Фантастика 2025-68 - Алексей Владимирович Калинин

А вот эту идею подсказал Семецкий. Апеллировать к эмоциям. Показать студентам «изнанку» Гражданской. Назвать цену, которую приходится платить. Показать на исторических примерах, что чаще всего стране приходится долго и нужно восстанавливать разрушенное «ради всеобщего блага». Глядишь, сколько-то прекраснодушных романтиков и отвратим от трескучих фраз.

Судя по реакции нашего профессора, сработало не только со студентами.

— Господа, ну что же вы! Пойдемте, сейчас наша Фросенька на рояле сыграет! — подскочила к нам Софья Карловна.

— Идём-идём! — заверил я. А потом тихо сказал: — Не волнуйтесь, нам удалось донести до рабочих лидеров их неправоту. Кирилл Бенедиктович придумал способ. Сейчас завод нагоняет отставание. Так что скоро всё будет!

Да уж, учудил Артузов. Хотя и задачка была непроста. Рабочие-то уникальные, шлифовали и отбирали их долго. И вводом войск на завод или там «забритием в солдаты» мы бы навредили самим себе. Сродни лечению перхоти посредством гильотины.

Мы просто ввели принцип «медленно и по правилам» в отношении самих рабочих. И в отношении членов семей основных подстрекателей. Например, раньше в столовой мясо бывало и в постные дни. Теперь — только овощи. И автобус теперь возил рабочих со смены раздражающе медленно. И много других мелочей. Но зато системно. И что интересно — до них дошло. Нет, лидеры рабочих не «сложили лапки», но стали готовы к конструктивным переговорам. А именно этого мы и добивались.

Глава 14

Санкт-Петербург, Английский клуб, 28 июня (11 июля) 1915 года, воскресенье

— Да, именно этого мы и добивались!

— Чего «этого», господин Коровко? — холодно вопросил Николай Николаевич-младший, Верховный Главнокомандующий всеми сухопутными и морскими силами Российской Империи. Собственно, ради его личного присутствия встречу и назначили на воскресный вечер. Всё остальное время в его расписании было плотно забито делами.

Наверное, главнокомандующий считал, что один лишь его тон поставит зарвавшегося авантюриста на место.

— Подозреваю, вам нечасто доводилось иметь дело с такой забавой демократических обществ, как выборы? К нашему счастью, и Воронцовы тоже знают о них лишь в общих чертах. А вот я, именно в силу моего жизненного пути, обращал внимание на разные темные стороны, которые можно обратить к своей выгоде.

— Короче! — отрывисто бросил «Николаич», поняв, что авантюрист не только не смутился, но и говорит с ним, как с ребенком. После чего, к собственному удивлению добавил:

— Пожалуйста, покороче.

— Воронцовы считают, что выиграли, нарастив численность «карманной» партии и объединяя её с кадетами. Однако Устав «покудистов» предусматривает новые выборы не только руководителей всех уровней, но и делегатов, которые будут голосовать от имени своих организаций. Этот процесс начнётся с низовых ячеек и постепенно будет подниматься до самого верха! — Константин Михайлович хищно улыбнулся. — Вот только низовой состав полон людьми, которых мы убедили, что Воронцов — австрийский шпион. Или хотя бы заставили подозревать это. А другие так и остались в душе кадетами и будут продвигать наверх «своих». Результат, как говорится, немного предсказуем.

Великий Князь снова нахмурился. Он не понимал, но признаваться в этом ему не хотелось.

— Поясню на примере, — недавний арестант достал блокнот и начал выписывать цифры. — Однажды в некоем городе выбирали магистрат из десяти человек. А кандидатов было одиннадцать. При этом избирателей было для простоты пять тысяч. И четыре тысячи были фанатичными сторонниками одного из кандидатов, а пятая тысяча — его не менее горячие противники. Фактически, перед каждым избирателем стоял вопрос не о том, за кого проголосовать, а о том, кого вычеркнуть.

Тут докладчик обвёл взглядом слушателей.

— Вижу, вы ещё не поняли. Вот и Воронцовы не догадались! — он снова торжествующе улыбнулся. — Тысяча вычеркнула именно народного любимца. А вот остальные, поскольку их специально не проинструктировали, вычёркивали кандидатов случайным образом. То есть против каждого из остальных проголосовало примерно по четыреста человек. В итоге именно тот, кого сильнее всего поддерживали, получил больше всего голосов против. И именно он и не был избран!

— Ох, ты ж! — казалось, эта реплика была произнесена потрясенными слушателями хором.

— В партии процесс будет идти чуть иначе, но в результате я практически не сомневаюсь. Ей начнут рулить противники Воронцова. Как я и сказал…

— Именно этого вы и добивались! — закончил фразу Николай Николаевич и уважительно посмотрел на Коровко.

— Да, именно этого. К тому же, нам благоприятствуют и другие факторы. В последний день зимы умер Витте. А сменивший его Алексеев куда менее ловок в делах и слишком зависим от помощников. Если ему внушить, что тесная связь с Холдингом Воронцовых бросает на него тень, он примет иных советников, наших. То же и с Беломорским Наместничеством. После ухода Столыпина на повышение туда поставили Коковцева. Он обижен отставкой, но пока не рискует противостоять Воронцовым и тем сердить Государя. Если же те потеряют во влиянии в других местах, им начнут «вставлять палки в колёса» и в их гнезде.

— Ничего не имею против! — довольно рявкнул «представитель купечества» и от души глотнул «кофе по-адмиральски», в котором рома было больше, чем собственно кофе.

— Никто из нас не возражал бы. В довесок ко всему, их любимец Фань Вэй на днях тоже умер. И теперь на некоторое время уменьшилось влияние Воронцовых не только на Кашгарское княжество, но и на Республику уйгуров.

— И это хорошо!

— А как «вишенка на торте» — здоровье Воронцова-Дашкова пошатнулось, и через месяц-другой у нас, весьма вероятно, будет новый Наместник Кавказа. Видите? Воронцов, вроде бы, усиливался, а по факту, он вот-вот окажется вообще без политического влияния. И мы этим непременно воспользуемся!

Город Новая Ладога, офис компании «Ладожские паровые двигатели», 29 июня (12 июля) 1915 года, понедельник

— И мы решили воспользоваться именно этим! — докладывал Александр Христофорович Воскобойников, товарищ руководителя департамента проектных работ. Этот огненно-рыжий и страшно конопатый здоровяк отчего-то крайне неуютно чувствовал себя в роли первого лица, зато заместителем был великолепным и не боялся самого высокого начальства. За своё вечное заместительство он даже получил шутливое прозвище «товарищ Воскобойников».

Вот и сейчас, хотя его слушали не только Смит и Карпентер, хозяева компании, но и Рабинович, Менделеев-младший и «сам» Американец лично, он уверенно излагал свою точку зрения:

— Именно хорошие связи уважаемого господина Рабиновича на Крите заставили нас выбрать его точкой сборки «изделий». Вообще, должен вам сказать, идея этого Френкеля просто великолепна. Он взял за