'Фантастика 2026-164'. Компиляция. Книги 1-32 - Дмитрий Ромов

— А что там в этой Аникеевке? — кивнул Кукуша. — Молоко парное и поближе можно найти.

— Можно, — усмехнулся я. — Там, между прочим, целебный источник есть. Туристы приезжают. Места красивые, недалеко Обь, рыбалка потрясная.

— Какая сейчас рыбалка? Всё здоровье на берегу оставишь.

— Ну, рыбачить мы с тобой точно не будем. Зато там маленькая гостиничка. Светиться не хотелось бы, конечно, но посмотрим, может, у местных поселимся. Комнату снимем. Будем гулять, пешие прогулки совершать, дышать свежим воздухом, оздоравливаться физически и, может, даже в каком-то смысле духовно.

— Ну-ну, — усмехнулся Кукуша. — Я и так здоров, не кашляю

Он быстро глянул на меня, но выспрашивать не стал, ожидая продолжения.

— Существует дом, — сказал я и потёр виски.

— Голова болит? — спросил он.

— Да нет, нормально всё. Не выспался маленько.

— Не выспался? Так спи, чего ты? Ехать долго ещё…

— Ладно, — кивнул я, — посплю. Вот, а в этом доме тридцать лет назад жила хорошая такая женщина, Клавдия Андреевна Яровая. И был у неё муж Алексей Иванович. Жили они трудно, питались от своих трудов, зарабатывали копеечку, колотились с утра до ночи. Как на Руси всегда принято было.

— Это да, — кивнул дядя Слава. — А сейчас с ними что?

— А что с ними сейчас я не знаю. Вот и хочу приехать, посмотреть, кто жив, кого уже нет, кому сейчас их дом принадлежит.

— Может, дети, или, скорее внуки там…

— Была у них дочка, — вспомнил я. — Тогда… лет двадцать–двадцать пять ей было. Помладше Никитоса на десять-пятнадцать лет. Может, она сейчас там живёт. Олеся, что ли… Олеся Алексеевна, стало быть…

— Масло масляное, — усмехнулся Кукуша. — Олеся Алексеевна…

— Да, есть такое. Так вот, у этой Клавдии был племянник, и племянника звали Никитос.

— О как! Это тётка Щеглова, что ли?

— Точно.

— И зачем она тебе? Ей сейчас сколько?

— Лет восемьдесят, если ещё жива.

— Ну, допустим, жива, — пожал плечами дядя Слава. — А что ты от неё хочешь, от старушки?

— Что я от неё хочу? Даже не знаю… Подружиться хочу. Про Никитоса поспрашивать, насколько близки, как часто созваниваются, что он ей говорит. Такие ничего не значащие мелочи.

— Понятно, — сказал Кукуша и замолчал.

Через минуту, не меньше, повторил:

— Понятно.

— Так ты чего хочешь-то от неё? — снова спросил он. — Просто прийти и сказать, типа, здравствуйте, я от вашего племянника Никиты пришёл. Он мудак. Так что ли?

— Нет, дядя Слава, — усмехнулся я. — Про Никитоса мы вообще говорить не будем. Может, просто понаблюдаем для начала. А если случай предоставится, заглянем внутрь, если хозяева смоются куда-нибудь.

— Лады, — кивнул он.

Я снова задремал и проснулся, когда мы съехали с шоссе.

— Ну вот она, твоя Аникеевка, — кивнул Кукуша, когда мы подъехали к знаку с названием населённого пункта.

Деревня, конечно, изменилась не радикально, но кое-что появилось — асфальт на дорогах, новый магазин. В остальном — всё оставалось почти по-старому.

— Куда теперь-то?

— Давай туда, — махнул я рукой.

Несмотря на то, что некоторые дома поменяли вид, сообразить, где что, оказалось несложно. Покрутились немного, чтобы не вызывать лишнего любопытства, спросили у местных у магазина, где тут источник, и потихоньку поехали сторону достопримечательности.

Надо сказать, иногородних и туристов было немало, так что на нас никто особо не пялился.

— Давай вон туда, — показал я. — Вроде не путаю. Да-да-да, в этот переулок.

Кукуша повернул

— Сюда?

— Блин, деревья так разрослись… Притормози пока…

— А ты когда здесь последний раз был-то?

— Давно. Года три назад мы сюда ездили.

— За три года деревья не так уж и разрослись, наверное?

— Разрослись, разрослись. Стой.

Он остановился.

Да, похоже, это был тот дом. Вроде… Ворота только не вписывались в мои воспоминания, были новыми, красивыми, металлическими. Я узнал соседний дом. Точно! Это был он. Правда, за тридцать лет он страшно обветшал. Покосился, почернел, будто даже в землю врос. Забор у него был низким, так что всё хорошо просматривалось.

— Да, — кивнул я. — Это здесь.

Нужно было как-то осмотреть участок тётки Никитоса. Так что соседний заброшенный дом отлично подходил для развёртывания плацдарма.

— Тут неподалёку источник, — сказал я. — Ты, дядя Слава, поезжай туда и поставь машину где-нибудь, чтоб не бросалась в глаза.

— Интересно, далеко это? — насупился он.

— Сказали же, пять минут ехать.

— А пешком сколько? Давай проедем, посмотрим.

— Я хочу залезть в этот заброшенный дом. А ты пока съезди, посмотри источник, оглядись. Там наверняка будут другие машины, парканись и подожди.

— А чего ждать-то? Я тогда сюда подгребу, раз такое дело…

— Смотри, зависит от того, далеко или нет. Я хочу как следует понаблюдать, чтобы выяснить, кто здесь живёт и чем занимается. Поднимусь на второй этаж, точнее на чердак. Вон, видишь слуховое окошко? Оно забито, но может что-то получится.

— Хорошо, я скоро приду, — кивнул он.

— Да, только так, чтобы не палиться.

— Ага, шапку-невидимку надену, тогда точно не спалюсь, — хмыкнул Кукуша.

Я кивнул, вглядываясь в дом и прикидывая, как в него забраться.

В этот момент калитка дома Клавдии Андреевны открылась, и из неё вышел мужик с алюминиевым чемоданчиком в руке.

— Ну-ка! — я резко нырнул вниз, на пол, чтобы он меня не заметил. — Не смотри, не смотри на него!

— А чё? Кто это такой-то? Вий что ли?

— Это Усы. Работает на Никитоса. Сделай вид, что в карту смотришь. Телефон возьми.

Кукуша уткнулся в телефон, и искоса поглядывал на Усы.

— Куда он идёт? К машине? К той белой?

— Да, к белой, убитой… Киа, наверное…Корейская. Номера, кстати, наши, верхотомские…

— Понятно. Не смотри так. Что он делает?

— Садится. Чемодан на переднее сиденье положил. Завёлся… Разворачивается… Едет в нашу сторону…

Когда мы подъехали, машина стояла чуть впереди боком, поэтому номеров я и не разглядел… Ладно… ситуация приобретала неожиданный оборот…

— Всё, проехал.

— Вот же блин! — раздосадовано воскликнул я, выпрямляясь и усаживаясь нормально. — Всю малину нам попортил этот козёл.

— Кто он такой? — уточнил Кукуша.

— Подручный Никитоса.

— И