Игра сознания. Новеллы - Андрей Днепровский-Безбашенный (A. DNEPR)

Тем временем крест с помощью ангела уже начинал действовать, он уже был готов к тому, что бы творить знамение…

Уж так видать распорядился всевышний. Рано утречком, как только пропели первые петухи и ещё перед тем, как включить радио, Семён Игнатьевич, (он никогда в жизни не чистил зубы, но они у него все до единого были целые), уныло поплёлся за просом в сарай, что бы покормить кур. Привычно и деловито открыв ржавый скрипучий притвор, и на секунду о чем-то задумавшись, пенсионер резвым оленем наизготовку со старым алюминиевым ковшиком, стремительной тенью ринулся в темноту, со словами: – Аспиды окаянные, опять поклевали всё просо, дубовой бы их дубиной… – возмущался Семён Игнатьевич ещё вовсе не ведая, что дубовый крест находится как раз на уровне его головы… Шагнув в темноту покосившегося сарая, он со всей дури ударился головою об крест. От этого удара старче отлетел назад и приземлился на заднюю точку, совсем позабыв как его звать величать, и зачем он в этот сарай сдуру попёрся.

Видит Бог, это было – знамение! От этого редкие птицы попадали камнями с деревьев, земля загудела и задрожала, но сарай выстоял, а чуткие приборы сейсмологической станции на Камчатке зафиксировали эту дрожь земли в виде лёгкого такого землетрясение. Пару минут Семён Игнатьевич находился в беспамятстве, потом открыл глаза и кинул тоскливый взор на небо.

– О блинннннн!!! – вдруг вырвалось из него совершенно непроизвольно. – Всю морду себе вывернул! – вытирался он старым картузом, который при ударе пушинкой слетел с его головы. – Племянник христопердяжник проклятый, хоть бы сказал, что крест в сарай положил… – матом кроил старче, руками трогая набок свёрнутый нос.

Конец ознакомительного фрагмента.