Двуликие - Анна Шнайдер
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Азалии, ставшей императрицей, очень не хватало своей прежней, живой жизни. И она постоянно экспериментировала… Она закончила факультет прикладной магии и была прирождённым артефактором. Но однажды всё-таки допустила ошибку. Велдону тогда было восемь. Смерть Азалии сломила его отца — тот поседел за одну ночь. А сам наследник…
Он плакал в своей комнате на протяжении нескольких часов, плакал и никак не мог остановиться. Тогда он даже не представлял, как будет без мамы.
И вдруг он почувствовал чью-то тёплую руку на своём плече. Он поднял заплаканное лицо и увидел перед собой женщину. Она показалась наследнику настолько красивой, что на мгновение он даже перестал всхлипывать.
— Привет, — сказала она. — Меня зовут Эмирин, можно просто «тётя Эм». Пойдём со мной, я хочу кое-что тебе показать.
Эмирин привела Велдона на крышу одной из самых высоких башен. Широкая площадка, где хватило бы места человек для ста, закатное небо над головой и золотящаяся в лучах вечернего солнца столица — увидев всё это, наследник застыл, восхищённо раскрыв рот.
— Я приходила сюда, когда мне было грустно, — шепнула Эмирин, легко прикасаясь к его плечам. — Давай погрустим сейчас вместе, Вел? Садись.
Они сели близко к краю, обнялись и сидели так очень долго, пока солнечный диск медленно заходил за горизонт. Велдон продолжал плакать, но с каждой слезинкой ему почему-то становилось легче.
— Я так скучаю… — прошептал он, и Эмирин накрыла его ладонь своей в ободряющем жесте.
— Это нормально, Вел. Ты ведь любишь маму. Когда любишь — скучаешь.
— Это пройдёт? — спросил он, обернулся и вгляделся ей в лицо. Она улыбнулась и покачала головой.
— Нет, Вел.
— Но как же тогда жить? — Велдон всхлипнул. — Больно…
— Боль уйдёт. Но скучать ты будешь. Просто без боли.
Эмирин наклонилась и обняла наследника, прижала его голову к груди, погладила по волосам.
— Ты же Альтерр, Велдон. Сделай так, чтобы твоя мама тобой гордилась.
Да, это был последний раз, когда он плакал.
Он делал всё возможное, чтобы стать достойным императором. Учился всему, читал воспоминания предков, участвовал с отцом в заседаниях с советниками. Император, сильно сдавший после смерти жены, нагружал Велдона всё больше и больше с течением времени.
Желал ли он сам власти? Пожалуй, да. Он привык к этому грузу и уже не мыслил себя иначе как императором Эрамира. Только потом, через несколько лет после смерти отца, Велдон осознал — венец императора тяготит его. Но передать бразды правления всё равно было некому.
Впоследствии, когда он стал старше, часто пытался понять, в какой момент все его мысли стала занимать Эмирин. И, кажется, это произошло ещё там, на крыше. Когда она обнимала его и гладила по волосам.
Так же, как отец Велдона страстно любил свою жену, а Азалия — своего императора, маленький мальчик влюбился во взрослую женщину, которая не могла — да и не хотела — ответить ему взаимностью. Он знал как тогда, так и сейчас, что Эмирин любит мужа. Вот только некоторое время назад Велдон совершенно не желал этого признавать.
Когда-то ему казалось — он сможет завоевать её любовь. И Велдон действительно воевал. Но в любой войне бывают не только победители и проигравшие, но и жертвы.
Кто победил, император не знал. Зато жертв получилось предостаточно…
И больше он не хотел воевать. Нет, Велдон не разлюбил Эмирин. Но бороться за неё он больше не собирался.
Возле сердца что-то кольнуло, и император узнал действие артефакта Триш. В библиотеку вновь проник незваный гость. Хотя… теперь уже, наверное, званый.
Велдон знал, что Шайна вернётся. Слишком уж она была любопытна для того, чтобы забыть о случившемся с ней приключении.
Он сразу же активировал артефакт переноса, настроив координаты на библиотеку, и уже в процессе переноса вспомнил, что забыл надеть рубашку.
Шайна Тарс
Я никогда не была ни наглой, ни самонадеянной. Но и робкой тоже. И я была готова, наверное, ко всему… Кроме того, что хранитель библиотеки появится передо мной в одних штанах.
Как же хорошо, что света в помещении было немного, точнее, почти совсем не было — он лился только из окна. Иначе Норд непременно заметил бы, как вспыхнули мои щёки.
Если бы дело было только в щеках! В груди запекло, дыхание перехватило, и я непроизвольно сделала шаг назад.
— Не бойтесь, Шайна, — он истолковал моё волнение по-своему. — Это всего лишь я, Норд.
Я глубоко вздохнула.
О Дарида, ну что такого особенного в его голом торсе? Почему он так меня смущает? Я же видела мужчин и совсем без одежды!
— Здравствуйте, — сказала, сглотнув. — Простите… Вы, наверное, спали?
— Собирался, — мужчина усмехнулся. — Но теперь уж не до сна. Подождите секунду, Шайна, я включу свет. А то мы с вами тут ноги переломаем.
Норд отошёл к стене, что-то нажал, где-то подкрутил — и вокруг нас начали медленно разгораться небольшие магические лампочки. Света от них было не так уж и много, но вполне достаточно.
— Поярче или хватит?
— Хватит, — поспешила ответить я. Не хватало ещё, чтобы Норд заметил моё смущение!
— Прекрасно.
Он отошёл от стены и сделал несколько шагов в мою сторону. Остановился недалеко, но и не близко, улыбнулся.
— Что привело вас сегодня ночью в императорскую библиотеку, Шайна?
Я вновь сглотнула.
Теперь, при небольшом освещении, я могла лучше рассмотреть место, в котором оказалась. Книжные полки были повсюду, разноцветные корешки пахли бумагой и кожей, в неярком свете магических лампочек кружились пылинки. У одной из стен стояло портальное зеркало, рядом висела карта земель Эрамира, чуть поодаль расположились маленький столик с настольной лампой, два кресла, скамеечка для ног. Уютно и даже не роскошно, если не считать золотых узоров на книжных шкафах.
— Я просто хотела кое-что узнать…
Почему-то продолжить было сложно, и я замолчала.
— Ну же, Шайна. Что вы хотели узнать?
— Я хочу попросить вас, Норд, показать мне имеющуюся в библиотеке литературу по тёмноэльфийским проклятиям и… И, возможно, вы будете столь любезны, что согласитесь дать мне почитать хотя бы одну из книг?
Если он и удивился, то совсем немного.
— Значит, тёмноэльфийские проклятия… Ну да, это логично, в библиотеке академии вас бы ждал от ворот поворот. И вы решили, что с
