Фантастика 2025-68 - Алексей Владимирович Калинин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
«Самсонов получил от Артамонова неверную информацию о ситуации и запланировал на 28 августа удар силами 13-го корпуса генерала Клюева и 15-го корпуса генерала Мартоса во фланг западной германской группировки. Для руководства боем Самсонов с оперативной частью штаба армии утром 28 августа прибыл в штаб 15-го корпуса. В результате была потеряна связь со штабом фронта и фланговыми корпусами, а управление армией — дезорганизовано. Приказ штаба фронта об отводе корпусов Второй армии на линию Ортельсбург-Млава до войск не дошёл. Утром 28 августа Мартос предложил Самсонову немедленно начать отвод центральных корпусов, но Самсонов колебался до вечера».
В это время командующий фронтом Жилинский предполагал, что Вторая армия выполнила его приказ и уже отошла к границе. На компьютерной карте беспощадно отражалось, что в результате к моменту отхода корпусов Второй армии пехота Ренненкампфа находилась от них на расстоянии около 60 км, а кавалерия — 50 км.
Отступление пяти русских дивизий 13-го и 15-го корпусов, занимавших центр фронта и попавших под главный удар немецкой армии, проходило под растущим фланговым давлением корпусов Франсуа и Белова.
На флангах Второй армии германские атаки были отбиты, но в центре в целом русские дивизии продолжали отступать.
В самый напряженный момент, когда немцы всё же смогли подойти к самому штабу Второй армии, положение спас взвод «императриц», который пулемётным огнем «порубил в лапшу» немецкий авангард, а потом сумел прилично потрепать немецкий батальон. Через некоторое время германцы собрались, ответили залповым огнем из винтовок и пулеметным огнём, но немецкое наступление удалось задержать до прибытия кавалерии, выделенной Рененкампфом.
«Успех сражения под Танненбергом впоследствии был немцами всемерно раздут, но невыполнение боевой задачи и последующее отступление армии Самсонова не стало ни поражением русских войск, ни поворотным событием войны. Вторая армия, пополнившись, вновь вернулась в строй».
Алексей снова прервал чтение и пошел приготовить себе кофе с «Карельским бальзамом». В целом, получается неприятная, но ожидаемая картина. Русская армия оказалась в достаточной мере оснащена, но не вполне готова к войне. Несмотря на героизм большинства командиров и нижних чинов, им не хватало обученности и слаженности, ряд командиров терялся при неожиданных действиях противника, а некоторые и просто трусили.
После сражения под Танненбергом в Восточной Пруссии ещё оставалась Первая русская армия Ренненкампфа, которая продолжала угрожать Кёнигсбергу.
Немецкое командование решило ударить по южному флангу, где находился лишь один корпус и конница. Планировалось прорвать фронт, выйти в тыл Первой армии, оттеснить её к морю и болотам Нижнего Немана и там уничтожить.
На Нареве русская Ставка пополнила армию Самсонова двумя свежими корпусами, также было выделено пополнение людьми, оружием и боеприпасами. Юго-восточнее Мазурских озёр в полосе между армиями Самсонова и Рененкампфа была сформирована 10-я армия.
7—9 сентября обходная германская колонна попыталась незаметно пройти озёрные дефиле, но была обнаружена авиаразведкой. Ренненкампф срочно перебросил часть сил из центра на южный фланг и остановил наступление немцев. Когда 10 сентября обходная колонна 8-й германской армии возобновила наступление на север, угроза окружения русских войск уже миновала.
9 сентября с юга Восточной Пруссии нанесла удар Вторая русская армия, по всем реляциям Людендорфа якобы сильно потрепанная неделю назад, и вынудила немцев повернуть часть сил против неё.
Первая армия отошла, и германский план её окружения и уничтожения не удался благодаря своевременному решению Ренненкампфа об отступлении и упорству арьергардных корпусов. Армия была просто выдавлена из Восточной Пруссии.
Нерешительность действий немецкой 8-й армии позволила главным силам русской 1-й армии ускользнуть от наносимого удара. Русская армия оказалась сильно расстроена (не столько боями, сколько неудачно проведенным наступлением), но не разбита. Кадровые корпуса понесли потери в людях и материальной части, но восстановление боеготовности оперативного объединения было вопросом нескольких дней.
По итогам Восточно-Прусской операции генерал Жилинский был снят с поста командующего Северо-Западным фронтом, а на его место назначен генерал Рузский. Первая армия заняла оборону на Немане, а Вторая — на Нареве, то есть там же, где они располагались до начала операции.
Потери немцев превысили потери русской армии, линия фронта в результате осталась неизменной. Но большие надежды, возлагавшиеся на операцию до её начала, привели к тому, что в России такой исход считали поражением, а в Германии — успехом, почти победой.
Поразмыслив, Алексей согласился с германской точкой зрения, ведь по итогам Восточно-Прусской операции русская Ставка отказалась от наступления из Варшавского выступа через Познань на Берлин.
из мемуаров Воронцова-Американца
«…Я так и не мог понять, почему при почти „читерских“ заделах и двойном перевесе сил задача операции не была выполнена. До сих пор помню, в какое бешенство я пришёл, слушая о том, что Самсонов едва не был убит, и что обе русские армии с огромным трудом избежали разгрома и сумели отступить на исходные рубежи. От потери лица меня спасла моя Натали, напомнив, что я могу опоздать на тренировку по баритсу…»
Беломорск, «тучерез», 31 августа (13 сентября) 1914 года, среда, конец рабочего дня
— Милый, тебе не кажется, что пора на тренировку?
Я с трудом выдохнул. Натали вмешалась как нельзя более вовремя. Да, тренировка — это именно то, что мне сейчас нужно. Опоздать я не мог, курсы борьбы баритсу преуспевали, и в начале года владелец перенёс тренировочный зал в цокольный этаж нашего знаменитого на весь мир Беломорского «тучереза». Так сказать, поближе к богатым клиентам. Тренировались мы в повседневной одежде, а спуститься на лифте — дело трёх-четырёх минут. Но да, лучше мне отправиться туда немедленно.
— Спасибо, дорогая, что напомнила! — через силу улыбнулся я. И извинился перед присутствующими, что вынужден их покинуть. Кажется, они тоже обрадовались. Всё же, в покер мне играть не стоит. По крайней мере — с мастерами. Что-то из эмоций пробивается, как ни стараюсь.
Впрочем, подготовиться все же пришлось. Выходить из квартиры без головного убора — моветон. Да и драться голыми руками — тоже. Так что я прихватил трость и надел фирменное кепи, ставшее неотъемлемой частью выработанного мной же «воронцов-стайл».
Четыре минуты спустя я вошел в тренировочный зал и решительно направился к Джорджу Стетсону. Поклонился, приветствуя, и тут же обратился с просьбой:
— Мастер, мне нужен серьёзный противник.
— О, ты хочешь устроить спарринг со мной? — преувеличенно дивился тот. — Нет? Ну, ладно!
