Найденыш 4. Восхождение (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович

— Старицкий, — неожиданно для себя буркнул Никита, готовясь к худшему варианту. Если его сейчас захотят взять — придется прорываться в лес.

— Не, не знаю таких, — вынес окончательный вердикт дед Сашка, своими словами хороня надежды Никиты, что он столкнулся с каким-то розыгрышем, который сейчас рассеется, и к нему побегут с радостными криками «разыграли!».

— Молодой человек, — шагнул к нему старший охранник. — Вы бы шли отсюда, в самом деле. Сходите утром в больницу, проверьтесь. Плохо выглядите. Шутки у вас…

Оставив позади залитую электрическим светом усадьбу графа Валуева, Никита медленно шел по тротуару, засунув руки в карманы брюк, и небрежно пиная камешек.

— Дуарх! Скотина поганая, потусторонняя! — тихо шептал он в бессильной злобе. — Ты куда меня забросил?

— Был приказ — домой, — прошелестел бестелесный голос. — Я выполнил, хозяин. Привел тебя в свой мир. Не было точного объяснения, чей дом имелся в виду.

— Ты говорил, что стоит представить место, куда хочу попасть, — заскрежетал зубами Никита. — На самом деле здесь не мой дом! А мои земли находятся под чужим гербом! Как такое могло произойти? Где ты ошибся?

— Я не ошибся, хозяин, — упрямо повторил демон. — Портал, завязанный на крови, очень нестабилен. Его работу поддерживает только одно обстоятельство: чья кровь сильнее.

— Что ты хочешь этим сказать? — злость, выплеснутая в первые минуты ошеломления, отпустила. — Ты перебросил меня в свой мир?

— Я хочу сказать, что здесь живут мои потомки. Их осталось не так много, но они есть. Именно их кровь проложила короткую дорогу сюда, а не к тебе. Когда нет мощной поддержки Рода — случаются вот такие неприятности.

— Подожди, — Никита поднял руку, что выглядело забавно. Идет себе молодой парень, разговаривает сам с собой, жестикулирует. — Дай оформить мысль… Живая кровь притягивает к определенному месту. Ты выполнил приказ, перебросил меня туда, куда я хотел. Формально, здесь мой дом. Здесь жили мои предки. Но они сейчас мертвы, и это обстоятельство вмешалось в процесс перехода.

— Правильно рассуждаешь, хозяин, — пророкотал Дуарх. — Твоя кровь угасла в этом мире, а моя — жива. Вот почему самая короткая дорога привела сюда.

Резко остановившись, Никита вздернул руки кверху. Пальцы в невообразимой тряске рисовали какой-то узор. Надо было как-то выплеснуть негативную энергию.

— А-ааа! — он задрал голову к черному звездному небу, вкладывая в крик все недоумение, страх и злость. Громовой раскат потряс окрестности. Сверкнула молния, пронесся плотный горячий ветер, земля чувствительно вздрогнула. Фонари, освещавшие дорогу, погасли, а трехэтажный особняк погрузился во тьму.

Никита словно и не замечал, что сотворил. Он уходил прочь от странного места, должным быть его родовым гнездом, но превратившимся в бастион чужого клана. Над его головой вился чернильный сгусток, похожий на человеческую фигуру, и неторопливо сопровождал своего хозяина в неизвестное будущее.

Конец четвертой книги