'Фантастика 2026-111'. Компиляция. Книги 1-38 - Сергей Витальевич Карелин

На этом хорошие новости, собственно говоря, и закончились, так что моя невеста перешла к более, на самом деле, волнующим меня вещам. Оксана рассказа рассказала, что Евгения Захарова справилась с потерей своего отца и готова обсудить капитуляцию их Рода. Не знаю, самой ли ей пришло в голову такое решение, либо девицу науськал командир гвардии, похожий на викинга. Но речь шла именно о капитуляции, а не обычном примирении двух сторон, когда все остаются при своем.

Прикинув в голове, что особых дел у меня сейчас нет, кроме как посещения Рифта, в котором находятся нужные для колец материалы, попросил Оксану назначить нашу встречу на завтра.

После этого моя невеста огорошила меня новостью, что Беловы — всё. Буквально каждый совершеннолетний член Рода был замешан в каком-либо темном деле, о чем рассказывалось в одном из выпусков новостей по телевизору. Юлия, понятное дело, была замешана в это всем не по своей воле, однако это мало кого волновало, так что ее репутация оказалась подмочена чуть ли не сильнее всех.

Также зацепили и моего бывшего командира, Евгения Белова. Мужчина, будучи офицером Стражи, иногда содействовал, чтобы тот или иной человек двигался по карьерной лестнице в нужном главе Рода направлении. Яркий пример — наследник Беловых, Максим. Его отправили на дальнюю заставу в звании офицера, когда остальные Стражи, в числе которых была, на минуточку, принцесса Российской империи, пошли сражаться на передовую.

Однако, исходя из того, что княжич Белов, вероломно напал на главу своего Рода, после чего скрылся в неизвестном направлении, можно сделать вывод, что нарушал закон, превышая власть, он под давлением главы Рода.

— М-да, не повезло ему с родственничками, — резюмировал я, когда речь шла о княжиче Белове.

Про Юлию я вообще молчу. Девушке и так досталось от своей семейки, а теперь она является чуть ли не главным врагом империи, а все из-за того, что ее брат и другие члены Рода загребали жар ее руками.

— Также после того, как Беловых официально признали предателями Российской империи, твоя с ними война разом окончилась, — добавила в конце рассказа о судьбе Минского княжеского Рода Оксана. — Поэтому, не ровен час, как за Юлей вновь придут сотрудники Тайной канцелярии.

— Тц, — цокнул я в недовольстве. — Вот так и ляг поспать на три денечка, как всё вокруг сразу перевернется с ног на голову, — посетовал я на свою судьбу. — Что с нашими требованиями? Все документы подготовлены?

— Да, — кивнула девушка. — Ждали твоего пробуждения, чтобы ты смог контрольный раз взглянуть, после чего их можно будет разослать Захаровым и, соответственно, Власовым.

— Отправляй, — махнул рукой я. — Сейчас каждая минута на счету. Захаровы должны ознакомиться с содержанием до нашей встречи, которая переносится с завтрашнего дня, как я предложил изначально, на сегодняшний, — поднялся я. — Сообщи им об этом, чтобы мой приезд не стал для них сюрпризом. Если начнут артачиться, то можешь пригрозить. Мне плевать, но земли за чертой города должны быть в нашем распоряжении как можно скорее, — твердо обозначил я. — Мне же сбрось копию требований на электронную почту. Ознакомлюсь в дороге.

Сказано — сделано. Спустя десять минут я находился в автомобиле и ехал в сторону территорий Рода Захаровых. Те, к слову, сопротивляться скорой встрече не стали, а наоборот с охотой согласились принять меня у себя. Видать, хотят поскорее вызволить члена своего Рода из плена.

Встречала меня Евгения лично, однако за ней все же следовал молчаливой тенью командир гвардии. Не сказать было, чтобы от меня прям-таки фонило угрозой, но действия Захаровой вполне понятны и логичны.

Баронесса пригласила меня в свой кабинет, на что я быстро согласился, так как хотелось закончить со всем этим поскорее. Однако это не значит, что действовать я начал безрассудно, нет. Кей уже прочесала весь особняк в поисках скрытой угрозы, которой, по ее словам, обнаружено не было. Вот и ладушки.

Когда вошли в помещении, которое служило рабочим местом для Евгении, почувствовал небольшой укол совести, ведь именно отсюда мы вынесли на пару с хвостатой все добро, что было не прикручено к полу, оставив после себя окровавленные предметы интерьера. Однако я сразу же погасил это чувство, так как война — дело такое: никогда не меняется.

— Вы успели ознакомиться со списком требований, который был вам выслан около часа назад? — спросил я у Захаровой, стоило нам расположиться в ее кабинете.

На самом деле было ощущение, словно этот кабинет всегда был обставлен именно так. Однако я-то помню, как он выглядел в прошлый раз моего ночного визита в особняк Захаровых, и стоит отдать должное Евгении: восстановила она его грамотно.

— Да, Александр Петрович, — пока я разглядывал помещение, с тоской в глазах кивнула девушка, однако ее голова при этом оставалась высоко поднятой. — И у меня есть несколько вопросов. Я понимаю, зачем вам земли, но к чему же вам понадобились долги обязанных моему Роду людей?

— Со всем уважением, Евгения Федоровна, но вас это должно заботить меньше всего, — добавив холодка в голос, произнес я. — Лучше скажите, вы готовы выполнить все требования? Или у вас есть встречное предложение, которое меня может заинтересовать.

— Боюсь, что наш Род не в том состоянии, чтобы торговаться, — сказала Евгения, на что я довольно кивнул: — И мы готовы заплатить вам за то, чтобы наши владения остались при нас, — заявила девушка. — Однако столь большой суммы, указанной в… — она потрясла бумажной копией требований, — у нас в данный момент времени нет. Поэтому я прошу вас рассмотреть вариант, когда мы будем погашать наш долг ежемесячными платежами.

— Не вопрос, — отмахнулся я. — Еще что-нибудь?

— Нам непонятен пункт, в котором гласится, что мой брат, Дмитрий, будет обязан пройти полную службу в Страже. Это еще к чему?

— Помимо поднятия обороноспособности нашей страны? — поднял бровь я, на что Захарова утвердительно кивнула. — Не буду лукавить и скажу прямо. Вашему брату не помешает смена обстановки. Глядишь, человеком нормальным станет. Помимо того, что служба в Страже, какой бы опасной она ни была, является плюсом для репутации любого аристократа.

— Честно признаться, это весьма необычное требование, — после моих пояснений сказала девушка. — Однако мы вынуждены согласится и