И смешно и грустно - Владимир Поярков

Светка ойкнула, и муж быстро прикрыл ее рот своими губами. Набитый синтепоном Микки-Маус хорошо гасил шум, только глупо улыбался в глаза мужу из-за Светкиной головы. Несмотря на напор и пусть совсем тихие слова для любимой, Светка явно нервничала и чуть приоткрывала глаза, поворачивалась головой в сторону дочери.

— Вов, я не могу расслабиться, хочу почувствовать, но боюсь, она повернется… — жалобно прошептала жена.

Вова вытащил это чучело американской мыши из-под ее спины, положил между ними и дочерью, закрыв обзор от нечаянного взгляда, не забыв при этом отвернуть эту ехидную улыбку на лице игрушки в другую сторону.

Избавившись от помехи, Светка обхватила мужа и, поднимаясь ему навстречу всем телом, наконец, почувствовала, как пожар из живота начинает разгонять волны удовольствия по всему телу и непроизвольно вскрикнула. Вова нежно прикрыл ее рот ладошкой, уже сам, переставая себя контролировать, весь отдался обоюдному ощущению….

— Крепко спит… — прошептал муж, всё целуя жену и лёжа на ней., — Мне так хорошо с тобой, Светунь… хорошо, что не она проснулась…

— Миленький мой, я тебя так люблю… — шептала жена в ответ.

Маленькая Вера начала поворачиваться, но подрагивающие во сне глазки так и не открыла. Наверное, смотрела свои детские сны про игрушки, да про маму с папой…

— Такая хорошенькая она у нас, прелесть наша, — тихо сказа Вова, любуюсь спящей Верочкой. Та лежала, уткнув свой носик в маленький кулачок, а другой ручкой сжимала подмышкой свою любимую куклу.

— А иначе и быть не могло… — ответила Света.

Примечания

1

с итальянского — «очень точный»