'Фантастика 2025-155'. Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников

— Так получилось, — отозвался я.

На фоне обещания, данного Николаю — не кошмарить мирное население — получилось эпично, конечно. Но, блин. Я виноват, что ли, что некоторых с работы раньше времени приносит? Видюху эта парочка не сняла, и то ладно.

— В общем, тут у нас явно мимо, — свернул дискуссию я. — Николай батькович — матёрый атеист, увлечённый рыболов и в институты не кончал. Ничего похожего на увлечение оккультными науками в квартире не обнаружено. Едем дальше?

— Идём, — буркнула Изольда. — Тут второй адрес недалеко совсем. А ты, смотрю, оживаешь?

— А тебе когда-нибудь сверлил затылок глазами ревнивый муж?

— Бог миловал

— Тогда ты не поймёшь.

— О боже. — Изольда всплеснула руками. — Что случилось?

— Да я думаю, ничего серьёзного. Саша с Машей выглядят вполне счастливой парой. Таким совместно наблюдаемые в санузлах глюки только на пользу идут. Сейчас наверняка уже сели завтракать и хихикают.

— В санузлах⁈

— Ну, блин. Я живой человек, и потребности у меня живые. Бывает, что безотлагательные.

Изольда покачала головой. Дальше мы двигались молча.

Дом, где проживала пожилая женщина из моего списка, оказался панельной пятиэтажкой. Мы остановились у подъёзда.

— Твой организм никаких потребностей не ощущает? — Изольда строго посмотрела на меня.

— Ощущает. Я бы с удовольствием прилёг.

У подъезда стояла лавочка, удивительно удобная на вид. И, как ни странно, совершенно пустая.

— Так подожди меня тут.

— Не могу.

— Почему?

— Скучать буду.

Изольда вздохнула и прошла сквозь дверь. Я — за ней. Мы поднялись на третий этаж. Изольда вернулась в реальный мир. Я наблюдал из призрачного, как она жмёт на кнопку звонка.

Открыла растрепанная девушка примерно нашего возраста. В шерстяных носках, пижаме и халате поверх неё. Сипло пробормотала:

— Ой, как вы быстро! Я думала, только после двух появитесь. Проходите, пожалуйста, — отступила с порога в сторону и закашлялась. — Обычно я больничный не беру, сама справляюсь. Но тут что-то совсем скрутило, третий день температура не спадает.

— Я не врач, — виновато сказала Изольда. — Я пришла задать несколько вопросов.

— Каких? — Девушка нахмурилась.

— Это касается Анны Валентиновны Нестеренко, она жила в этой квартире.

Девушка насторожилась ещё больше.

— Анна Валентиновна умерла.

— Да, я знаю. Я представитель собеса, это касается льгот, которые она получала.

— Тогда я вам ничем помочь не смогу. Обращайтесь к её сыну.

— А вы…

— А я просто знакомая. Меня сюда пожить пустили. Временно.

Изольда подвисла. Я вздохнул.

Ну просто же всё, как носки! Квартира — съёмная. Сдают её, естественно, без всяких договоров и уплаты налогов, я сам так снимал. То, что жиличка к общению не расположена — вполне объяснимо.

Я, невидимый для хозяйки, прошёл в единственную комнату. Н-да, тут нам, похоже, тоже делать нечего. Всё, что может принадлежать Анне Валентиновне — полированная стенка советских времен, набитая посудой и безделушками. А кровать и компьютерный стол съемщица, вероятнее всего, купила сама.

На всякий случай я осмотрел кухню. Тоже ничего интересного.

Я вернулся в коридор. Изольда уже прощалась.

— Всего доброго. Выздоравливайте.

— До свидания

Девушка смотрела на Изольду, взявшуюся за ручку двери, с непонятным выражением лица.

— Простите, пожалуйста!

— Да? — Изольда обернулась.

— А вы никогда не жили на Багратиона? В доме рядом с перекрёстком, где стоматологическая клиника?

— Нет. — Голос Изольды не дрогнул. И в лице она не изменилась.

— Тогда извините. Мне показалось, что вы очень похожи на нашу соседку. Я, когда маленькая была, всегда ей любовалась, мечтала стать такой же красивой. Как идёт через двор, я всегда вслед смотрю. А у вас даже причёска такая же! И звали её так необыкновенно — Изольда.

— Меня зовут Лариса.

— Да я понимаю, что это не вы. Мы оттуда переехали, когда я четвёртый класс закончила. Больше пятнадцати лет, получается, Изольде уже за сорок должно быть Просто вы очень похожи. Простите.

Девушка закрыла дверь.

Спускаясь по лестнице, я вернулся в реальный мир.

— Слушай, ну у меня единственный вопрос.

— Какой?

— Почему «Лариса»?

— Ах, отстань! Я всегда называю это имя. Когда-то оно было первым, которое пришло в голову. Так звали мою подругу, в юности мы были близки. Ляля Рейснер. Лариса.

— Ясно. Ну, что? Один-один?

— В смысле?

— По факапам. Не только я сегодня косячу.

— Встреча с этой девушкой — досадная случайность!

— А вернувшийся домой раньше времени муж — закономерность, по-твоему?.. Один-один, и не спорь. Контакты сына взяла у девчонки?

Изольда кивнула.

— Звони.

Я плюхнулся на вожделенную лавочку. Изольда присела рядом.

Сын Анны Валентиновны работал на стройке. На заднем фоне грохало — хотя он сказал, что отошёл куда-то, где не шумно. Сказал, что мать, выйдя на пенсию, жила в Печерске. Квартиру сдавала. В Смоленск приезжала обычно в каникулы, сидеть с внуками. Жила, соответственно, у сына. Там и умерла — скоропостижно, от инсульта. Дом в Печерске после смерти матери стоит заколоченным — он, сын, ждёт, пока приедет сестра из Питера, у неё в июле отпуск. Тогда и вещи мамины разбирать будут. У самого рука не поднимается трогать что-то, слишком мало времени прошло. Так неожиданно это, мама на сердце и не жаловалась никогда… Что-что?.. Чем увлекалась?.. Да ничем не увлекалась, какие у пенсионеров увлечения. Огород, сериалы. Картинки вышивать любила, мы ей на праздники дарили. Наборы такие бывают, знаете?

Изольда сказала, что знает. Попрощалась и повернулась ко мне.

— Адрес в Печерске записал?

— Угу.

Мы переглянулись. Вот чего мне сейчас хотелось больше всего на свете, так это тащиться в Печерск. Изольде, судя по воодушевлённому выражению лица, тоже.

— Давай Печерск пока отложим, — предложил я. — А там, глядишь, сам отвалится. Пенсионерка с сериалами и вышивками — такая себе оккультистка.

— Согласна.

Изольда открыла изящную записную книжечку, куда не поленилась выписать все данные из моего файла. Это ведь намного проще, чем открыть его на телефоне.

— Удобнее всего будет доехать до адреса, где жил старик.

— Ну, значит, поехали туда.

Я сказал это, но с места не двинулся. На лавочке было удивительно хорошо.

— Сиди, — посмотрев на меня внимательно, решила Изольда. — Пойду, куплю что-нибудь перекусить. Ты, наверное, даже