Цикл романов 'Обратный отсчет'. Компиляция. Книги 1-5 - Токацин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Может, оно только огонь… детектит? — предположил он, выглядывая из-за шатра. Все нхельви, только что окружавшие сарматов, сбежались к волокушам — и определённо принесли какую-то информацию, судя по столпившимся аборигенам. Ещё секунда — и в толпе из ниоткуда возник Хассинельг. На руках он держал трёх зверьков. Опустив их на ближайшую волокушу, страж наклонил голову, прислушиваясь к писку и повизгиваниям. Теперь все чего-то хотели от него, а он выглядел озадаченным.
— Все там, — ухмыльнулся Вепуат, оглядываясь на Гедимина. — Удобно. Идём?
Когда местные толпились и верещали, Гедимину всегда становилось не по себе. «Сильная реакция на слабые раздражители,» — кое-как сформулировал он, что именно ему не нравится. «Чересчур сильная. Хотя — мелкому слабозащищённому существу приходится на всё реагировать. Куэнны, наверное, не верещат. И не сбиваются в кучу по первому писку…»
— Ещё одна вещь из Куэннских кристаллов, — ухмыльнулся Вепуат, подходя к Хассинельгу с зеркальцем в руке. — Шесек видел — ему понравилось. Принёс показать. Если повезёт, научу делать такие же.
— Куэннский кристалл… — Хассинельг, парой фраз и щелчком хвостовой клешни заставив аборигенов притихнуть, осторожно протянул руку к зеркалу. — Боги! Сколько лет это полировали⁈
Гедимин шагнул к нему, чтобы видеть, что именно отразится в гладкой поверхности. Там был Хассинельг — его накидка с цацками, рогатая голова, кожа в мелкой чешуе — и кольцо-навершие костяного посоха. Посох в реальности слегка светился; в зеркале он отражался тусклым, как обычный макет позвоночника. Гедимин быстро оглянулся на Вепуата. «Нет эффекта,» — коротким жестом сообщил он.
— Дай и другим посмотреть, — Вепуат отобрал зеркало у стража. На лице Хассинельга застыла задумчивая ухмылка; он оперся на посох и прикрыл глаза, не обращая внимания на верещание аборигенов. Гедимин озадаченно на него посмотрел. «Может, это и есть эффект? Не в зеркале, а на существе?»
Вепуат с зеркалом в руке ждал, пока Бронны и Скогны перестанут пищать друг на друга. Две несмешивающиеся толпы уплотнились и, кажется, формировали боевые порядки. Потом двое вышли в образовавшийся между толпами просвет, пару раз коротко взвизгнули, достали резные деревяшки и камешки, несколько раз их подбросили, передавая друг другу, и повернулись к своим сородичам. Секунду спустя писк прекратился, и к Вепуату подошёл Бронн.
— Чего они? — тихо спросил Гедимин, глядя, как существо изучает новый предмет. Бронны, по-видимому, были знакомы с отражающими поверхностями и даже с ручными зеркальцами — то, что им принёс Вепуат, отличалось разве что качеством и технологией изготовления.
— Жребий бросали, — прошептал разведчик, пристально глядя на зеркальную пластину. — Кому первому смотреть. Чуть не передрались. Как они вообще уживаются⁈
Гедимин отодвинулся, выбирая более удобную точку для наблюдения, и тут же впился взглядом в зеркало — «Есть эффект!» Чёткое отражение Бронна было окружено слабым, едва заметным изжелта-зелёным свечением. Бронн, негромко пискнув, протянул зеркало следующему; существа тоже что-то заметили и сгрудились вокруг него, заглядывая в пластину. Изжелта-зелёное свечение стало ярче. Теперь Гедимин видел, что оно не расплывается бесформенной кляксой, а чётко очерчивает каждый силуэт — и что ширина у всех «ореолов» разная.
Из толпы Скогнов раздался недовольный визг, переходящий в шипение. Вепуат негромко что-то сказал. Бронны, помявшись, выпустили «зеркалоносителя» из толпы. Тот небрежным жестом сунул артефакт Скогну и шагнул в сомкнувшуюся «стаю». Вепуат пробормотал что-то себе под нос; Гедимин успел расслышать что-то про макак.
«На Броннах есть эффект. Но другого цвета. И они… они точно не огненные,» — сармат в растерянности смотрел на зеркало в руке Скогна. «И Скогны тоже. И на них… ага!»
Это свечение было синеватым — но не светлым и холодным, как эффект Черенкова, а более густым, насыщенным. «Тёмно-синий свет,» — Гедимин криво ухмыльнулся. «Тёмно-синий, и всё-таки — свет. Так и до чёрного дойдёт…»
Абориген — кто-то из поваров — пронзительно пискнул и сунул зеркало ближайшему «солдату». Ещё секунда — и «охранники» оттеснили «мирных» и столпились вокруг отражающей пластины, тыкая в неё когтями. «Они меряются ореолами,» — думал Гедимин, стараясь не мигать — веки уже устали. «Они тоже это видят… и, похоже, понимают, что это за штука. Или догадываются…»
Хассинельг тоже что-то сообразил — и, отступив на пару шагов, посмотрел на Скогнов через навершие посоха. По кромке белого кольца вспыхнуло узнаваемое тёмно-синее свечение. Гедимин ошалело мигнул.
Скогны, насмотревшись на себя, уже теснились вокруг Вепуата; почти всех «солдат» отодвинули подальше, несколько «мирных» и один воин о чём-то возбуждённо расспрашивали. Вепуат отвечал сдержанно, односложно и едва заметно щурился. Гедимин протянул руку за зеркалом, заглянул в него и пожал плечами. «Нам, как и нхельви, свечений не положено. Ну, тем лучше. Странный эффект… Назвать его эффектом Вепуата?»
— Сколько же у вас странных штук, — услышал он негромкий голос Хассинельга. — И как в них всё понамешано. У нас бы давно взорвалось. А вы берёте — и всё уживается мирно. Тут тебе и вода, и жизнь, и металл…
Гедимин мигнул.
— Стой! — он едва не схватил стража за плечо, но, опомнившись, отдёрнул руку. — Что за свечение там видно? У тебя на посохе такое же. Знаешь, что это?
Клешня на хвосте Хассинельга громко щёлкнула, заставив разбежавшихся было аборигенов обернуться и опять навострить уши. Гедимин подался в сторону. К нему уже подошёл Вепуат; из-под пластин его брони торчала почти поместившаяся ручка зеркала, и сармат порывался прикрыть её локтем — видимо, общее внимание к «новшеству» ему надоело.
— Вода так себя показывает, — ответил Хассинельг, озадаченно глядя на сарматов. — Слабая — тусклее, сильная — ярче. Но чтобы показывала в кристалле…
Он снова щёлкнул клешнёй, и рогатая голова качнулась от плеча к плечу — почти по-сарматски.
— Какая вода? — Вепуат придвинулся ближе и впился в существо взглядом. — У них с собой вода? Я проверял на воде — ничего такого не было.
— Зелёное и красное — тоже вода? — перебил его Гедимин, слабо надеющийся что-то понять. В голове не гудело — значит, в словах Хассинельга был какой-то смысл, вот только выражался он очень невнятно.
— Зелёное с желтизной? — уточнил страж; он смотрел на сарматов, наклонив голову набок — будто сам пытался что-то понять, но не получалось. —
