Цикл романов 'Обратный отсчет'. Компиляция. Книги 1-5 - Токацин

— Зависит от вброшенной энергии. При этих аккумуляторах… непрерывно — пять минут, всего полчаса, если генераторы выдержат. Я вот думаю приделать к соплу диспенсер…

Он спохватился, что наболтал лишнего, и замолчал, сердито щурясь. Ренгер, наклонив голову набок, разглядывал «сфалт», не обращая внимания на гримасы его хозяина.

— Зависит от энергии… И какой максимум она может переварить?

Гедимин снова пожал плечами.

— В принципе, при непрерывной генерации поля конструкция выдержит что угодно. Хоть прямой поток от ядерного реактора.

Ренгер ухмыльнулся.

— Значит, у тебя в планах запихнуть внутрь ядерный реактор? — он измерил пальцами длину аккумуляторного отделения. — Довольно миниатюрный… Такие бывают?

— С чего им не быть⁈ — Гедимин, уставший от расспросов, раздражённо дёрнул плечом. — Я бы сделал. Вопрос в материалах… и в том, чтобы меня не пристрелили за такие опыты.

Он поднялся из-за стола, закидывая на ходу плазморез в заплечные крепления. Майлог посмотрел на механизм и, поморщившись, потрогал раненое запястье.

— Я вниз, — буркнул Гедимин. — Закроюсь изнутри. Слишком опасно.

…В наушниках послышался свист — «сфалт» быстро всасывал воздух, наполняя газовые капсулы. Гедимин настороженно сощурился — мысленные опыты закончились, предохранители были сняты, с секунды на секунду должен был пройти первый разряд, превращающий сжатый газ в плазму. Внутри корпуса было шесть рабочих капсул, каждая со своим аккумулятором, и в штатном режиме плазма формировалась небольшими порциями. Гедимин настроил генераторы поля так, чтобы все капсулы объединились в одну, но с общей, шестикратной защитой, — и теперь надеялся, что поле не испарится, а сам плазморез не расплавится.

Один из индикаторов заряда мигнул и погас, датчик внутренней температуры зажёгся красным, и сармат замер на месте, направив расширенное сопло на строительную плиту в дальнем конце туннеля. Полевой «поршень» начал движение, выталкивая плазму из капсулы; доля секунды — и загорелся датчик над соплом. Белая, ослепительно сияющая полоса соединила сопло и дальнюю стену, пробив мишень навылет. Гедимин запоздало услышал скрежет — отдача на несколько миллиметров сместила «сфалт», протащив по обшивке скафадра. Беззвучно выругавшись, он резким тычком открыл канал сброса, и раскалённый белый сгусток, выплюнутый ему под ноги, прокатился по защитному экрану и испарился.

«Всё-таки поле не выдержало,» — щёлкнуло в мозгу, и сармат медленно опустил оружие. «Сфалт» был цел, и термодатчики показывали, как постепенно сходит на нет его нагрев. Сопло побелело от жара, но не деформировалось, даже там, где Гедимин внёс доработки под широкий поток. Не выдержали экраны внутри туннеля — и теперь за аккуратным оплавленным отверстием в плите-мишени виднелось ещё одно, того же диаметра, уже в стене «полигона».

«Мать моя колба…» — Гедимин, направив на пробоину сканер, убедился, что широкий плазменный поток значительно разрушительнее узкого, — выстрел пробил покрытие на стене и полметра материковой породы за ней. «Надо заделать. А потом перенастроить местные генераторы. Похоже, для испытаний плазморезов они не подходят…»

30 октября 19 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

В ёмкости с полупрозрачной жидкостью лежали обломки небольших тонких костей — чей-то полураздробленный скелет. Рядом с ними курилась бурая муть — растворитель вычищал остатки мягких тканей. Ренгер, покосившись на часы, подошёл к ёмкости, поддел пинцетом кость и, осмотрев, осторожно положил обратно. От крупного фрагмента отделился ещё один мелкий и опустился на дно, к горстке таких же. Это были миниатюрные белые лезвия с двусторонней заточкой, острые, как стеклянные сколы.

— Очень хрупкие кости, — пожаловался Ренгер, перехватив любопытный взгляд Гедимина. — Везде полости. Достойный образец получить очень трудно.

Он придвинул другую ёмкость, ополоснул её и наполнил новым раствором. Это вещество было не таким токсичным, как растворитель, — Ренгер даже работал с ним без защитного поля.

Гедимин перевёл взгляд на полуразобранный сфалт и подпёр голову ладонью. Сделать то, что он собирался, было несложно, — всего-то синхронизировать действия, заставив аккумуляторы разряжаться одновременно. Он занёс руку над сфалтом — и снова её опустил. «Выдержит или нет? Усилить бы охлаждение… Полчаса непрерывной работы, — сопло точно расплавится. А должно выдержать. Иначе в доработках смысла не будет.»

— Малые рапториды нынче редкость, — Ренгер вылавливал кости из раствора и продолжал рассуждения, не обращая внимания, слушает его кто-нибудь или нет. — За стеной слишком холодно. А из ниши уличного мусорщика их почти уже вытеснили крысы. Через пару лет в этой местности их не останется. Говорят, макаки уже взялись за их защиту…

Он выразительно хмыкнул.

— Зачем? — вяло удивился Гедимин, обрадовавшись, что может отвлечься от бесплодных попыток рассчитать прочность. — Они полезные?

— Не более чем крысы, — отозвался Ренгер. — И гораздо хуже приручаются. Взаимодействие макак с окружающим миром — это… отдельная… тема…

Последние слова он пробормотал по инерции, глядя на пищащий передатчик. Быстро ответив на сообщение, он повернулся к Гедимину.

— Ангар «Эпсилон» согласен выслать инспекцию. Завтра, в свободный день. Всё оружие будет на базе, и они его осмотрят. Если и их заключение не заставит Гварзу передумать…

Он тяжело вздохнул.

— Меня завтра не будет, — сказал Гедимин, недовольно щурясь. — Дигон с его праздниками…

Ренгер качнул головой.

— Ты и не нужен. Твою работу они увидят, свидетелей здесь полная база. Даже лучше, чтобы тебя не было, — будешь стесняться и пороть чушь.

Гедимин уткнулся взглядом в сфалт. «А вот это надо будет спрятать,» — мелькнуло в голове. «От лишних вопросов…»

31 октября 19 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

— Куда собрался?

Гедимин планировал выйти из барака незаметно — и теперь недовольно щурился, глядя на коменданта. Тот встал в дверях, сложив руки на груди, и насмешливо хмыкнул.

— Чего смешного? — угрюмо спросил Гедимин, думая, что если он сейчас пойдёт прямо, мелкорослый филк в лучшем случае будет вынесен на улицу, а в худшем — расплющен между стеной и его скафандром. — Я в отряде Дигона, еду на праздник.

Аккуш постучал пальцем по передатчику.

— Не едешь. Читай, это от Дигона. У тебя и лимит выбран, и склонность к побегам, — тебя ещё в городе не хватало!

…«А меня сейчас инспектируют,» — подумал Гедимин, повернувшись лицом к зданиям, за которыми прятался штаб ликвидаторов. «Может, уже закончили. Пойти проверить?» Ему было не по себе. Он по привычке покосился на передатчик, но вспомнил, что в «Вайтроке» не получил ещё ни одного письма. «А у Скегги есть мой адрес. И у Ренгера тоже… Связаться с ними, что ли?»

Экран передатчика