Дети Антарктиды. 200 дней - Даниил Корнаков

— Хорошо.

Арина нагнулась и обхватила голени покойника, Матвей взялся за подмышки и чуть приподнял тело.

— Готова?

— Да.

— Крепко держишь?

Она кивнула.

— Хорошо, а теперь давай осторожненько ступай вниз и обязательно смотри под ноги.

Камни под сапогами зашуршали и стали скатываться, приземляясь в тонкий слой снега. Солнце немым очевидцем наблюдало за опасным спуском, подсвечивая долину утренними лучами. И вдруг безмолвная тишина толстым покрывалом накрыла земли Шпицбергена; такое молчание наступало лишь в те короткие часы, когда ночная жизнь завершалась, а утро нового дня еще не успевало оповестить о своём приходе.

Мир вокруг них молчал, впал в кратковременный анабиоз.

Матвей не чувствовал рук. Все тело изнывало от усталости и умей оно говорить, обязательно пожурило бы своего хозяина.

Самое главное — дыхание. Шаг левой — вдох, шаг левой — выдох. Он постоянно наблюдал как идёт Арина, стараясь не сбиваться с ритма. Сейчас ритм это главное.

— Как ты? — заставил он спросить себя сквозь усталость.

— В порядке.

Следом издала сдавленный стон. Соврала. Ничего она не в порядке.

— Осторожнее, камень сзади, — предупредил он.

Арина чуть повернула голову и заметила препятствие.

— Давай чуть левее.

Матвей посмотрел вниз. Преодолели половину спуска, не больше.

А может всё-таки не половину? Может четверть? Или того меньше? Боже, когда же это закончится. До чего же эта сволочь тяжёлая!

Его тело вдруг резко подалось вперёд.

— Тише, тише! Не так быстро.

— Извини. Нога соскользнула.

Вдруг что-то шлёпнулось о камни. Проклятая дощечка выпала из кармана и заскользила вниз.

— Зараза! — крикнул он ей вдогонку.

— Матвей?

— Да?

Его насторожил её голос. Из него исчезла вся та сила и уверенность, присутствующая прежде.

— Не могу, я больше…

— Аришка, еще немного, еще…

— Я… Фух…

Её нога скользнула. Тело покойника дёрнулось вперёд и Матвей удержал равновесие, удерживая теперь их мёртвый груз полностью.

— Прости, прости! — Арина вновь схватилась за ноги аккурат, когда Матвей едва не отпустил покойника.

Уже внизу, когда они вымотанные из сил и изнеможённые рухнули на землю перевести дух, Арина вдруг спросила:

— Чего мы его просто не спустили кубарем с этого проклятого склона?

— Потому что мы в первую очередь люди, Арин.

— Даже если он…

— Плевать, — прервал её Матвей. — С этого все и начинается, с таких вот казалось бы на первый взгляд мелочей, которые постепенно превращают тебя в животное. — Он повернул голову в её сторону. — Мы сделаем все как надо, он уже и так получил своё.

* * *

Из последних сил они дотащили мертвеца к скалистому берегу. Остановились на минутку, посмотрели на спокойные воды океана вдали. Крачки уже пробудились, парили в небе, кричали. Самая смелая налетела на Матвея, но широкий взмах рукой прогнал её обратно в небо.

Арина чуть наклонилась и посмотрела вниз, где о прибрежные скалы разбивались волны, превращаясь в множество пенящихся пузырьков. Не тронутые водой гранитные массивы перепачканы птичьим помётом. Гонимые ветром холодные брызги касались лица и приятно освежали.

Матвей отыскал камень потяжелее и доволок его до трупа.

— Арин, помоги немного.

Остатком кабеля они обмотали ногу мертвеца, а другим концом привязали к булыжнику. Как только сделали дело, Матвей на всякий случай осмотрел заснеженную долину позади и успокоил вдруг нахлынувшую на него паранойю, убедившись, что за ними никто не наблюдает.

Обернувшись он заметил сидевшую на коленях возле покойника Арину. Её кулаки сжимались наполовину, а глаза блестели.

Матвей встал рядом с ней, сел на гальку и положил руку ей на плечо.

Некоторое время они посидели молча.

— Давай покончим с этим, — решительно сказал Матвей.

Арина решительно кивнула и поднялась с колен.

Взяв под руки вдвое потяжелевшего мертвеца, Матвей доволок его до обрыва и посмотрел вниз. Волны показались ему разинутой пастью, готовой принять страшный дар. Он не медлил, сперва сбросил камень, а дальше законы физики все сделали за него. Тело летело секунды две, а потом плюхнулось в воду. Следом он бросил нож.

— Ну, вот и всё. — Он вытер ладони о штанины и повернулся к Арине. Всё это время она стояла отвернувшись, не наблюдая, как он избавляется от тела.

Матвей подошёл к ней, дал ей немного прийти в себя,