Господин первого снега - Александра Питкевич

я не осилю даже в компании опытных проводников. Не была я столь высокого мнения о собственных силах.

– Обещайте, что не заставите меня спускаться своими ногами, если я скажу, – тихо попросила я, надеясь только на совесть мужчины, что стоял рядом, рассматривая горные пики в лунном свете.

– Обещаю, что не заставлю вас спускаться своими ногами, – торжественно произнес мужчина и чуть улыбнулся. А над его головой на мгновение вспыхнула и тут же погасла какая-то руна. Не зная ее значения, но все же надеясь, я порылась в сумке и протянула очки из кости. Тонкая пластина с парой прорезей казалась игрушкой в мужских руках.

– Я не знаю, откуда они взялись, но если надеть их и посмотреть на снег, то станет видна путеводная нить, по которой нужно двигаться.

– Не знаком с таким колдовством, – рассматривая очки со всех сторон, признал Тейтон. – Надо показать родителям. Они наверняка что-то слышали. Идемте, здесь довольно прохладно.

Я только кивнула.

В саму крепость вела красивая дверь, покрытая узором из металла, словно живыми лозами. Некоторые из них почти сверкали, будто затертые сотне прикосновений, другие были темными, покрытыми патиной, как старые крыши домов.

– А сколько лет крепости?

– Много, – пожал плечами Тейтон, толкая створку и пропуская меня вперед. – Ее построили мои предки, как только пришли из Трианона. Силы тогда в нас было больше, и в записях говорится, что ее построили всего-то за месяц. Не знаю, сколько в этом правды, но все может быть. Потому что после них никто ничего не достраивал, а комнат здесь столько, что можно две недели бродить и так и не попасть дважды в одну и ту же.

– И зачем так много? А вам не скучно здесь одним? И чем вы живете? – в голове роилось столько вопросов, что я не знала, какой задать первым. Мне было интересно, как эти странные люди могут существовать так далеко и отдельно от всех остальных. Разве от этого не сойдешь с ума?

– Так мы и не одни. Нас здесь не меньше двух десятков. Да и в города мы наведываемся, – усмехнулся Тейтон.

– По неделе пешком? – с сомнением покосившись на Керна, в виде поддержки, уточнила. А Тейтон только рассмеялся.

– Нет. Такое редко бывает. Мы слишком ленивы, чтобы тратить на это столько времени, господа первого снега, – и тут же замер, словно ляпнул что-то лишнее и неожиданно для самого себя.

**

Никто не торопился что-то объяснять. Тейтон молча протянул отцу снежные очки, и высокий мужчина принялся так же крутить их в руках, как до этого делал его сын.

– Очки прабабки. Я думал, что они совсем потерялись.

– Покажи-ка, – маленькая женщина, что оказалась еще ниже, чем я предполагала, подошла к мужчине и протянула ладонь. Говорила она вроде бы и мягко, не требовательно, но мне показалось, что не так много отказов она получала в жизни.

А снег все продолжал идти, засыпая ковер под моими ногами.

– Сынок, прекрати устраивать снегопад, – ласково попросила женщина и перевела взгляд на меня.– И что же, девушка. Вы с ними добрались до крепости?

– До вольера Керна, мам. Не знаю, как она вошла, но была уже там, когда мы вернулись с облета.

– И зачем вам это понадобилось?

– Она пришла за чешуйкой дракона. Светящейся, – хмыкнул Тейтон, видно, решив сегодня поработать моим адвокатом.

– И поиски увенчались успехом?– взгляд женщины переместился почему-то к Керну, словно к полноценному участнику беседы. Только морда кота оставалась невозмутимой. Зная, что этот зверь все прекрасно понимает, я могла сделать только один вывод: он намеренно проигнорировал вопрос.

– Ладно, потом с этим разберемся, – решила леди, сжимая артефакт в ладонях.

– Мне нужно его вернуть, – пискнула я и тут же замолкла.

– Вернуть? Непременно. Вдруг кому-то еще понадобится чешуйка дракона, – и женщина хищным взглядом окинула присутствующих, задержавшись на паре молодых мужчин, хмуро на меня взирающих с другой стороны зала. – Так ведь, дети мои?

– Ма, ну что ты начинаешь, – тихо возмутился один из них, но леди только махнула рукой.

– Лучше идите спать. Или делами заниматься.

– Наверное, мы в саду поужинаем, – с сомнением окинув присутствующих, решил Тейтон, поймав мою руку, словно опасался, что на меня сейчас набросится толпа.

– Идите, – махнул рукой отец моего знакомца.

– Комнату я девушке приготовлю, а мы пока посмотрим, что это за артефакт такой. Интересно, он идет только в вольер Керна? – на меня женщина больше не смотрела, окинув взглядом сперва заерзавших сыновей, а затем сосредоточившись на предмете.

**

– Вот знал, что так будет, – ворчал Тейтон, быстро идя по коридору. – Ничего как у людей не бывает.

– А что случилось? – мне приходилось почти бежать, чтобы успеть за мужчиной и не остаться без руки. Держал он пусть и не больно, но крепко.

Тейтон вдруг остановился, внимательно посмотрев на меня, словно так толком и не разглядел. О ногу потерся большой кот, довольно заурчав.

– Хм, – Тейтон двинулся дальше, уже медленнее, явно взяв себя в руки. Мужчина улыбался. – А случилось то, Виола, что теперь мне нужно, любыми способами уговорить тебя здесь остаться. Насовсем. Ты как предпочитаешь? Подарками или соблазнением?

Я так растерялась, что споткнулась о ровный пол. Только упасть мне не дали. Тейтон поймал и с улыбкой дожидался, пока я вновь устойчиво стану на собственных ногах.

– Согласен, вопрос сложный, чтобы сразу так ответить. Хм. Может, нам стоит объединить первое со вторым? Как ты на это смотришь?

Да никак я не смотрела! Я совершенно не понимала, что происходит.

– Да, так и сделаем. Подарки и соблазнение. Так будет правильно. Все любят подарки. А еще у меня лацерт. Смотри, какой хороший, и как ты ему понравилась.

Глава 5

Кажется, Виола, это наивное, но весьма смелое создание, что решилось направиться в горы за какой-то призрачной чешуйкой, испугалось. Еще бы, мое предложение должно было звучать довольно безумно, так что ничего удивительного в этом не было. Но я не лукавил: придется сделать все возможное, чтобы убедить ее остаться. Если из-за ее такого опрометчивого появления в Крепости снега перестанут мне подчиняться, а Керн впадет в тоску… я даже не представляю тогда, что будет со мной самим.

Конечно, все проще, когда дело происходит по обоюдному желанию, как у родителей. Отец, увидав маму, тут же потерял покой, влюбившись решительно и окончательно. И взаимно. Какое-то время, по рассказам, она еще воротила нос, но скорее для порядка, а не из-за отсутствия симпатии. Ну, может, еще дело было в том, что пришлось переезжать из низин