'Фантастика 2026-111'. Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Закончить войну, — сказал я.
— Да.
— Почему погиб тот предок?
— Кто знает? — пожал плечами Император, покачивая в бокале херес, подумал секунду и сделал глоток. Встал и подлил нам обоим ещё янтарного напитка.
— Не боишься, что он погиб из-за слишком большой силы Инсекта?
— Боюсь. — Александр со вздохом опустился обратно в кресло. — Поэтому часть меня даже рада, что Павел… такой.
— Он меняется. Становится сильнее — медленно, но верно.
— В самом деле? — Император просиял, а затем тут же помрачнел. — С одной стороны, можно закончить войну победой, уничтожить Саранчу раз и навсегда, с другой… Какую цену придётся заплатить за это?
— Хочешь узнать моё мнение? — Я наклонился вперёд, облокотившись о стол.
— За этим ты здесь, — кивнул государь.
— Ты уже много решений принял за Павла. Пусть хоть это он примет сам.
Император ничего не ответил. Поднялся с кресла и встал у окна, отпив из бокала. Он молчал долгую минуту или даже две. Всё это время я тоже сидел молча, попивая херес. Секретарша оказалась права. Таким я себе государя даже не представлял. Обычным отцом, который желает лучшего для своего ребенка, но тем самым делает только хуже, понимает это, но не может поступить иначе.
— Твой отец, наверное, гордился тобой, Дубов.
— Мне этого уже не узнать.
Александр кивнул.
— Жаль, что так случилось с твоим отцом. Я видел его лишь однажды, и он показался мне достойным человеком. Его убийц обязательно найдут.
— Я уже нашёл некоторых, — сказал я. Мой голос вдруг сделался глухим и угрожающим. В груди начал разгораться огонь. — Но это оказались лишь исполнители.
— А заказчик?
— Можешь считать его мертвецом, который по какому-то недоразумению ещё ходит, — пообещал я.
Государь кивнул и снова замолчал. Потом попросил:
— Расскажи мне ещё что-нибудь о Павле. Его братьев я знаю как облупленных, а вот он… Такая же загадка, как и его мать. Скрытный, застенчивый…
— И любит подглядывать за девушками во время купания голышом, — закончил я за него.
Александр поражённо обернулся ко мне, а затем расхохотался. Вскоре у него даже слёзы выступили от счастливого смеха. Когда успокоился, снова заговорил:
— Прямо как его папаша! В своё время я ни одной юбки не пропускал. И даже сам подглядывал пару раз за молодыми служанками, которые тоже купались голышом. Да, я могу получить любую из них, но так было интереснее.
Император снова рассмеялся.
— Да, выходит, Пашка больше мой сын, чем я думал, — он сел в кресло, расслабленно откинулся на спинку и мотнул в бокале жидкий янтарь, затем отпив. — Благодарю, что спас его жизнь в академии. Я бы вручил медаль, но боюсь, что общественность не поймёт, а у дворянства и вовсе возникнут вопросы, за что какой-то барон получил награду из рук Императора. Так и инкогнито Павла раскроют. Но я могу выполнить любую твою просьбу.
Наверно, в этот момент я мог попросить сделать меня бароном официально, не дожидаясь окончания учёбы в академии. Но делать этого я не стал. Не люблю просить помощи для себя, предпочитаю всё делать сам. Титул барона я хочу получить своими силами. Но кое о чём я мог попросить Императора. Не для себя, а для кое-кого другого. Или, точнее, другой.
— Есть одна баронесса, — заговорил я, — Марина Морозова…
— Древний, но угасший род, — кивнул государь.
— Она попала в одну не очень приятную ситуацию…
Я вкратце, не вдаваясь в подробности, рассказал ему нашу официальную версию смерти герцога Карнавальского. И попросил, чтобы процесс вступления Марины в права владения особняком Карнавальских не затягивали.
Карнавальскому-старшему я не особо доверял: вдруг старый хрыч передумает, когда я покину столицу. Так что счёл за лучшее подстраховаться.
Император согласился оказать содействие, отпил хереса и с усмешкой произнёс:
— А ведь мог попросить сделать тебя бароном. Официально.
Я просто пожал плечами и ничего не ответил. Кажется, наша беседа подходила к концу. Мне больше нечего было рассказать о Павле. Но вдруг Александр спросил:
— Любишь охоту?
— Предпочитаю рыбалку, — честно признался я.
— Это у тебя просто охоты нормальной не было. Завтра у меня свободный день, так что отправимся на охоту. Ты, я, мои сыновья и прислуга. Вот будет потеха! Может, мне удастся узнать сына ближе. Отправимся в четыре утра, так как путь неблизкий. Ступай в дом, я пришлю слуг, которые подгонят под тебя снаряжение.
Я пожал плечами и встал. Императорская охота обещала быть интересным событием. Надеюсь только, что не слишком лёгкой, когда ты выпускаешь стрелу куда глаза глядят, а услужливые егеря находят её и втыкают в тушку какого-нибудь животного. Это скука смертная. Я направился к двери и уже взялся за ручку, когда меня отвлёк голос государя.
— И кстати, господин Дубов, — он снова перешёл на «вы», — если хоть одно слово выйдет за пределы этой комнаты… казню.
Я усмехнулся. Распространяться об этом разговоре — верх идиотизма. Потянул дверь на себя и вышел.
Из цветочном горшке массажного кресла больше не торчали ничьи ноги. На мой вопросительный взгляд секретарша Императора пожала плечами и показала пальцами на уходящего человека. Хотя, пожалуй, она не секретарша, а полноценная помощница. Как адъютант при генерале.
Не успел я и парой слов переброситься с девушкой, как дверь кабинета вновь распахнулась, и на пороге показался государь. На его плечи была накинута белая шинель военного покроя.
— Наталья, велите подать мне карету, — сказал он, проходя мимо меня к выходу. — Вернусь через два часа, и сразу соберём совещание кабинета министров.
— Сию минуту, государь-Император! — Девушка тут же схватила трубку и сделала звонок.
Александр Восьмой вышел из кабинета. Я направился следом,
