'Фантастика 2025-155'. Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— В течение двух часов должны открыться порталы, — продолжил Полозов. Рядом с ним переминался с ноги на ногу Аркадий Семенович Воробьев, младший преподаватель по Предвидению и Пророческим Практикам. Его в шутку называли «Профессор мы все умрем».
Полозов открыл планшет, изучая показания приборов:
— Да, судя по сейсмической активности, это произойдет в ближайшие пару часов. Разбиваемся по парам — всего пятнадцать пар. Баллы засчитываются попарно — убили двадцать тварей, очки на двоих.
Костя просиял и рванул ко мне:
— Отлично! А то у меня с магией сейчас полная… — он осекся под тяжелым взглядом Полозова.
— Ведьминов! — рявкнул профессор. — А ну отошел от Волконского! Я вас в паре не поставлю — вы мне тут все к чертям собачьим разнесете. Ты будешь с Витасом.
— Что⁈ Нет! — Костя схватился за голову. — Только не с рыжими! С кем угодно, профессор! Только не с ними!
— А ты, Волконский, — Полозов проигнорировал мольбы Кости, — будешь с Ириной Потаниной.
Темноволосая девушка подошла ко мне, и в её глазах плясали озорные искры. Что-то в её улыбке напоминало кошку.
— Привет, — промурлыкала она.
— Ну привет, — я окинул её внимательным взглядом.
— Слушай, Дим, есть небольшая проблемка, — она игриво наклонила голову. Оглянувшись по сторонам, она медленно отодвинула форменный пиджак.
Я увидел её правую руку и замер — от запястья до кончиков пальцев кисть выглядела… мертвой? Бледная, обезвоженная кожа обтягивала изящные кости красотки.
М-да… похоже, кто-то заигрался с силами, которые не так просто контролировать…
Глава 2
Порой жизнь подкидывает сюрпризы в самый неподходящий момент. Вот, например, сидишь ты на уроке, честно пытаешься не уснуть под монотонное бормотание профессора о «квантовых флуктуациях эфирных потоков», и тут — бац! — на парту падает сложенная вчетверо записка.
Именно в такую ситуацию и попала Елизавета Литвинова, которая теперь нервно переминалась с ноги на ногу на площадке парадной лестницы между первым и вторым этажом.
Её тонкие пальцы в очередной раз развернули безнадежно измятую бумажку:
«Нам нужно встретиться. Часовая башня, сегодня в три. Дмитрий.В.»
Лиза прислонилась к старинным перилам, рассеянно теребя форменный галстук. В огромном витражном окне за её спиной светило тусклое осеннее солнце.
Что за ерунда творится? Неделями делать вид, что они незнакомы, проходить мимо с каменным лицом, а теперь — записки подбрасывать? Её способности эмпата буквально вопили о неправильности происходящего.
Обычно люди — как открытая книга. Но Дима… Пустота. Абсолютная, звенящая пустота, словно смотришь в бездонный колодец.
«Если бы он хотел меня задеть,» — Лиза закусила губу, — «я бы почувствовала злорадство, торжество… хоть что-нибудь! А так…»
Она достала из сумочки вишневый блеск для губ. «Это вовсе не для него,» — мысленно открестилась девушка, старательно подкрашивая губы. В маленьком зеркальце отразились тонкие черты лица, большие серые глаза и россыпь веснушек на носу — типичная «девочка-одуванчик», как дразнили её в детстве. «И волосы я поправляю просто так. И форму одергиваю тоже просто так…»
Вздохнув, она спрятала измятую записку в нагрудный карман форменного пиджака. До встречи оставалось пятнадцать минут, а до часовой башни путь неблизкий — через три пролета винтовой лестницы, мимо заброшенной библиотеки и по узкому коридору под самой крышей. Туда, где в небольшой круглой комнате располагался древний часовой механизм — сердце академических курантов.
«Что ж,» — Лиза расправила плечи и начала подниматься по ступеням, — «самое время выяснить, что всё это значит.» Каблучки её туфель отбивали четкий ритм, эхом разносясь по пустынной лестнице. С каждым шагом вверх сердце билось чуть быстрее, а в голове роились десятки вопросов.
Почему именно часовая башня? Почему сейчас? И главное — почему она, как последняя дурочка, бежит на эту встречу, хотя должна гордо проигнорировать записку?
Впрочем, глубоко внутри она знала ответ. Потому что это Дима. Её Дима. Пусть изменившийся, пусть делающий вид, что они незнакомы… но где-то там, за этой маской холодности, должен остаться тот мальчишка, который всегда был рядом в трудную минуту.
По крайней мере, очень хотелось в это верить.
Длинный коридор под самой крышей встретил Лизу гулкой тишиной и промозглым холодом. Стены терялись в полумраке, и только тусклые светильники отбрасывали блики на каменную кладку. По обеим сторонам через равные промежутки застыли рыцарские доспехи.
Лиза невольно поёжилась и пошла вперёд. А когда ближайший рыцарь медленно повернул голову, провожая её пустым забралом, девушка вжалась в противоположную стену.
— Твою ж… — выдохнула она, когда железные стражи синхронно задрожали в беззвучном смехе. — Ржавые ведра!
Доспехи затряслись ещё сильнее, и даже копья в их руках начали позвякивать.
— Да-да, очень смешно, — пробурчала Лиза, торопливо перебирая ногами. — Развлекайтесь, железные придурки.
«И ведь не привыкнешь к этому,» — думала она, стараясь держаться подальше от хихикающей железной гвардии. — «То портреты сплетничают за спиной, то доспехи ржут как припадочные, то горгульи на карнизах норовят нагадить на голову… Магическая академия, чтоб её!»
Наконец она добралась до левого крыла башни. Закрытый балкон уходил куда-то вверх, теряясь во мраке. Здесь располагалось сердце академических курантов — главный часовой механизм. При виде его у Лизы каждый раз перехватывало дыхание.
Огромные медные шестерни, каждая размером с человеческий рост, медленно вращались, заполняя пространство гулким металлическим рокотом. Зубчатые колеса цеплялись друг за друга с тяжелым лязгом, передавая движение куда-то в темноту под сводчатым потолком.
В дальнем углу, у самого большого колеса, Лиза заметила силуэт. Сердце пропустило удар… фигура стояла спиной к ней.
Внезапно её способности эмпата уловили волну эмоций — предвкушение, нетерпение, возбуждение… Щеки Лизы вспыхнули румянцем. Она привычно попыталась прощупать его ауру глубже, но наткнулась на странное сопротивление.
«Что-то здесь не так,» — шепнул внутренний голос.
— Дим, — её голос предательски дрогнул. — Я пришла. Надеюсь, ты объяснишь мне, для чего позвал… и свое поведение тоже объяснишь.
Огромная шестерня над головой провернулась с глухим лязгом. В тот же миг что-то изменилось — эмоциональный фон резко трансформировался, и Лиза с ужасом поняла, что приняла хищное предвкушение за романтическое волнение.
Фигура медленно обернулась, и в тусклом свете механических светильников она увидела совсем не те черты лица, которые ожидала встретить.
Она только и успела крикнуть…
