катя вскинула руки и прикрыла нас фиолетовым барьером, видимым только для духовных практиков. В этот же барьер влила энергию дриада, за ней князь Джугашвили, а потом и я. Натолкнувшись на преграду вражеский серп взорвался чёрной звездой. Барьер лопнул, как стекло, и его словно сдуло.

И на наши души обрушилась боль. К счастью, эффект от вражеской атаки этим и ограничился. Припав на одно колено, я с рычанием тут же распрямился. Оглядел всех вокруг, встретился взглядом с Хасаном, кивнул ему. Затем заметил Миту.

Девушка с фиолетовой кожей замерла на месте, слегка покачиваясь. Её фиалковые глаза закатились, обнажив белок глаз, покрытый сеткой капилляров, а рот слегка приоткрылся. С уголка губ тянулась ниточка слюны.

Твою ж мать! И этот монстр по её душу! Ни черта он у меня не получит. Я подхватил девушку на руки и пулей подскочил к Светлейшему князю. Выглядел он неважно, но стоял на ногах крепко.

— Князь, прикройте Пашу с Айлин и Митой, а мы… мы разберёмся с этой тварью. Ударим по ней из всего что есть!

Джугашвили, не говоря ни слова, присел возле тела Паши, рядом с ним на колени опустилась османка, и я усадил Миту, которая пребывала в трансе. Князь накрыл всех маленьким, но мощным куполом — через него и