В плену лживого солнца - Борис Токур

– Не в этот раз, Дима. Тебе ли не знать об этом.

И направился следом за напарником к фургону.

Через три часа с небольшим в сонную тишину вторгся мерный далёкий гул, и в блекло-сером рассветном небе появились очертания двух винтокрылых машин. Они сели неподалёку от стоянки, вздыбив песчаные облака. Из первой вертушки выгрузилась дюжина увешанных оружием бойцов и сгрудилась вокруг смуглого поджарого усача с резкими чертами лица.

– Хасан! – проорал Север, привлекая внимание командира.

Подошедший Росс приветственно махнул обернувшемуся усачу.

– Давай, Дима, ориентируй. А я пока объявлю сборы.

…

По прошествии ещё трёх часов территорию лагеря стало не узнать. Шатры и палатки, кроме одной, свернули. Навесы стянули, оставив центральный. Контейнеры и баки сдвинули в один ряд. Около грузовиков выстроились штабеля с рабочим инвентарём и инструментами. Насосы, генераторы, катушки с проводами и шлангами, бытовой набор и продукты с долгим сроком хранения складировали в будки до возобновления работы экспедиции.

Все ценные находки решено было вывезти в Каирский центральный исторический музей, где Ассоциация арендовала одно из подвальных помещений. И теперь, аккуратно упакованные в коробки и пеналы, они ожидали погрузки вместе с дорогостоящим научным оборудованием. Их решили отправить одним рейсом с собаками уже после того, как вывезут людей.

Лин находилась в салоне вертолёта и, уткнувшись в планшет, ожидала отправления. Напротив расположился Ситник. Сидя вполоборота к девушке, он наблюдал в иллюминатор, как поднятый ветер треплет навес и стоящую рядом палатку. Большая армейская, сейчас, среди поднятой суеты, она смотрелась сиротливо и бесприютно.

В небе носилась рыжая пыль. Вадим перевёл взгляд выше. Полностью скрыв горизонт со всех сторон, вдали высилась непроглядная дрожащая стена. Лабиринт и расположенный рядом лагерь оказались в своеобразном кольце, которое за прошедшие часы ещё больше уплотнилось, потемнело и благодаря коротким вспышкам приобрело холодный сизый оттенок.

Снаружи раздавались крики Буру, подгоняющего рабочих, стук инструментов и несмолкающий лай взбудораженных собак. Мимо вертолёта пробежал Мунаш с походным мешком в руках. Росса с Севером нигде не было видно.

– Алина? – заглянул в салон профессор, – готова?

– Готова, – буркнула девушка, делая вид, что погружена в чтение.

– Как заселишься, набери меня, – заискивающе попросил учёный. Лин промолчала. – Или Марго…

Девушка резко оторвала взгляд от планшета.

– Марго остаётся? – спросила она, изучая родственника глазами-щелочками.

Брови Лебедева скакнули вверх.

– Нет-нет, – зачастил он. – Она улетает одним из вечерних рейсов. Прошу на случай, если… днём буду недоступен.

Лин обвалилась на спинку сиденья.

– Марго остаётся, – заключила она. – Я. Так. И знала.

Она вновь опустила глаза на планшет. Вздохнула. И без эмоций произнесла:

– Хорошо, сообщу.

Вадим собрал лицо в узелок и кивнул: будьте спокойны, проф. Лебедев неуверенно потоптался на месте и, хлопнув по нагретой солнцем металлической двери, пошёл заниматься своими делами.

…

Проплывающее внизу жёлтое море враз потеряло для Алины всю привлекательность. Она глянула на Ситника и сквозь рокот двигателей громко позвала:

– Вадим! Ты где-нибудь видел такое?

Ситник посмотрел в иллюминатор. Посреди светлой равнины хорошо выделялось тёмно-бурое кольцо. Клубы поднятой песчаной пыли удерживала на месте непонятная сила. Он пожал плечами и снова уставился в иллюминатор. Лин вздохнула и сунула руку в карман дорожной сумки.

– Связь! – воскликнула она вдруг. – Вадим!

– Что? – повернулся тот.

– Связь появилась, – покрутила она мобильником. На экране, демонстрируя обнаруженную сеть, весело мигал уровень сигнала. – А там не было, – указала она на район, от которого удалялся вертолёт. – Связи нет внутри этого кольца. Странно, да?

Ситник посмотрел на пустыню.

– Наверное, они правы, – ответил он отстранённо.

Лин нахмурила лоб:

– В чём правы?

– На счёт активированного артеф…

Резко вдохнув, он выпрямил спину и медленно развернулся. Огоньки живого интереса в глазах девушки дали Ситнику понять, что он совершил непростительную глупость, нечаянно сболтнув лишнего. Мозги усиленно заработали в поисках убедительного объяснения. Но в голову как нарочно ничего мало-мальски вразумительного не приходило.

Закинув ногу на ногу, Лин переплела на груди руки и строго посмотрела на молодого учёного.

– Ва-дим? – позвала она требовательно. – Внизу не просто древний город, да?

Он натянуто улыбнулся и забегал глазами по салону, не зная куда их деть.

– Вадь, ну ты-то не будь, как все! Говори уже, какую тайну от нас скрывают эти… – она метнула взгляд на иллюминатор, – совершенно посторонние люди. – И, сдвинув брови, предупредила: – Я не отстану, ты меня знаешь.

Сообразив, что дальше утаивать от племянницы Лебедева секрет «рваной» реальности не получится, Ситник вкратце изложил суть ночного разговора с псевдо-работниками.

– Я не должен был говорить об этом, – мрачно сообщил он в конце. – Надеюсь, ты не подведёшь меня под монастырь?

– Да ты что! – положила она руку на грудь. – Конечно, нет. Буду молчать, как рыба. Обещаю.

Девушка выглядела искренней. Только щёки наливались нездоровым румянцем.

«Артефакт…

Древняя высокая технология и…

иная реальность?..

?

??

???

Боже!.. Б-о-о-ж-е-е!!

Какое же невероятное открытие!!!»