Фантастика 2025-68 - Алексей Владимирович Калинин

– Ну вот и родился ребенок биологически такой, как мы, но видимо с несколькими сознаниями, как у Вея. И какие у него способности, один Бог знает.

– В смысле несколько сознаний?

– Наденька у него четыре сознания, основанных на жидкокристаллических формах, и пятое – биологическое, как у людей. Так вот, биологическому надо развиваться, тогда как четыре сознания усваивают информацию целыми массивами.

– Кто ему эту информацию дает?

– Ты меня удивляешь. Управляющая система звездолета, конечно. Вей весь процесс воспитания сына заложил в программу и в этом направлении все идет нормально. А вот биологический мозг отстает в развитии, он растет и развивается медленнее, поэтому тебе придется постоянно находиться с ребенком.

– Что значит, придется, – обиделась Надежда, – я с удовольствием с ним нахожусь.

– Вот и отлично, ты займись его воспитанием, я займусь остальными делами. – И видя, что Надежда готова возразить, добавила, – ведь для матери ребенок – это главное.

– С таким утверждением не поспоришь. Но откуда ты знаешь о том, что малыш не такой как все? Я ведь тебе не говорила о прощании с Веем. – Неожиданная мысль совсем запутала Надежду.

– Узнала, по секрету, от управляющей системы, она ведь мне жизнью обязана. – Вера Ивановна улыбнулась и подмигнула дочке.

– Вот так дела…, – у надежды в прямом смысле отвисла челюсть, а слова застряли где-то на пол пути, – ладно, разберемся с этим позже. – Справившись с удивлением закончила Надежда.

– Наденька, иди уже к сыну. И знаешь, было бы неплохо, если бы ты начала кормить его грудью!

– Как грудью? Я даже не знаю, есть ли у меня молоко?!

– Вот как раз и узнаешь, я подойду позже, как только определюсь с состоянием дел.

– Спасибо тебе, за помощь!

– Ладно тебе благодарить, иди уже, но предварительно зайди в медицинский центр и узнай на счет молока.

– Хорошо! – уже выходя, радостно ответила она.

«Ситуация с Надеждой складывается как нельзя лучше, теперь можно заняться делами», – подумала Вера Ивановна, сев в кресло пилота, и кладя руки на подлокотники управления.

Управляющая система сразу вошла с ней в мнемонический контакт, докладывая результаты пассивного приема. А результаты не несли ничего нового, радио и телепередачи с Земли неслись через Луну и уходили в космос в бесконечное странствие. «Разумные сигналы, – подумала Вера Ивановна, – ведь кто-то их примет, но вряд ли сможет расшифровать, должны быть адаптивные приемники. Наверное, такие же сигналы идут и через нашу планету, просто мы их не можем принять, у нас нет такой аппаратуры». Телевидение и радио не несли какой-либо ценной информации, Веру Ивановну интересовали два вопроса: первый – улетели ли Мелькеи, и второй – что с Артемом. Ни на один из них пассивный прием не давал ответ.

«Что делать, – думала Вера Ивановна, – как прояснить ситуацию?» В ее мысли проникло предложение управляющей системы.

– Можно попробовать выйти в открытый космос на малом транспортном модуле.

– А это нас не демаскирует?

– Сто процентной гарантии нет, но вероятность успеха превышает девяносто пять процентов!

– Это очень высокий процент, стоит попробовать, – приняла решение Вера Ивановна, – готовь модуль к полету.

– Выполняю.

– Еще один вопрос, обращаться все время к тебе «управляющая система» неудобно, ты не будешь против, если мы дадим тебе имя, это упростит общение.

– Я не против, новые условия требуют новых коммуникационных решений.

– У тебя есть какие-нибудь пожелания относительно имени?

– Не готов ответить. Нужно время.

– До моего возвращения, времени будет достаточно?

– Более чем достаточно, пилот.

Вера Ивановна связалась с Надеждой, поинтересовалось, как у нее дела, та с воодушевлением сообщила, что у нее есть молоко и она готовится к первому кормлению.

– Отлично, – ответила Вера Ивановна, – я пока на малом транспортном модуле осмотрю пространство!

– А это не опасно? – с волнением в голосе спросила Надежда, – куда нам торопиться, можем еще подождать с выходом в открытый космос?

– Подождать можно, но меня волнует то, что на планете остался Артем, и непонятно, что с ним там сейчас происходит. Возможно, ему нужна помощь.

– Да, ты права, и ребенок уже спрашивает про отца.

– То-то и оно, ребенок не должен страдать, у него должна быть полноценная семья! За меня не волнуйся, я буду осторожна. Связи не будет, нельзя, и ты смотри, соблюдай режим молчания. Как только вернусь, сразу приду в детскую, будем праздновать и давать сыну имя.

– Хорошо, до встречи. – Откликнулась успокоенная Надежда, вся погруженная в материнские заботы, первое кормление – это целое событие для молодой мамы.

Вера Ивановна вновь вступила в контакт с управляющей системой, которая тут же откликнулась и попросила ее с этого момента называть его Ник. Она не стала спрашивать почему именно Ник, а просто ответила.

– Хорошо, готовь малый транспортный модуль, полечу на разведку. И еще один вопрос, я могу сканировать Землю направленным лучом с небольшим разрешающим фокусом?

– Подача любых сигналов и излучений опасна, но вероятность обнаружения такого сигнала, с большого удаления практически невозможна. Но все-таки сканируйте в крайних случаях и в импульсном режиме.

– Спасибо, Ник.

– Пилот, модуль к полету готов, проследуйте в транспортный ангар.

Вера Ивановна зашла в отсек со скафандрами, вошла в один из них, тот сомкнулся на ней, она подрегулировала его под свою биометрию, совместила с моторикой и зашагала в транспортный отсек. Пока шла, проверила связь, все системы скафандра работали идеально. Транспортный ангар встретил ее идеальной чистотой, стройными рядами стояли закрепленные различные планетарные машины. У шлюза стоял готовый к полету модуль, размером тридцать метров на двадцать, мог трансформироваться и летать в атмосфере планет.

Перед ней протаял люк, а к ногам сразу сбежала ртутная лесенка, затвердев на глазах. Вера Ивановна попробовала ступеньку на прочность и удовлетворенно поднялась в модуль, заняла кресло пилота, протестировала все системы, активировала двигательную установку и доложила Нику, что к старту готова.

– Открываю ворота транспортного ангара. Удачи, пилот.

Ворота открылись, за ними сплошная темнота, в транспортном ангаре воздуха не было, поэтому процедура прошла быстро. Вера Ивановна тронула модуль в эту темноту, ориентируясь по показаниям радара, и полетела по тоннелю к выходу на поверхность планеты.

Когда они залетали сюда, казалось, что все прошло гладко, если не считать, что пару раз зацепились за стенки. Сейчас она видела, каким филигранным мастерством необходимо обладать, чтобы завести сюда восьмисотметровый звездолет, «А нам еще предстоит вылетать отсюда, – подумала со страхом она, – а, впрочем, зачем торопиться, надежное убежище, да и не болтаемся на виду. Покинем его, когда будет необходимость, пока же такой необходимости нет». Рассудила она спокойно, пролетая поворот тоннеля, который под углом семьдесят