'Фантастика 2025-124'. Компиляция. Книги 1-22' - Павел Кожевников

вашего товарища Илью, меня, господина Магистра, повара Елизавету Витальевну Скрипченко? Всех нас, сотрудников Экологического Комитета, я вас правильно понял?.. Мы-то как раз хотим спасти и сохранить Природу. Мы служим великому делу, не забывайте этого. И служить должны честно, отдавая интересам мировой революции все свои силы и не обсуждая приказов. Как офицер запаса вы должны это понимать! И вы прекрасно знаете, что война без крови не бывает, а революция - это война!

  - Подъём! - заорал снизу Егор.

  Мария разбила группу на два звена. В одно вошли "старики" - Шрек с Кастетом, во второе - новички Иванов и Репин, опекать и командовать которыми предстояло ей самой.

  Договорившись о границе участка работы, Шрек и Кастет, взяв автозак, укатили "обращать" бездомных бродяг, вышедших ранним утром в рейд по помойкам. Но сначала они должны были заехать за главным оружием экорейнджера - ТОРСом. Оказалось, что "вылов" одиночек был предусмотрительно запланирован руководством ЭКОРа, и помимо генераторов торсионного поля, которыми были вооружены старшие групп, у Доктора имелись другие - загодя приготовленные именно для этого этапа операции.

  Андрей и Илья расположились в плетёных креслах на огромном балконе второго этажа; между ними стоял столик антикварного вида, столешница которого была инкрустирована какими-то породами дерева, наверняка ценными. На столике - два бокала с апельсиновым соком, пепельница, сигареты. Мария в глубине дома созванивалась с кем-то из ответственных лиц отделения - через открытую дверь балкона было слышно, как она ругается по поводу того, что до сих пор не подогнали второй автомобиль.

  Иванов молчал, лениво потягивал из бокала сок и хмуро смотрел на пустынную улицу. Обитатели здешнего коттеджного посёлка, как впрочем, и любого другого места проживания небедных представителей российского общества, рано не поднимались - не было необходимости спешить на работу.

  - Как тебе всё это? - вдруг спросил Илья, которому надоело молчание.

  Андрей не стал выяснять, что его товарищ имеет в виду, наверное, сам в этот момент думал о том, каким паскудным делом они занимались прошедшие несколько дней. Ответил коротко, и в своей манере:

  - Херня.

  Встречный вопрос задавать не стал, даже не повернулся.

  - Мне тоже всё это не нравится, - сам сказал Илья.

  Андрей хмыкнул. Поставил бокал на столик, закурил.

  - Не понимаю, - продолжал Илья, - Рябов обещал нам трудную и опасную, но интересную работу, а это что? Бомжей по городу туда-сюда возить - интересная работа? Зачем он тогда перед нами об иллюминатах распинался, о великих целях мировой революции, о том, что в случае удачного окончания учёбы нас ждёт повышение и, возможно, работа за границей. Пока что никаким повышением и не пахнет.

  - Большой дракой пахнет, - бросил Андрей.

  - Вот-вот, - кивнул Илья. - И совершенно непонятно, кто с кем воевать будет.

  - Ясен пень: мы с тобой да с бомжами против собственного народа пойдём.

  - Да брось ты, Андрюха, не утрируй...

  - Ни хрена я не утрирую, - устало вздохнул Иванов. - Нас с тобой, как этого... Симагина и как бомжей этих несчастных запрограммируют и под водомёты, да под пули спецназа бросят, а может, и под танки. И плакала твоя должность в кабинете министров нового правительства... Валить надо отсюда, Илюха. Пока не поздно - валить. Вот только... - Андрей замолчал.

  - Ты сейчас про деньги подумал?

  - Да пошёл ты в жопу со своими деньгами! Не жили богато - не хрен и начинать. Я о Лизе подумал.

  - Соскучился по зазнобе? - улыбнулся Илья.

  - Причём здесь... А и соскучился - так что? Ну да, нравится она мне. Разведусь со своей мымрой и на Лизке женюсь! Лизавета - баба нормальная. Не то что моя... крыса, - сказал со злостью. - И готовить умеет, повариха первоклассная! Моя-то только пельменями покупными да сосисками кормила, борщи - по великим праздникам, да еще яйца крашенные на Пасху. Куличи и те магазинные. А Лизка - мастерица! И в постели, между прочим, не сачкует... Слушай, Илья, а что ты меня о Лизавете выспрашиваешь, тебе-то какое дело?

  - Да я, собственно... - Репин от наглости вопроса майора выпучил глаза. - Ты мне сам...

  - Что сам? Говори, коль начал, а то мямлишь, как задница гражданская.

  - Сам ты задница! Ты логику-то включай, военный! Я тебя о деньгах спросил, а ты мне стал про Лизавету рассказывать. Какая она супер.

  Андрей нервно дёрнул головой, подумал пару секунд, внял разумности доводов Репина и сказал примирительно:

  - Погорячился, извини. С логикой у меня проблем нет, просто устал, надоело всё это блядство! - прищурившись, посмотрел ему в глаза: - Знаешь, в чём мне Лиза призналась?

  - Пока нет, сейчас расскажешь. Если только это не секрет.

  - Да ладно, чего там!.. Мне кажется, ты должен знать, у тебя ведь тоже... как бы это помягче... А ладно, - он махнул рукой, - скажу как есть, по-простому, по-военному. Ты ж, Илюха, наверняка думаешь, что эта... - Андрей понизил голос и кивнул на открытую балконную дверь, - Мария твоя, воспылала к тебе нежными чувствами?

  - Ну...

  - Короче, это Кеша приказал Лизе стать моей любовницей. Ну, за тот случай, ты помнишь. Хотел сделать ее стукачкой. Я, мол, расслаблюсь, когда мы с ней... это самое, отдыхаем, сболтну чего лишнего, а Лиза о том доложить ему должна. А Лиза сама хотела. Ну... не стукачкой быть, конечно, - поправился Андрей, - просто понравился я ей... Потом мне сказала, что у них тут так постоянно делается. Собственно, везде так делается, - заметил он философски. - Хорошая баба любого крутого мужика раскрутить может, вытянуть из него любую информацию, пока он находится в состоянии э... эйфории. Даже если тот умственный щит поставит...

  - Ну... - снова промычал Илья. Его догадка относительно Марии косвенно подтверждалась, но он по-прежнему не хотел в это верить.

  - Баранки гну! Может, Машка твоя и не стукачка, в чем я сильно сомневаюсь, но ты, парень, всё-таки будь с ней поосторожней, не трепись ни о чём, кроме работы. А если не прикипел ещё к бабе сердцем, рви отношения к чёртовой матери. Да я смотрю, чего-то у вас не ахти как гладко. Ни разу тебя