Цикл романов 'Обратный отсчет'. Компиляция. Книги 1-5 - Токацин

— Мистер Лим? Ждите на выходе, мы вас заберём.

«А вот и ремонтник,» — Гедимин настороженно сощурился. «Ладно, пусть смотрит. Полезет под руку — отгоню.»

Лим подошёл к ним, едва охранники вывели сармата из ангара, и встал чуть сбоку от одного из них.

— Идите вперёд, — сказал «коп», махнув стальной «клешнёй» в его сторону. — Так, чтобы мы вас видели.

— Мне здесь будет спокойнее, — отозвался Лим. — Ваши ракетомёты… Так необходимо держать их заряженными?

Охранники дружно хмыкнули.

— Это для вашей же безопасности, мистер Лим, — сказал один из них. — Здесь опасный преступник.

— У меня есть оружие, — сдержанно ответил ремонтник. Охранник презрительно фыркнул.

— Вы не понимаете, о чём говорите. Не отходите от нас ни на шаг!

Гедимин едва заметно ухмыльнулся. «Правильно. Сиди с охранниками и не лезь под руку.»

На космодроме, потеснив с удобной полосы пассажирские барки, стоял патрульный спрингер. Гедимин собирался пройти мимо, но охранники подтолкнули его к открытому грузовому шлюзу. «А. Наверное, „макакам“ неудобно летать в модулях,» — подумал сармат, входя в трюм. Там его уже ждали — двое из экипажа в рабочих скафандрах и жёлто-синий «Шерман».

— Есть свободные места в жилом отсеке, — сказал экзоскелетчик. — Лим, вас ждёт капсула.

— Не надо, — отозвался ремонтник, опускаясь на палубу и разглядывая цепи и скобы для крепления грузов.

— Мы должны сопровождать теска, сэр, — с явным сожалением сказал один из охранников. — Находиться там же, где и он. Но если мы пробудем на рейде больше десяти часов, то придём в ваш отсек.

Первым к палубе пристегнули Гедимина. Он занял удобное положение и следил, слегка поворачивая голову, как его закрепляют в скобах и обматывают цепями. Сверху легло защитное поле, закрыв обзор, и как размещались остальные, он уже не видел, — только почувствовал спустя томительно долгое время, как палуба дрогнула, и его вдавило в скафандр. Это продолжалось считанные секунды — затем включились гравикомпенсаторы, и сармат снова смог вдохнуть полной грудью. Запаса кислородных баллонов в скафандре хватило бы на сутки, и Гедимин решил, что лететь придётся далеко, — но не прошло и получаса, как его снова прижало к броне, но в этот раз вектор силы был направлен вбок. «Стыковка,» — сармат пошевелил пальцами, проверяя их подвижность. «Скоро выпустят. Ещё один мианийский корабль…»

Через пять минут убрали защитное поле, и над ним склонились трое в экзоскелетах.

— Теск, ты нас слышишь? — спросил кто-то из охранников.

— Да, — отозвался Гедимин. — Отстёгивайте меня.

Он встал на ноги, не чувствуя ничего странного, — если не знать, что снаружи открытый космос, можно было бы подумать, что спрингер всё ещё стоит на лунном космодроме. Корабль отключил собственный антиграв, устроившись в гравитационном поле мианийской станции. Гедимин прикинул, где могут быть расположены стыковочные площадки, — и решил, что посмотрит на них снаружи.

— На месте? — спросил он на всякий случай. — Как называется корабль?

— «Миикья», — тщательно, по буквам, проговорил ремонтник Лим. — А меня зовут Тай Лим.

— Угу, — буркнул Гедимин, недовольно щурясь. «Ну и зачем мне эта информация?»

Внутренний шлюз открылся. В трюм заглянул «Шерман».

— Как перенесли полёт? — спросил он и тут же без пауз продолжил:

— Они ждут на главной палубе. Хотят видеть ремонтника.

Гедимин мигнул.

— У кого имплант? — спросил он, покосившись на своих спутников. «Не у них. Может, у местных?» — ему на секунду стало не по себе. «Надеюсь, мне не придётся вести переговоры.»

— Идём, — один из охранников подтолкнул его к шлюзу. — Мистер Лим, не отставайте!

Их провели из трюма к главному шлюзу по осевому коридору, где экзоскелетчики могли идти плечом к плечу, одновременно присматривая за сарматом и держа его на прицеле. Гедимин мимоходом коснулся переборки и мечтательно сощурился — совсем рядом гудели турбины.

— Шагай! — охранник, заметив заминку, толкнул его в плечо соплом ракетомёта. — Ушастые ждут!

На главную палубу высыпали, как показалось Гедимину, все, у кого был боевой экзоскелет, и широкое помещение превратилось в тесный коридор, со всех сторон утыканный турелями. Скользнув по ним равнодушным взглядом, сармат посмотрел на существ, остановившихся вдалеке от него, в «углу», свободном от вооружённой охраны. Мианийцев было трое, все в жёлто-белых блестящих скафандрах, сверху покрытых металлическими волокнами; местами волокна приподнимались, сплетаясь в искривлённые шипы, лежащие вдоль тела. Один из инопланетян посмотрел на сармата, и складки «ушей» приподнялись с его плеч, стремительно расправляясь. Он издал несколько визгливых криков и склонился к палубе, опершись грудью на согнутую длиннопалую кисть. Гедимин молча наклонил голову, прижав к нагруднику сжатый кулак, и остановился, ожидая, что кто-нибудь возьмётся за перевод.

— Они рады приветствовать вас на борту «Миикья», — перевёл ближайший к мианийцам экзоскелетчик, подозрительно глядя на сармата. — Вас, как… как очень умелого сарматского мастера. Они спрашивают, когда вы будете готовы к работе.

— Переведёшь ответ? — спросил Гедимин. Лицо экзоскелетчика было прикрыто тёмным щитком, и явно не из-за того, что он боялся внезапной световой вспышки, — похоже, имплант в челюсть достался именно ему.

Экзоскелетчик сдержанно кивнул бронированным шлемом и повернулся к мианийцам.

— Я готов работать, — сказал Гедимин, глядя в лишённые радужки глаза под прозрачным щитком; мианиец не отводил взгляд, только зрачок пульсировал, постоянно меняя ширину. — Что произошло с кораблём? Какие повреждения он получил?

Переводчик издал несколько взвизгиваний и скрипов. Мианийцы синхронно качнули «ушами», потом один из них ответил.

— Как только вы закончите разговор, они пришлют челнок, — перевёл экзоскелетчик. — Корабль был… деформирован ростом, разрушен изнутри. Не стесняйтесь удалять лишнее, чтобы рост прошёл правильно.

Гедимин мигнул.

— Деформирован ростом? Что это значит?

Экзоскелетчик поморщился.

— Они дали понять, что этого достаточно. Что ты смотришь, теск? Моё дело — перевести!

— Ладно, — сармат недовольно сузил глаза. — Тогда скажи им вот что: мне нужно будет, чтобы челнок остановился на расстоянии от повреждённого участка. Я осмотрю его и составлю план работы.

Едва человек договорил, мианийцы зашевелились, переглядываясь и быстро двигая длинными пальцами.

— Они говорят: вы можете действовать так, как вам удобно. Они видят, что вы работаете в одиночку, и надеются, что это для вас не будет слишком тяжело.

Сармат снова мигнул — мысли мианийцев ходили какими-то странными путями, и переводчик