'Фантастика 2026-111'. Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

— Ого! — глаза у него становятся полностью изумлённым. — Так ты шаман! Всамделишный? В Дальнем. Япнуться, не встать…

Неожиданно услышать слово «всамделишный» от грязного оборванца в заброшенном подземелье. Но чего только в этой жизни не случается.

— Тебя должно волновать только одно, — давлю я голосом. — Твоя смерть.

На этой позитивной ноте, всё же сворачиваю в боковой коридор. Хватит с меня болтовни и напряжения. Сегодня ещё в город выбираться.

Сначала отступаю к своему копью. Потом, осторожными скользящими шагами добираюсь до ниши, в которой можно укрыться, если два дебила решат последовать за мной.

Но те не решаются сюда даже заглянуть. Пыхтят, поднимая на ноги своего недавнего лидера и подхватив его, бредут обратно. Вот и хорошо.

Металлическая штука, которую катнул ко мне гоблин, оказывается консервной банкой. Которую я вскрываю сразу же, как затихают их шаги. В этот раз — рыба в масле. Вовремя — стычка отняла у меня немало сил.

Первым делом поднимаюсь наверх, чтобы проверить время дня. Любопытно, что солнце режет глаза уже не так сильно, как раньше. Долго смотреть наверх я всё ещё не могу, но получается хотя бы оценить ситуацию. Уже точно не обед. Но и до вечера тоже прилично. Смеркаться начнёт нескоро.

Заснуть сейчас будет проблематично. Поэтому изучаю ближайшие тоннели. Запоминаю повороты и места спусков с подъёмами. Заодно расставляю свои метки. Реакция той парочки показала, что интуитивный выбор оказался верным. А если пойдут слухи о безумном шамане, что живёт под землёй — тем лучше. Тогда сюда вовсе никто не сунется.

Обратная сторона медали тоже есть. Но пока я не сталкивался с кем-то настолько значимым, чтобы меня целенаправленно искали.

Задерживаться в этих тоннелях слишком надолго, я в любом случае не планирую. Как только появится возможность — сниму жильё в городе. Вместе с тем, шахты всегда могут стать убежищем. На случай, если придётся экстренно делать ноги.

Вот так. Пару дней назад — успешный специалист в крупной антикризисной команде. Нынче — гоблин, живущий под землёй и строящий планы, как выбраться на поверхность.

Впрочем, если рационально посмотреть на мою старую жизнь, я постоянно был инструментом. Эффективным и высокооплачиваемым. Тем не менее, мои действия приносили прибыль другим. Тогда как жизнь оказалась поглощена работой. Ни жены, ни постоянной спутницы, ни детей.

Сейчас же я собирался использовать свои способности в личных целях. Устроив свою новую жизнь в теле гоблина. Раз уж всё так вышло — стоит действовать в соответствии с обстоятельствами.

Что смущало — так это притупленная эмоциональность. Её я зафиксировал сразу же. Списав на стресс и присутствие внутреннего зверя. Но теперь стало ясно, что дело не только в этом, Кортизола в крови должно было стать куда меньше — пусть, подземные тоннели это стресс, но не такой мощный, как шок от вида другого мира.

В основном меня тревожил не сам факт слабого эмоционального отклика, а невозможность установить его причину. Самым простым выходом было бы свалить всё на того же самого зверя. Но если смотреть на факты — он напротив, вовсю полыхал эмоциями.

Этот вопрос я отложил на будущее. Добавив к длинному списку уже существующих.

В этот раз я выбрался на поверхность более подготовленным. Никакого мешка за спиной не было — не видел смысла таскать с собой ржавый топор. Вместо этого, засунул за пояс трофейный нож, обмотав его рукоять куском ткани. На случай, если встречу того, кто сможет узнать оружие.

Деньги завернул в ещё один кусок мешковины и утрамбовал в кожаный кармашек с мелками. А больше мне ничего и не требовалось. Только кожу протереть тряпкой, всё из той же мешковины, смоченной в ближайшей луже. Не стоит шляться по городу, вымазанным в чужой крови.

Отсутствие мешка улучшила мобильность — по трущобам я старался передвигаться максимально незаметно. Держась в тени и не пересекаясь с другими пешеходами.

— Да я тебе говорю, там настоящий монстр был! — доказывал один гоблин другому, размахивая руками. — Спарри-тап врать не станет! Кто-то сырой мглистой рыбёшки пережрал походу снова. Вот и вштырило рыгалика.

— Ага, — коротко заржал его собеседник. — Ты ещё скажи, что эт кто из магиков балуется. Алхимию варит и трущобным гоблам её колет. У тя там мозги или жижа болотная?

Я на момент притормозил, прислушиваясь к разговору. Но быстро убедился, что те погрузились в бессмысленный спор и потопал дальше. Слухи разлетелись — это было предсказуемо. Но как я и думал, никаких серьёзных последствий не было. Портовые трущобы с первого взгляда казались местом, где регулярно льётся кровь. И видимо, это впечатление оказалось полностью верным.

Хотелось забежать в лапшевню. Но сегодня я изменил маршрут — пересёк пояс трущоб другим путём. А делать крюк мне не захотелось. Тем более воздух был настолько пропитан запахами еды, что внутренний зверь рвал и метал, требуя немедленно наполнить желудок.

Больше всего соблазняли беляши и чебуреки. Но по итогу, я завернул в заведение, которое держали хмурые азиаты и заказал две порции плова. Которые тут же и сожрал, ловко орудуя пластиковой вилкой.

Мужчины, по виду напомниающие то ли узбеков, то ли киргизов, смотрели без всякой доброты во взгляде. Но выставить меня не пытались. А плов стоил всего по рублю за порцию. Много риса и приличное количество жирного мяса.

Потом я буквально заставил себя отдать рубль двадцать за три шоколадных батончика. Дорого. На фоне плова — несоразмерно. Зато удобно таскать с собой, чтобы при необходимости сожрать после боя.

Лакомство я плотно завернул в пакет, который дал с собой продавец. А его привязал к ремню, продев под ним и закрутив узел. Не слишком удобно, но в качестве временного варианта подойдёт.

Вот и порт. Вернее, та его крохотная часть, где чистят «ночную» рыбу. Сотни чистильщиков, расхаживающие охранники, приглядывающие за работой мастера.

На меня смотрят с удивлением. Некоторые, как ни странно — с бесящей жалостью. Но большинство безразлично скользит взглядом. Гоблинов здесь едва ли не две трети от работников. Ещё один оборванец никому не интересен.

Опускаюсь на ту же самую картонку. Отвечаю кивком на приветствие соседа справа. Вижу, как поджимает губы старичок напротив. И приняв нож, принимаюсь за чистку рыбы.

Но мозг царапает ощущение неправильности. Ему далеко до того, чтобы прийти в себя. При этом, режимы функционирования уже сменились. Теперь это не матрос, проснувшийся в кубрике стремительно тонущего судна. А он