Зачем ты так? - Инга Берристер

— Между тобой и Фейселом, — поправил Рашид. — Я сразу понял, что никогда не отдам тебя ему, потому что люблю в сто раз сильнее. Но ты отвергла меня. Я чуть не сошел сума от ревности, воображая тебя в объятиях Фейсела. — Фелиция подняла на него сияющие глаза.

— Скажи, что любишь меня, — хрипло умолял он, — скажи, что я не ошибся, прочитав это в твоем взгляде. Прошлая ночь была дурным сном. Сегодня все будет по-другому.

Теперь в его прикосновениях чувствовалось не только желание, но и глубокая почтительность. Он шептал ей на ухо ласковые слова о том, что никогда не даст ей уехать. Она станет его пленницей навсегда.

Легкая улыбка тронула губы Фелиции. Она молча скользнула пальцами по его лицу.

— Нет, не сейчас… — хрипло прошептал он. — Я не могу тебя опозорить.

— Но я хочу тебя, — умоляюще прошептала Фелиция.

Сильные руки сжали ее плечи, и темные глаза взглянули ей в лицо.

— Я тоже безумно хочу тебя, — пробормотал Рашид и, взяв ее руку, потянул вниз, показывая, как напряжена его мужская плоть. — Но если я возьму тебя сейчас, то это будет неправильно. — Он печально улыбнулся. — Я так долго сдерживал себя, что постараюсь подождать еще немного, но не слишком, чтобы не сойти с ума. Ты поняла меня?

Она смущенно кивнула.

— Ждать придется совсем недолго, — пообещал Рашид, заботливо накидывая на ее плечи рубашку. — Моя сестра всегда первой узнает мои мысли. Сегодня будет объявлено о нашей помолвке. Я не стану дарить тебе изумруд, — сказал он, и она поняла, что ему известно о подарке Фейсела. — Помнишь стеклянное пресс-папье? — вдруг спросил он. — Оно у меня, хотя я знаю, что ты не собиралась дарить его мне. После того как ты ушла, я подобрал эту вещицу и, глядя на нее, вспоминал о тебе. С тех пор, как ты вошла в мою жизнь, я почти перестал спать, Фелиция, но скоро моим страданиям придет конец, и я познаю твое тело.

Последние гости, приглашенные на свадьбу, наконец уехали, и молодые остались совсем одни.

Фелиция попросила, чтобы их медовый месяц прошел в оазисе.

Слабый свет масляных ламп бросал причудливые тени на мозаичный пол. Восточная ночь разукрасила небо бриллиантами звезд, похожих на драгоценные пуговицы на ее свадебном наряде.

Рашид молча опустился перед ней на колени и одну за другой стал расстегивать пуговицы. Закончив, он отвел с ее плеч тяжелые пряди волос и снял золотые украшения, которые она надела несколько часов назад, как символ их вечной любви.

Фелиция сбросила тяжелый наряд и оказалась в нежных и сильных руках мужа.

— Люби меня, моя голубка… — страстно прошептал Рашид. — Верь мне. Вместе с болью придет наслаждение, и мы не забудем эту ночь никогда…