Фантастика 2025-68 - Алексей Владимирович Калинин

— Это и есть то самое? — Экзекутор кивнул на черное солнце.

— Да, это промах программистов Вселенной. Неизвестно – смогут они его исправить или нет, но пока что мы можем воспользоваться этим глюком для улучшения. Знал бы ты, каких трудов мне стоило отыскать это чудо…

— А как же математик?

Крош пару раз кувыркнулся вокруг летящего Экзекутора. Он постучал лапкой по хрустальной поверхности гроба, хмыкнул и ответил:

— Я доведу тебя до солнца, прослежу, чтобы ты коснулся первого протуберанца, а потом вернусь обратно. На всё про всё – одна минута. Нет, ты реально не дергайся. Постарайся отдалить своё сознание от происходящего и тебе будет легче. Чем больше сопротивляешься, тем сильнее будет боль. Гроб – это твоё тело. В конце концов ты всё равно перестроишься, но можешь сделать менее болезненно.

— Уж что-что, а боль я могу стерпеть, — сжал зубы Экзекутор. — Ладно, уже подлетаем. Споешь мне колыбельную?

Крош чуть-чуть подправил лапой полет хрустального гроба. До первого касания осталось совсем немного.

— Я напоминаю, что чем сильнее противишься, тем хуже делаешь себе.

— Да понял я, понял. И не такую боль терпел, — нахмурился Экзекутор.

Он продолжал так думать пока черное щупальце не обволокло гроб и не потащило к себе. Дальше думать уже не получалось.

21

«Те, кто постоянно критикуют наше поколение, кажется забыли, кто его вырастил»

Рязанов Эльдар Александрович

Запах яичницы влез в ноздри Кирилла и заставил его поморщиться. Мясные нотки бекона добавляли радости пробуждению. Он открыл глаза и постарался потянуться.

Руки и ноги до сих пор были стянуты ремнями, поэтому нормальных «потягушечек» не получилось. Кирилл поморщился. Он перекатился и наткнулся на ножку стола. От боли в боку закололо так, что тихий стон всё-таки смог вырваться наружу.

То, что творилось ночью, вряд ли можно описать словами. Да и что это было? Кирилл помнил только черный протуберанец, который окутал его хрустальный гроб. А дальше одна сплошная зубная боль, умноженная на всполохи нервных окончаний.

Темнота накрыла его с головой и осталась только нескончаемая череда болевых ощущений. Казалось, что темнота вторгается в него, занимает каждую клеточку и выбрасывает оттуда всё лишнее, на её взгляд. Она выкручивала суставы и вставляла их по-новому. Темнота растягивала сухожилия и смещала их по телу. Темнота убивала его, но не позволяла умереть.

— Во, проснулся? — послышался голос Андрея. — Ну и вертелся ты ночью, брат, прямо как уж на сковородке.

— Как будто ты ужа на сковородке видел, — пробурчал Кирилл. — Давай вольную. А то всё тело затекло…

Только сейчас Кирилл заметил, что Андрей был в фартуке и с варежкой прихваткой на правой руке. Прямо заботливый дедушка, который вот-вот начнет кормить внука.

— Да, сейчас освобожу. Иди, приводи себя в порядок и к нам за стол. Я такую яичницу сделал – закачаешься, — Андрей стянул перчатку и в несколько движений освободил Кирилла. — Постарайся пока что не делать резких движений. Тебе ещё нужно привыкнуть к прокачке…

Кирилл сел, почувствовал головокружение и ухватился за край дивана. Комната перед глазами пыталась закрутиться каруселью, но Кирилл встряхнул головой и не дал ей этого сделать.

— Сейчас я прокачан? — спросил он у Андрея.

— По крайней мере не уступишь своему ученику, — кивнул Андрей.

— Ну хоть что-то. А внутри… — Кирилл замер, прислушиваясь к собственному телу. — А внутри ничего не изменилось?

— Как раз внутри и изменилось. Внешне ты остался прежним, но стал гораздо сильнее, быстрее… Жаль, что с мозгами так нельзя сделать, как был дурачком, так и остался.

— Вот что ты за человек? Андроид ты, а не человек, — парировал Кирилл.

— Да-а, очень жаль, что мозги тебе не прокачать, — покачал головой Андрей. — Я бы на твоём месте вплотную занялся этим вопросом.

— Пойдем, покормишь меня, о великий шутник, — попытался приподняться Кирилл.

Андрей подхватил ученика под локоть и помог ему подняться. Кирилл аккуратно сделал шаг. Получилось. Во всем теле была такая ломота, какая возникает после тяжелой и трудной болезни.

— Всё-таки у взрослых это проходит не так, как у детей. Твой ученик даже не обратил внимания на перестроение тела, хотя его подруга и слегла…

— Что? — остановился Кирилл. — Женькина подруга тоже…

— Тоже, — кивнул Андрей. — У неё организм оказался слабее, чем у Евгения. Но она уже идет на поправку и скоро получит своё первое задание.

— Какое «первое»?

— Либо убить нашего общего друга, либо твою подругу.

— А Женька?

— А он может быть помощником. Они оба будут думать, что действуют во Вселенной. Я не могу никак понять – почему его не использовали раньше? Помнишь, как против вас с Маринкой выходили ребята?

Кирилл поджал губы. Конечно же он помнил тех зомби, которые были уверены, что играют в игру. Вот только игра эта порой заканчивалась смертью.

— Я уже вас заждался! — раздался с кухни голос Григория Сидоровича. — Яичница стынет.

Андрей подмигнул Кириллу и потянул его на кухню. На десятиметровой кухне за столом с разложенной по тарелкам яичницей, тремя кружками кофе и блюдом с бутербродами восседал учитель математики. Сегодня он выглядел гораздо лучше, чем вчера вечером. На щеках появился румянец, из глаз исчез лихорадочный блеск.

— Доброе утро, — приветствовал учитель математики Кирилла.

Кирилл кивнул в ответ. Разговаривать не хотелось. Не очень хотелось и есть, но поджаренные кусочки бекона так соблазнительно выглядели, что не удалось сдержать сглатывание слюны.

— Каков у нас сегодня план действий? — спросил Григорий Сидорович у Андрея. — Мы все вместе пойдем охотиться на убийцу?

— Зачем нам на него охотиться? — удивленно вскинул брови Андрей. — Убийца сам к нам придет. Остается только дождаться.

— А как же школа? У меня уроки сегодня.

— А вот про школу придется пока позабыть – жизнь дороже. Можете позвонить и сказаться больным. Так даже лучше – убийца будет знать, где вас искать. Да не бледнейте вы так. Я же сказал, что мы вас защитим!

Григорий Сидорович кивнул, сходил за телефоном и «в прямом эфире» отпросился у завуча, сказавшись больным. Предупредил, что больничного не будет –