Цикл романов 'Обратный отсчет'. Компиляция. Книги 1-5 - Токацин
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Цистерны душевой были пусты наполовину — как и раньше, по вечерам мылись только сарматы-поселенцы, аборигены обходили купальню стороной… хотя убираться в ней не забывали — внутри было чисто и сухо. Гедимин мельком подумал о местных традициях, но тут же выкинул их из головы. В лаборатории его ждала разобранная поршневая машина, да и опыт с подъёмом твэла ещё не был завершён.
От душевой сармат свернул к обрыву — посмотреть, как там идут работы. Издалека он увидел белый свет — у тропы, опираясь на посох, стояла Ауна.
— Мастерр Дим-мин, — слегка склонила голову она, увидев сармата. — Текк’ты прришли на исходе ночи, и тебя ррешили не трревожить. Двое из них сказали, что будут стрроить. А двое поднимают камни. Там, внизу, накопилось много, а твоя машина сломалась…
Гедимин кивнул. Теперь и сам он видел сдвинутую крышку, зияющую шахту и горку валунов на очерченной площадке. Внизу что-то грохотало. На экране сканера высветились гигантские змеи — две спирали вокруг ствола шахты — и комок слипшихся камней, поднимаемый по выступам спирали к поверхности. Ещё минута — и валуны, поддетые головой змея, вылетели из пролома и раскатились по площадке.
— Тут всё тихо? Кьюссы не появлялись? — спросил Гедимин, глядя на столярный ангар. У его дверей стоял котёл, накрытый крышкой; из неё ещё не вытащили пробки — шла первая стадия обработки, вымачивание, не предполагающее бурного выброса пара. За котлом присматривал кто-то из Броннов-поваров; все подмастерья и сама Нурру, как показал сигма-сканер, дремали в мастерской, устроившись на шкурах и войлочных подстилках. Повсюду вокруг них громоздились стопки деревянных плашек — все стволы были расколоты, остались небольшие заготовки, и теперь их можно было вымачивать и пропаривать. «Работа движется,» — Гедимин довольно хмыкнул и покосился на котёл. «Сколько они обрабатывают одновременно? Два дерева? В такую ёмкость больше не влезает. Где бы найти второй котёл?»
— Кьюссы не скорро ррешатся подойти к холму, — с клыкастой ухмылкой отозвалась Ауна. — Мало кто выбиррается далеко от поселений в такие дни. Рразве что Ррайвиги…
Она резко развернулась к сармату и заглянула ему в глаза.
— Будьте завтрра осторрожны. В одиночку никуда не выходите — и если вам нужен карраван, подождите дрругого дня. Завтрра и Брронны, и Скогны будут сидеть по домам — и Текк’ты, скоррее всего, тоже поберрегутся.
Гедимин изумлённо мигнул.
— Чего⁈ Завтра, что, опять какой-то праздник?
«Или очередной шторм… чего-нибудь,» — запоздало мелькнуло в мозгу, и сармат осёкся. «Как должно штормить, чтобы даже Текк’тов напугало⁈»
— Завтра день Мысли в месяце Мысли, — с напускным бесстрастием сказала Ауна, глядя мимо него. — Ещё не шторрм… но возмущения будут. Осторрожнее с тем, что видите, слышите и тррогаете. Остеррегайтесь моррока.
«Морок?» — Гедимин снова мигнул. «Она про… воздействие на мозг? Всплеск сигмы — или какой-нибудь галлюциногенный газ над холмами? Надо, и впрямь, поберечься…» — он тронул пластины на шлеме, проверяя, плотно ли они пригнаны.
Ещё кучка валунов вылетела из шахты. В этот раз змей не рассчитал, бросил её недалеко — один камень отвалился и, прокатившись по плите, рухнул обратно в пролом. Снизу донёсся возмущённый лязг, и валун выкинули обратно.
— Части твоей машины ещё лежат здесь, — заметила Ауна. — Может, перреложить их к валунам, чтобы Текк’ты не забыли их?
Гедимин недовольно сощурился, но решил не показывать досады — навряд ли Ауна хотела задеть его.
— Пусть лежат, — сказал он. — Почти всё уже готово. Привезут тросы — соберу её заново.
Страж развернулся к нему, едва не выронив посох.
— Соберрёшь… заново⁈
— С ней работа идёт быстрее, — Гедимин едва заметно ухмыльнулся. — Не надо тратить время на подъём… вон, уже полчаса возятся, а могли бы копать. Ладно, пойду работать…
Ауна что-то пробормотала ему вслед, но сармат не прислушивался. Он думал об остывших отливках в лаборатории и о странностях местной погоды. «Надо Айзека предупредить. Пусть скажет филкам. Мой скафандр сигма не пробьёт, а вот они, считай, беззащитны.»
…Гедимин убрал стопоры, открыл вентиль, услышал знакомое гудение и открыл второй. Поршни внутри спаренных цилиндров взлетели кверху — и опустились мягко, без стука. Гедимин покосился на манометр, проверил температуру и довольно хмыкнул. «Пока хватит. Теперь проверю с передачей. Трос намотаю свой. От местных отличается, но сейчас это неважно. Главное — посмотреть, как работает.»
— Ну, как я и говорил, — донёсся с улицы раздосадованный голос Кенена Гварзы. — Играет в машинки. А ирренций валяется посреди шатра и светит во все стороны.
Гедимин сердито фыркнул, закрыл вентили и нехотя встал из-за стола. Рука в бронированной перчатке уже поднимала полог. Первым вошёл Айзек, за ним — Гварза, и Гедимин, увидев его, ошалело мигнул — щитки его скафандра покрылись сходящимися гребнями, а по их краям прорезались длинные выступы, наползающие друг на друга.
— Уран и торий, — Айзек слабо шевельнул ладонью. — Ага, машина уже готова. Скогны определённо расстроятся. Кенен, ты зря переживал — вон твой ирренций, под защитным полем.
Гедимин, от удивления не успевший нафыркать на Гварзу и потыкать в купол носом, благодарно посмотрел на Айзека. Ирренций — точнее, «твэл», собранный из мифрила и трубки из черного стекла, частично наполненной ирренциевой окисью — и правда лежал под непрозрачным полем. Поле было и снизу — сармат помнил о странных существах, живущих в толще скалы, им тоже незачем было облучаться.
— Ставил опыты с ирренцием? — спросил Айзек, одновременно жестом попросив Гварзу помолчать. Тот шагнул назад и встал у полога, сложив руки на груди.
— Ставил, — отозвался Гедимин, поднимая со стола мифриловый сердечник. Остальные части катушки в сборе были закреплены на струбцине; сердечник лежал отдельно, и внутри «электромагнита» был только воздух. Действовало ли на него притяжение, Гедимин пока не понимал, — воздух внутри шатра и так постоянно двигался, даже если и тянуло сквозняком, сармат этого не заметил.
— Показывай, — велел Айзек, быстро оглянувшись на Гварзу. — Как собирать реактор, уже понятно. С управлением затык.
«Там с любым управлением затык, не только в реакторе,» — думал Гедимин, готовя к новому опыту «твэл», катушку и защитное поле. «Магнит» в очередной
