Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

Главный целитель по-простецки сидел на ступеньках перед входом и пил кофе, который ему только что вынесла секретарша. По мере нашего приближения я понял, что он неотрывно смотрит на меня.

— А ты полон сюрпризов, Комаров, — сказал статный мужчина. Даже отработав до изнеможения, он сохранял величественную осанку. Идеально отглаженный халат, дорогая рубашка и идеально ровно завязанный галстук. — Чего только не узнаешь при соответствующих обстоятельствах.

— Так получилось, что у меня два дара, — ответил я, разумеется, даже не думая отнекиваться.

— Это я уже заметил, — усмехнулся главный целитель, отхлебнув кофе, аромат которого теперь достиг и моих ноздрей. — Так бывает. Только обычно при инициации выбирают один, наиболее важный. И чаще всего это не целительство.

— Много раз слышал об этом, — улыбнулся я. — Начиная с детских лет. Отец был недоволен моим выбором.

— Своевольный и упёртый, да? — спросил мужчина, едва заметно улыбаясь. — Для целителя это хорошее качество. Да и для боевого мага тоже. А вот у меня такого выбора не было, насколько ты мог догадаться. Поэтому я и целитель.

— Но вы тоже довольно-таки целеустремлённый, раз достигли таких высот, — отметил я.

— Каждый в этом мире хочет кому-то что-то доказать, — грустно улыбнулся мужчина, глядя на оседающую пенку на поверхности оставшегося напитка. — Кто-то себе, кто-то другим. А я буквально жил в Аномалии, чтобы доказать и себе и другим, на что я способен. Так продолжалось, пока меня самого чуть не стёрли в порошок. После этого я зарёкся туда ходить. Решил, что с меня хватит. Тогда мне предложили эту должность. Ну вот, кофе и медитация привели меня в порядок, пора заняться делами. Успехов тебе, Комаров.

Глава нашего госпиталя уверенно поднялся на ноги, открыл дверь приёмного отделения и ушёл.

— Ну вот тебе и довелось с главой нашим близко пообщаться, — улыбаясь, сказал стоявший неподалёку Олег Валерьевич. — Он так-то неплохой человек, когда дело не касается служебных вопросов, тогда он кремень.

— Так это начальник ваш? — спросил Виктор, который наблюдал со стороны за нашим общением. — А я-то думаю, что за важная птица такая. Граф, не меньше.

— Если не больше, — сказал Олег Валерьевич. — Так получилось, что никто из работающих здесь про его род ничего не знает, а спрашивать боятся. Не исключено, что там какая-нибудь невесёлая история кроется. Да, Ваня?

Я обернулся к целителю и встретился взглядами. В его глазах чётко читался вопрос о моём происхождении, который он не хотел задавать вслух. Некоторое время он посмотрел на меня, потом подмигнул.

— Давай займёмся твоими ранеными помощниками, — сказал Олег Валерьевич и направился к ближайшему бойцу, рукав которого был пропитан кровью. — Покажите, что у вас с рукой.

— Вить, ты сортируешь, как в прошлый раз, а мы лечим, — сказал я своему новому знакомому. — Договорились?

Тот кивнул и сразу подозвал бойца, который сильно хромал. Под окровавленной штаниной обнаружилась солидная укушенная рана, к лечению которой я сразу и приступил. Только сейчас заметил моих друзей, сидевших на газоне поодаль и организовавших себе небольшой пикник на траве. Матвей заметил, что я на них смотрю и помахал мне рукой, Стас присоединился.

Пока я занимался лечением раненных в городском бою охотников, канонада начала потихоньку стихать, выстрелы и взрывы теперь больше носили единичный характер. Намного уменьшилась и интенсивность стрельбы, пулемётные очереди стали более короткими и редкими. За оставшимися возле госпиталя в качестве подкрепления солдатами приехали броневики и увезли их в сторону северных ворот.

— Ну что, Ваня, пойдём и мы, наверное, туда, где нас ждут, — сказал Виктор, когда все его бойцы были в порядке. — Мне тут позвонили, что в частном секторе бесчинствует Леший и довольно большая стая волков, пойдём разгонять.

— Хорошо, — кивнул я, доставая из кармана рюкзака пробирку с зелёным эликсиром. — Возьми, это целебный. Накапай в рану и смотри как заживает. Если надо добавь, ориентируясь на размеры раны.

— Спасибо, док! — сказал Виктор, бережно принимая от меня подарок. — Опять я твой должник. Так скоро в Аномалии кристаллов не хватит, чтобы с тобой расплатиться.

— Можно и не кристаллами, — подмигнул я ему. — Если принесёшь осторожно выкопанный вместе с комом земли кустик Крови Призрака или Синей Кружевницы, то я стану твоим должником.

— А у тебя есть вкус, док, — усмехнулся Виктор. — Ладно, учту твои пожелания.

Объединённый отряд охотников тоже ушёл, теперь на обороне госпиталя остались только мы со Стасом и Матвеем, которые усиленно махали руками, призывая присоединиться к их скромному пиршеству.

На траве было постелено грубое полотенце в качестве скатерти, на которой лежали очищенные варёные яйца, нарезанное сало, целая варёная картошка и ядрёные квашеные огурцы.

— Мама мне с собой дала, — пояснил Стас, макая картошку в небольшую солонку. — Велела друзей накормить, чтобы за город не на голодный желудок бились. Все же мы все здесь при деле.

— Ну после такого перекуса мы точно весь город очистим от этой нечисти, — усмехнулся Матвей, потом откусил половину яйца и сунул следом в рот кусок сала.

— Молочком запей, — сказал ему Стас, протягивая бутылку. — А то, не дай бог, застрянет ещё. Пей, пей, это утреннее, свежак.

— Утреннее? — удивился Матвей, взяв бутылку в руку. — А я уж подумал, что парное, вон какое тёплое.

— А, так это я рюкзак, можно сказать, под мышку зажал, чтобы стрелять удобнее было. Сначала подумал: «И на фига я с собой его на дерево притащил?». А потом не пожалел, упор хороший. Так я, наверное, молоко и подогрел. А может от того, что картошка ещё горячая была. Да, точно.

Мы с аппетитом уплетали припасы Стаса, беседовали ни о чём, вдыхали прохладный вечерний воздух. В конце августа по вечерам становилось довольно свежо, но куртку надевать пока рано.

— Хорошо хоть дождь давно закончился, — сказал Матвей после затянувшейся паузы. — Хоть на траве посидеть можно и зад не промокнет.

В следующее мгновение откуда-то издалека послышался невероятно низкий утробный рык. Если бы киты могли рычать, то это было бы именно так.

— Это ещё что такое? — пробормотал Матвей, выпучив глаза. Недопитая бутылка молока замерла недалеко от его рта. Рык повторился, чуть громче.

— Вроде как где-то недалеко, — тихо сказал Стас, экстренно собирая остатки ужина и скручивая их в полотенце. — Какая-то здоровенная хрень, как бы не дракон какой.

Стас закинул рюкзак за спину, передёрнул затвор снайперской винтовки и насторожился.

Матвей тоже вскочил, взяв в руки автомат. Меч остался в ножнах за спиной.

Глава 4

Мы втроём медленно отошли