Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин

Никакого усиления. Печать тут же погасла.

— Не местнический. Осинский, дальше!

Так мы и шли. У меня не срабатывала ни одна печать. У Феди парочка светились чуть дольше, чем другие, но тоже гасли.

А потом мы оказались с ним лицом к лицу.

Я напротив печати с рисунком закрытого века в портале, а он — с рисунком мускулистого силуэта в ярком квадрате.

Изменяющий и Зацикленный типы.

Как только я коснулся «своей» печати, я тут же ощутил опасность. Смертельную опасность, готовую вот-вот обрушиться на меня!

И я-то сразу понял, что это иллюзия. А вот Заклинание, всё ещё работающее в пассивном режиме, активировалось незамедлительно.

Смертельная опасность! Активирую Великое Сокрытие!

И я сразу понял — заклинание сработало на полную. Как понял?

Кровь из носа пошла. Хорошо хоть на месте не вырубило, хотя голова тут же потяжелела.

А ещё — по ошарашенным… хотя нет. По абсолютно охеревшим лицам старика и Феди.

— А де?! — ахнул мальчик. А заслуженный профессор принялся удивлённо озираться.

Он что, думает, я у него за спиной стою?

Разумеется, печать тут же прекратила меня пугать — и Заклинание перестало питать чары. Я вновь стал видимым.

— Фух… — облегчённо выдохнул старик. — Я уж думал, ещё один угробился! Батя твой мне бы этого не простил, пацан!

Стоп. ЕЩЁ один?! Ты хочешь сказать, на этом тесте есть шанс сдохнуть?

Удобно вроде. Университет — высший класс!

Не зря по телеку всё время говорят, что власти что-то скрывают от народа! Ох не зря!

Когда я правил — я скрывал. Вот и эти точно скрывают!

Думал он, хрыч старый!

— У тебя искажающий тип, парень. Причём какой-то ненормальной силы. Тебе и года нет, а ты смог Великий Покров выдержать, пусть и спровоцированный. Чудо, что ты за эти месяцы себя так не убил.

Чудес не бывает, дед. Так что разок я себя всё-таки убил… просто регенерировал тогда от крови демона.

Да и Сокрытие никто не провоцировал. Да, печать наложила на меня какую-то хлипенькую маскировочку. Но она тут же растворилась в Сокрытии, или Покрове, как тут говорят.

А у этого рыжего там что? Когда старик вытер мне кровь белоснежным платком, я обернулся к Феде.

Ревниво выслушав нахваливающего меня профессора, Федя закусил губу — и с силой впечатал ладони в печать зацикленных.

Тут же удивлённо ойкнул… и засветился изнутри мягким зеленоватым светом.

— Вот, всё как у людей! — хмыкнул старик. — Обычная слабенькая регенерация. Поздравляю, Бестужев, ты зацикленный!

Как-то обидно звучит. Дурацкое название.

Феде, кажется, тоже не понравилось. Но старик уже его не слушал. Взял нас за руки и повёл на выход.

— Поздравляю! — воскликнул он, выведя нас к семьям. Мама с её брательник как раз обменивались очередными колкостями. — У обоих детей есть дар! У вашей девочки, конечно же, тоже! — добавил он, глядя на миниатюрную даму, обнимавшую такую же миниатюрную Яну, нашу третью.

— А почему вы их вместе упоминаете вообще? — тут же вскинулась мама.

— Ну как почему? они же братья всё-таки, какие-никакие.

— ОНИ НЕ БРАТЬЯ! — прогремело на всю комнату.

Мама и Валера разом выкрикнули это, вскакивая с мест. Батя тут же встал следом и принялся аккуратно массировать плечи жены.

А я подошёл к маме, обнимая её за ноги.

— Да чего так орать-то… — хмыкнул старик, поднимая к глазам планшет. — Значит так. Бестужев — усилитель, зацикленный тип Источника. Похоже, с упором на самолечение и в целом здоровье. Часто мальчик болел?

— Ни разу! — гордо ответил Валера. — Даже колик всяких там почти не было! Я с ним часто сижу, уж я-то знаю!

— Да, всё верно. — кивнул Аркадий. — Как и ожидалось. Это подтверждает мои выводы. Дар явно будет хорошим, не подобием. Можете идти.

— Благодарю, доктор! Я послушаю, что там у… Осинских. Родня всё-таки! Ха!

Мама совсем неблагородно цыкнула.

Папа тоже, но ему положено.

— Ладно, дело ваше. Тут не секретный центр, мы, к счастью, не родовое дворянство…

— Вы зарываетесь!

— Да мне-то что? Уволите меня? Остались слушать, значит слушайте. У Осинского дар иллюзиониста, изменяющий тип Источника. Дар… странный. По приборам Источник пока слабенький, но быстрорастущий. Тут пока ничего точно сказать не могу. Но…

— Ну, АрВен, не томи! — не выдержал паузы отец.

— Как-как? — с ухмылкой переспросил профессор. — Хех. Так вот как вы меня в те годы называли? Сейчас я «АВен». Молодёжь уже букву эр выговаривать ленится.

— Вас не уважают просто. Вы с демонами якшаетесь.

— Отставить, Осинский! Так вот, вы оба знаете, как тест работает? Знаете. Так вот, на тесте магией ваш сын сотворил очень… мощное заклинание маскировки. Великий Покров. Не Исчезновение, конечно, и не Пустое Место, но…

— Это сильно. — улыбнулся отец. И улыбка его была какой-то… не то счастливой, не то кровожадной.

Только не говори, что опять начнёшь свои изуверские тренировки?! Я только успел забыть о предыдущих!

— Сильно. — кивнула мама, нежно гладя меня по волосам. — Так вот как тогда… а, неважно. Я счастлива.

В этих словах не было ни визга безудержной радости, ни показных эмоций. Но все сразу как-то поняли — Соня действительно очень рада.

Валера тоже смотрел на нас… на меня, с какими-то смешанными чувствами. Я решил показать ему язык.

А чё он пялится, аристократ хренов? Я бы и плюнул, может быть, но боюсь, только свой же костюм запачкаю.

Потом как-нибудь плюну. Когда подрасту.

— В общем, дар потенциально явно силён. Но проявляется стихийно, в том числе во вред мальчику.

А, когда родители уже начали собираться, твёрдо добавил:

— Берегите парня. Он может вырасти очень сильным порталистом, или скрытником. Родине такие нужны. Будем ждать его в нашем заведении.

— Вы про универ? Или про ваш пятый механизированный? — хохотнул отец.

Придурок ты, батя. Такой трогательный момент испортил.

Меня и пятый механизированный устроит. Понятия не имею, что это, но звучит круто.

Мне такое точно не помешает.

— Пидём дамой! — потянул я родителей, воодушевлённый новыми горизонтами.

Ведь теперь я могу колдовать «легально»! А значит, начну развиваться ещё быстрее.

Теперь не только как ребёнок и человек, но и как маг-иллюзионист.

— А ти… — обернулся я к Валере, когда